Сюжеты

С вами говорит телевизор

В Тольятти прошел второй этап всероссийского конкурса ТЭФИ среди региональных телекомпаний

Фото ТГУ

Культура

Наталья Фоминасобкор в Самаре

Впервые в истории мероприятия проходили не в столице субъекта Федерации — ​Самару оставили за бортом, выбрав местом локации корпуса ТГУ, тольяттинского универа. Тольятти — ​место жительства людей с большими проблемами, былая столица советского автопрома, нынешний город с уверенно победившей безработицей. И вот такое дело — ​ТЭФИ-регион.

В начале 70-х годов прошлого века Маршалл Маклюэн, канадский философ, написал книгу. Она называлась «Понимание медиа» и стала одним из первых исследований в области средств массовой информации. Маклюэн, в частности, утверждал, что когда телевизоры появятся в каждом доме и даже в каждой комнате, то исчезнут все диалекты и местные говоры, и люди будут говорить на усредненном английском языке. Ничего такого не случилось, но с телевидением что-то пошло не так, думают веселые тольяттинские студенты в униформенных жилетах поверх верхней одежды. У студентов в руках таблички: «Кафе». Студентов выставили указывать дорогу участникам конкурса, потому что время обедать.

«Ты вот когда телевизор последний раз смотрела?» — ​спрашивает лохматый юноша хорошенькую девочку.

«Вчера», — ​говорит девочка. Лохматый не удовлетворен ответом. Он хочет подтверждения своей убежденности в том, что телевизор смотрят только люди старше семидесяти.

«Ну что ты там смотрела?» — ​тянет он.

«Беременна в шестнадцать, — ​говорит девочка. — Там десятиклассницу мать отправила в деревню к бабке, чтобы скрыть все это дело, а бабка ее спать в чулан какой-то укладывала, холодный, и она грелась собаками».

«А кошками?» — ​нетолерантно ухмыляется лохматый юноша.

В конкурсе приняли участие более ста человек со всей страны, мастер-классы провели монстры отечественного ТВ: Игорь Угольников, Александр Любимов и Антон Привольнов.

К бравой даме с бейджем участника подбегает взволнованная девушка и тараторит: «Звонил священник, ну тот самый, с которым мы делали сюжет в вечерних новостях, и сказал, что хочет, хочет! Хочет участвовать в программе о корневых проблемах русского православия!»

«У тебя все получится, даже православие», — ​твердо говорит дама, девушка с удовольствием краснеет. О корневых проблемах русского православия думать не хочется. Хочется просто наблюдать. Смотреть вокруг, как в телевизор. Переключая каналы.

Вот взрослый мужчина, по виду — ​крупный чиновник, мостится за нечистым столом студенческой столовки, в бумажном стакане растворяется кофе, на бумажной тарелке сохнет пирожок с картофелем.

Вот актовый зал, где все происходит. Игорь Угольников рассказывает: «Это была пятая или шестая программа, когда Советский Союз уже заканчивался и вокруг говорили, что гимн СССР больше не актуален и нужен новый российский гимн, и мы придумали проститься с гимном. Когда я пригласил звезд нашего рока принять участие в записи, только двое отказались — ​Градский и Макаревич, да и то потом извинились. Они посчитали сначала, что я, в свойственной мне циничной манере, буду глумиться над гимном, но никто не глумился. Наоборот, мы хотели показать, как можно тепло, с улыбкой проститься с прошлым, ни в коем случае не издеваясь над ним».

Сюжет на экране: гимн СССР исполняют по строчке звезды российского рока, причем все четыре куплета. Зрители, редко кто старше 25 лет, неуверенно улыбаются.

Угольников продолжает: «Все понимали, что классического советского телевидения больше не будет, а каким станет новое телевидение, никто еще не знал, и мы пытались импровизировать, подчас — ​крайне остро. Название программы «Оба-на» родилось очень быстро, мы с моим другом, Женей Воскресенским, когда удачно шутили, восклицали так: оба-на! Придумав эту программу, мы делали ее три года подряд и нащупали то, что будет интересно зрителю, прежде всего — ​молодому».

На экране сюжет — ​похороны еды. Один из знаменитых выпусков «Оба-на». Улица Тверская в траурном убранстве. Москва прощается с едой. 1990-й год. По задумке авторов, финал «похорон еды» должен был произойти на Красной площади, где солдаты бы бросали пустые поддоны из-под хлеба к стенам Мавзолея, как на Параде Победы поверженные вражеские знамена, но на Красной площади съемку не разрешили.

Сюжет на экране — ​табачный киоск, большая очередь, много людей, в том числе и пожилых, проходят к окошечку, кладут в окошечко рубль, оттуда высовывается рука продавца с зажатой между пальцев сигаретой и дает затянуться.

«Это была гражданская сатира. Мы упивались вседозволенностью. Ночью писали сценарии, а утром уже снимали. Эпическое время, и именно тогда родилось новое телевидение, — ​говорит Угольников. — ​С одной стороны — ​ответственность, с другой — ​жуткий внутренний драйв».

Волонтеры проекта пополняют запасы чая в пакетиках и растворимого кофе. В титане плещется кипяток. Разложено печенье и шоколад. Стараясь не нарушать процесса, в зале пробираются освободившиеся от занятий студенты.

«Ты когда последний раз смотрела телевизор?» — ​спрашивает красивая блондинка красивую брюнетку в меховом жилете.

«На прошлый Новый год, — ​мгновенно отвечает брюнетка, — ​меня мама каждый раз принуждает к просмотру этого их фильма про иронию судьбы, и чтобы со всей страной». Блондинка закатывает глаза.

«Телевидение и кино сохраняют изображение, и люди остаются вместе с нами, как навсегда остались с нами Андрей Миронов, Аркадий Райкин, вообще двадцатый век хорош уже только потому, что подарил нам такую возможность, — ​говорит Угольников. — ​Поначалу я совершал жуткие ошибки. Был момент в мае 1997 года, когда я страшно налажал в программе «Добрый вечер», она шла в прямом эфире, моим партнером был Левон Оганезов, старший товарищ, он сидел за роялем, подбрасывал мне реплики, и вот я страшно налажал. Что-то случилось с суфлером, и вот у меня повисла реприза, которую мы придумывали чуть не два месяца, что-то там про весну, май, в лесу распускаются цветочки, а у девчонок становятся короче юбчонки, и я никак не могу выйти на эту репризу, забыл. Говорю: в лесу распускаются цветочки, у девчонок становятся короче юбчонки в этих лесах, и Левон Саркисович, желая мне помочь, говорит: эх, Игоряша, взять бы свое старое ружьишко — ​да в эти леса! Я говорю: Левон Саркисович, вы бы со своим обрезом не очень выступали».

Общий смех.

Работы участников конкурса оценивали эксперты тематического направления «Просветительское и развлекательное телевещание» — Иван Поморин, Леонид Млечин, Александр Архангельский, Александр Любимов, Оксана Барковская, Антон Привольнов и Марина Жигалова. По мнению членов жюри, основная ошибка конкурсантов — путаница в номинациях. Не отличают конкурсанты просветительские программы от публицистических.

В одиннадцати номинациях были выбраны победители, которые продолжат борьбу за статуэтку «Золотого Орфея» на заключительном этапе конкурса — в Уфе.

«Когда ты последний раз смотрел телевизор?» — ​вопрос дня задает девушка с предлинной косой. «Мммм, —  отзывается спутник девушки в клетчатой рубашке, — ​Олимпиаду, которая в Сочи, а что?»

«Да просто телевидение давно мертво», — ​говорит обладательница роскошной косы.

Маршалл Маклюэн насчет диалектов ошибся, но зато подарил человечеству прекрасную фразу. Основная его идея заключалась в том, что средство массовой информации влияет на общество не содержанием, а самим фактом своего существования. Маклюэн сформулировал знаменитое высказывание: «The Medium is the Message» — ​«Средство передачи сообщения само является сообщением», «посланник и есть сообщение», «форма и есть содержание»… Автор и есть программа, режиссер и есть фильм, актер и есть роль, диктор и есть новость, журналист — ​это его текст. Какой бы канал передачи информации ни выбрал талантливый человек, он будет услышан. Рано праздновать смерть телевидения. Населить его снова даровитыми энтузиастами — ​вот задача. Мотор, что ли.

Теги:
тв, тэфи
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera