Интервью

Даниил Гранин: «Вы мне интересны как человек, который бросил вызов государству»

Диалог писателя с «героем нашего времени», записанный корреспондентом «Новой газеты»

Даниил Гранин и Роман Пак. Фото автора

Этот материал вышел в № 122 от 31 октября 2016
ЧитатьЧитать номер
Культура

Нина Петляновасобкор в Петербурге

8
 

«Новая» открывает рубрику: Дома у Гранина

Он сам это и придумал — случайно и здорово. Все хорошие идеи, я заметила, рождаются у него именно так. Даниил Александрович позвонил мне в одно прекрасное утро и сказал, что хочет поговорить. Но не со мной. Точнее — не только со мной, не с глазу на глаз. И сам выбрал собеседника. Разговор «на троих» нас захватил настолько, что захотелось повторить. Гранин согласился. Он готов принимать гостей.

Н. П.

«Новая» недавно рассказала историю Романа Пака. 27-летний житель Ленобласти, экономист по профессии, подал в суд на Госдуму, Минфин и правительство РФ из-за инфляции. Она выросла выше крыши, и по этой причине крышу своего деревенского дома Роман отремонтировать не смог. Летом 2014 года он запланировал купить строительную технику, подсчитав, что она обойдется в 32 740 рублей с учетом роста инфляции, объявленного властью на 2015–2016 гг. Но пока хозяин копил деньги, компрессор и сварочный аппарат подорожали до 56 200 рублей. Роман сравнил: обещанная инфляция — 5%, реальная — все 70% — закон о бюджете нарушен. И подал иск в суд.

Необычный шаг привнес в жизнь молодого человека много сюрпризов. Приятных и не очень. Еще не было ни одного заседания по делу, кроме предварительного, а Романа уже уволили с работы. Найти новое место специалисту с хорошим образованием и опытом пока не удается. А из счастливых неожиданностей — о Роме узнал Даниил Гранин и попросил познакомить его с этим, как выразился писатель, «героем нашего времени».

Даниил Гранин: Я прочитал статью и поразился: надо же — человек отдал наше государство под суд. Такое редко происходит. Еще реже выигрывают такой суд. Теперь государство должно писать в анкетах: «судилось», «было под судом». Вы мне любопытны как человек, который сделал этот вызов государству, бросил эту перчатку. Расскажите, вы сами придумали или вас кто-то надоумил подать в суд?

Роман Пак: Придумал сам, но не знал, как составить иск. Обратился к юристам. Если честно признаться, у меня были более широкие планы, нежели покупка строительного оборудования. Из-за обвала рубля очень много семейных планов нарушилось.

— Как встретили ваш иск?

— Равнодушно, если говорить об органах власти. Отнеслись как к явлению вполне обычному.

— А почему? Я думаю, такое нечасто бывает.

— Не знаю. Сначала мировой суд направил иск на рассмотрение в столицу. Мы это обжаловали в районном суде. Он признал невозможность переноса дела в Москву, потому что один из ответчиков находится в Петербурге, и по закону я имею право судиться там, где находится один из ответчиков. Предварительное заседание прошло в Петербурге. Но когда настало время рассматривать дело по существу, нас снова отправили в Москву. Тот же самый райсуд, который ранее отменил решение о переносе. Это казуистика в чистом виде.

— А о Конституционном суде речь не заходила?

— Я, понимая, что это дело будет затягиваться и решение в мою пользу вынесено не будет, сразу сказал: когда мы пройдем все инстанции, включая Верховный суд, то я готов идти до конца — до Конституционного суда. Потому что с точки зрения Конституции однозначно был принят закон, который умаляет права человека.

— Вы привлекаете депутатов и чиновников за вранье?

— За безответственность.

— А за ложь привлечь можно?

— Нет. Как профессионалы государственные чины не отвечают за свои слова. С разницей в неделю они могут говорить: экономика падает, потом — она начинает опять расти, показатели улучшаются, показатели ухудшаются. Но за это привлечь невозможно.

— Если вы выиграете дело, много людей могут так же подать в суд. Это может стать прецедентом.

— Конечно, в идеале я бы хотел создать прецедент такого рода. Нет, я не хочу нанести экономический ущерб стране. Это не моя цель, чтобы в России случился очередной дефолт, банкротство из-за массовой подачи таких исков. Но этого и не случится. Точно. Даже если признают мою правоту. Во-первых, у нас не прецедентное право. Каждый случай будет рассматриваться отдельно. Во-вторых, еще очень большой вопрос: сколько людей подаст в суд в случае моей победы. И сколько будет положительных решений по этим искам.

А главное, знаете, для меня важно, чтобы люди, которые стоят у руля государства, отвечали за свои слова. Я не могу их привлечь за ложь, но могу — за безответственность.

Необходимо вернуть институт ответственности, чтобы действия и слова чиновников соответствовали происходящему в стране. Самое ужасное, что они совершенно не понимают жизнь обычного человека.

— Вам важно выиграть дело для того, чтобы отремонтировать дом, или для того, чтобы государство как-то усовестилось?

— Однозначно — усовестилось. Дом я отремонтирую. Для этого мне не нужно привлекать министров к ответственности.

— А вы надеетесь на выигрыш?

— Я не могу браться за дело, заведомо зная, что оно бессмысленное.

— Вы надеетесь на материальный выигрыш?

— Нет, Даниил Александрович. Материальная сторона этого дела меня не интересует. Сумма ничтожная. Это дело принципа. Поначалу действительно мною двигали злость и гнев. Когда эмоции отошли, остался сухой расчет:

Либо мы продолжаем терпеть все это, безропотно ходить на работу, наблюдать, как обесцениваются даже не накопления, а наша жизнь. Это больше всего пугает: человеческая жизнь обесценивается.

— Вы это поняли только на своем примере?

— Нет, я это понимал и раньше. Мой пример — это возможность восстановить справедливость.

— Такой вопрос (можете не отвечать): сколько вы зарабатываете?

— Около 50 тысяч рублей в месяц я зарабатывал до увольнения. В очень хороший месяц, с премией, доходило до 60 тысяч.

— Это по нынешним временам совсем неплохо.

— Это — очень хорошо. Я никогда не жаловался.

— Люди, которые получают такую зарплату, могут отремонтировать дом?

— Однозначно.

— Какого черта тогда вы подали в суд?

— Не вы первый задаете этот вопрос. Но дело ведь совсем не в ремонте дома. Вы же прекрасно понимаете, что ремонт дома — пример, который показывает наглядно взаимоотношения простого человека и государства, даже не государства, а власть имущих. Мне важно попытаться сделать то, что вернет хотя бы прямую ответственность каждого государственного чиновника за свои действия перед простым человеком, перед народом. Звучит, наверное, наивно, но в этом я вижу цель.

Фото: Юрий Рост / «Новая»

— Вы понимаете, чувствуете, что идете со знаменем?

— Я такую роль себе никогда не отводил и раньше этого не чувствовал. Но теперь, когда у меня появилась поддержка большого количества людей, я это чувствую.

— Это вам помогает?

— Да. В определенный момент я взял на себя ответственность и получил право говорить не «я», а «мы». Потому что число людей, меня поддержавших, оказалось существенным.

— Реакции власти не было вообще?

— Была. Зам руководителя аппарата Госдумы Юрий Шувалов ответил прессе, что дело абсолютно не имеет права на жизнь. У нас экономика, как он выразился, не имеет прямой зависимости от показателей инфляции в законе и неприменима к жизни обычного гражданина. Меня это заявление удивило.

— Как так?! Вы же объявляете, что это — жизненный уровень, это — цены, вы должны гарантировать, что эти цены завтра не опрокинутся. Это дело затянется надолго?

— Думаю, да. Я понял, что одним из способов притушить пожар будет затягивание дела. Оно уже длится полгода, и еще не было ни одного рассмотрения по существу.

— Роман, вы себе нервы портите или вы чувствуете себя неуязвимым?

— Я стараюсь спокойно смотреть на это дело.

— Получается?

— Бывает, выхожу из себя.

— Выходите. Зачем? У вас есть защитная философия?

— Моя защитная философия — это моя цель, к которой я иду. Во имя этой цели я готов…

— Да, но вы можете во имя этой цели испортить себе нервы и здоровье!

— Даниил Александрович, я еще совсем молод.

— И у молодых есть нервы. Думаю, должна быть какая-то броня. Да, с этим государством сладить очень трудно. Но сама по себе возможность или желание попробовать потягаться с ним интересны.

— Я чувствую, что это мой долг — прожить свою жизнь так, чтобы постараться что-то изменить к лучшему.

— Это нормально. Многие из нас думают, что можно что-то изменить. Но достоинство в том, чтобы пытаться. Результаты не гарантированы. А пытаться — это уже помогает жить. Согласны?

— Полностью согласен. Я тоже считаю, что такое дело, такая позиция дают моей жизни осмысленность. Я знаю, что результата может и не быть, но я пытаюсь.

— Вы — Дон Кихот?

— Скорее, Санчо Панса. Я отношусь к себе с некоторым сарказмом, потому что понимаю, как со стороны это выглядит. И есть ощущение, что это действительно борьба с ветряными мельницами. Но это — мое дело.

— Роман, я хочу попросить вас прежде всего не портить себе здоровье. Это — важно, потому что ваши ответчики надеются, что вы устанете либо махнете рукой на все. Но ваша позиция даже мне, человеку без юридического образования, кажется очень прочной и неуязвимой. И это позволяет, по-моему, жить нормальной привычной жизнью. Согласны?

— Но жизнь поменялась с того момента — я остался без работы. Но постараюсь жить дальше. За это время я женился.

— А ремонт прекратили?

— То, что мы запланировали сделать, мы сделали.

— Своими руками?

— Да.

— Может быть, у вас ко мне какие-то вопросы есть? Задавайте.

— Да, Даниил Александрович, у меня к вам вопрос о восприятии человеческого бытия, смысла, справедливости: как устроена жизнь? В юности мне казалось, что я понимаю все. А теперь, когда я вроде уже стал взрослым, и жизнь взрослая, мне кажется, что я совсем ничего не понимаю.

— А совсем ничего не понимая, легче жить?

— Нет.

— А понимая?

— Еще труднее.

— Вот! Этот вопрос надо для себя решить. Потому что жизнь одна. Очень хрупкая. Коротенькая. И лозунги времен Николая Островского: «Жизнь дается для того, чтобы совершать подвиги» — это благородно, красиво, но нереально. Человек — существо эгоистическое. И все в природе построено на эгоизме. Жизнь каждого растения, животного, человека эгоистична. Но жизнь не ограничивается только себялюбием. Хочется еще иметь какой-то смысл. Смысл — это отвратительная проблема! Просто ужасная! Нерешенная начисто! Чтобы не быть голословным или мэтром таким, я для себя решаю: поскольку жизнь вообще бессмысленна, лишена смысла, надо находить какие-то паллиативы. Я, например, какие-то вещи, связанные с милосердием, считаю попыткой осмыслить жизнь. Это не всеобщая рекомендация, это мое частное решение. У каждого есть какие-то попытки что-то для себя решить. Для вас эта ситуация, которая на вас свалилась, это — возможность не обеспечить себе ремонт дома, а показать людям: не надо мириться, не надо! Это ужасное состояние, когда нас доводят до такого терпения, всепрощения, и делают это национальным достоинством.

P.S.

В конце разговора у Романа «проснулся» мобильный телефон и запел: «Мы рождены, чтоб сказку сделать былью…» Даниил Гранин пошутил на прощание: «Как хорошо, что вы знаете, зачем мы рождены…»

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Теги:
гранин
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera