Комментарии

Цивилизации и их реки

Волга впадает в Каспийское море — чем это грозит нам

Фото: Reuters

Этот материал вышел в № 119 от 24 октября 2016
ЧитатьЧитать номер
Экономика

16
 

Общую схему развития цивилизации имеет смысл выстраивать вокруг истории коммуникаций, приняв, что любые водные перевозки практически бесплатны, а сухопутные — вплоть до промышленной революции — непомерно дороги. Стоимость первых можно условно приравнять к нулю, а вторых — к бесконечности...

Цивилизация в Средиземноморье зародилась на великой реке Нил. Оттуда проникла в греческий и малоазиатский ареал — регион с наиболее изрезанной в Европе береговой линией и наименьшим средним расстоянием до моря. Затем она распространилась в континентальные части Западного Средиземноморья, прежде всего в Италию, а из Италии — по рекам — в Северную Европу.

До XIV в., когда генуэзцы открыли морской путь в Северную Европу через Брюгге, речные коридоры оставались основным средством коммуникации европейского севера с югом. Неудивительно, что даже сейчас карта европейских регионов с наибольшим ВНП на душу населения (т.н. «Голубой банан» — термин, предложенный в 1989 году французским ученым Роже Брюне) по-прежнему концентрируется вдоль этих двух речных систем.

Именно высоким качеством естественных коммуникаций можно объяснить, что историческая судьба США и Канады так сильно отличается от судеб латиноамериканских стран. Чтобы убедиться в этом, проще всего сравнить США с их ближайшим соседом — Мексикой. На Атлантическом побережье Мексики есть всего одна удобная естественная гавань — Веракрус, а на Восточном побережье США — десятки. Далее: к гаваням исторического центра США (от Виргинии до Мэна) ведет множество судоходных рек, текущих почти параллельно с запада на восток, что способствовало формированию богатых, независимых, но связанных между собой посредством моря, экономик. Не исключено, что в этом — корни американского регионализма и федерализма. Наконец, экспансия США на Запад удалась, прежде всего, благодаря Миссисипи, величайшей и наиболее разветвленной речной системе в мире. В то же время в историческом сердце Мексики нет вообще ни одной судоходной реки. Казалось бы, что Бразилия и Аргентина, обладающие выходом к морю и разветвленными речными системами, лишены этого недостатка. Проблема Ла-Платы, однако, состоит в том, что она упирается в единственное бутылочное горлышко, а Амазонка вдобавок — еще и полностью изолирована от всех исторических центров страны, лежащих в полосе более пригодного для европейцев климата.

Увы, достаточно взглянуть на карту, чтобы убедиться, что Россия по своим географическим характеристикам мало напоминает США. Да, Центральная Россия — историческое сердце страны — принадлежит к бассейну судоходной Волги: удобная и связная система коммуникаций в отсутствие каких-либо естественных барьеров способствует развитию единого и централизованного государства. Но Волга впадает в бессточное Каспийское море, не соединяющееся с Мировым океаном, а только с персидским культурным ареалом. Отсюда — огромная роль Астрахани в допетровской Московии.

Россия вошла на мировой рынок, но вошла в подчиненном положении — в качестве поставщика сырья

В этой же связи становится понятным и смысл реформ Петра: он развивал активность у устьев всех рек, соединяющих Россию с окружающими морями, последовательно пытаясь преодолеть изолированность местной системы коммуникаций. В итоге он остановил свой выбор на Балтике, завоевал устье Невы и прорубил окно в Европу в самом прямом смысле, построив «трубу» для вывоза сырья в страны культурного центра — Вышневолоцкую систему каналов, соединившую наконец Центральную Россию с Балтийским морем и Мировым океаном. А на конце «трубы» основал новую столицу — Петербург.

Россия вошла на мировой рынок, но вошла в подчиненном положении — в качестве поставщика сырья. Это было связано не только с ее относительной изолированностью, поскольку формула исторического успеха в самом общем виде звучит так: хорошие коммуникации плюс относительная ресурсная бедность. Именно из-за этой бедности европейцы так низко ценили свои североамериканские колонии. Вспомним, что на мирных переговорах по итогам Семилетней войны Канада и Гваделупа выступали как две примерно равноценные обменные монеты, причем Гваделупа оценивалась несколько выше: в краткосрочной перспективе налоговые поступления с любого из сахарных островов намного превышали доходы далекой северной провинции.

Долгосрочная же проблема Карибского региона заключалась как раз в том, что наличие ценных природных ресурсов (почвы и климата, пригодных для плантационного хозяйства или драгоценных металлов) способствовало формированию эффективной экспортной экономики, основанной на принудительном труде. Эмпирический факт заключается в том, что нет другого социального института, настолько же пагубного для развития, как несвободный труд: он позволяет минимизировать сию­минутные издержки на рабочую силу и консервирует существующие методы производства. Неудивительно, что Россия, дважды (в XVIII и в XIX вв.) попытавшаяся сократить разрыв с Европой за счет принудительного труда, оба раза достигла впечатляющих результатов, но, увы, очень недолговечных.

Камиль Галеев,
историк

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera