Интервью

Игорь Каляпин: «ФСИН всячески препятствовала нашей инспекции»

Член СПЧ рассказал о посещении колонии Дадина

Фото: AP/TASS

Общество

Юлия РепринцеваКорреспонент

9
 

Как работала комиссия Совета по правам человека в ИК-7, где отбывает наказание Ильдар Дадин, пожаловавшийся на пытки и избиения, «Новой газете» рассказал член СПЧ Игорь Каляпин. По его словам, правозащитникам запретили пользоваться диктофонами, отказались показывать документы, а в самой колонии заключенным приказали «не говорить лишнего». Восемь человек, желая добиться разговора с членами СПЧ, вылезли на крышу с плакатами. Где они сейчас, неизвестно.

— В беседе с Интерфаксом вы заявили, что у вас сложилось убеждение, что Дадин «события изложил верно». Поясните, пожалуйста, на чём оно основано?

— Во-первых, мы опросили десять человек, которые в разное время содержались в ШИЗО, — людей, не знакомых друг с другом, которые содержатся на разных режимах и никак друг с другом не пересекались. Один из них с апреля находится в «одиночке» (одиночной камере. — Ю. Р.), он вообще не знает обо всех этих событиях, он не знает, кто такой Дадин, что происходит вокруг этой колонии. Все эти десять человек описывают схожие ситуации с маканием головой в унитаз.

— Это непосредственно с ними происходило?

— Да. Они описывают то, что Дадин называет побоями, как люди посидевшие и повидавшие, несколько иначе. Они говорят, что, когда происходят так называемые проверки по утрам, их выводят из камер и ставят на растяжку, затем бьют по ногам и причиняют боль, при этом наносятся, как один выразился, «плюхи», от которых у одного из них ухо стало плохо слышать. Они это побоями не называют — тумаками, плюхами, ещё как-то. И это происходит систематически, практически на каждой проверке.

Они все говорят про одну и ту же камеру, в которую их всех в разное время помещали. Дадин называл ее «пыточной».

В общем, там есть очень много совпадающих элементов, притом что люди рассказывают по-разному, по-разному это оценивая.

Кроме того, в пользу достоверности слов Дадина говорит и поведение сотрудников ФСИН России. Приехав в колонию, мы столкнулись с тем, что карельское начальство запретило нам пользоваться диктофоном. Я никакого разумного объяснения этому не нахожу, потому что любые визитёры, даже члены ОНК, имеют право беседовать с осуждёнными с использованием диктофона.

На мой взгляд, этот запрет можно объяснить только одним. Мол, если вы, ребята, там даже что-то нароете, использовать это как юридическое доказательство не получится. Мы сейчас можем это пересказывать, но не можем предъявить запись, направить в Следственный комитет нам нечего.

Читайте также

Следов не осталось... А где видеозапись? Хроника произошедшего с Ильдаром Дадиным

Брать у каждого из осужденных подробные письменные объяснения мы просто не имели возможности — мы бы тогда не уложились в двухсуточный срок, который нам был выделен.

— Дадин, насколько я знаю, написал вам о пытках на шести листах.

— С Дадина мы взяли достаточное подробное объяснение. Мы попросили его рассказать, что в этом опубликованном письме, с которого все началось, неточно, неправильно. Эти шесть листов — его уточнения.

— Вам дали ознакомиться с документами?

— Изначально ФСИН согласовала изучение документов. Это рапорта сотрудников, объяснения Дадина, постановление о привлечении к дисциплинарной ответственности, акты о применении к нему физической силы и спецсредств. В первый день, когда мы приехали в колонию, нам подтвердили это согласование, однако во второй, после подробной беседы с Дадиным, нам неожиданно в ознакомлении с этими документами отказали. Никакого разумного объяснения этому я найти не могу.

— Кто именно отказал?

— Всем командовал первый заместитель начальника управления ФСИН по Республике Карелия полковник Федотов Алексей Владимирович. Он же в управлении ФСИН по Карелии закреплен за этой колонией, то есть он — курирующий сотрудник управления. Он же когда-то был начальником этой колонии до нынешнего руководителя, которого мы так и не увидели, — он якобы находится в отпуске.

Что касается запрета использовать диктофон, запрета на ознакомление с документами и всего прочего — Федотов ссылался на распоряжение ФСИН. Я не знаю, кто ему давал эти команды, он нам этого не сказал. Я полагаю, что во ФСИН есть понимание того, что происходит в колонии, в том числе с Дадиным. Нам просто пытались либо затруднить работу, либо сделать ее неполной.

С чем мы еще столкнулись. Два человека, с кем мы общались, сказали, что, пока их к нам вели, их предупредили, чтобы они не говорили лишнего и вообще помалкивали.

Кроме того, мы выяснили, что вечером 7 ноября восемь человек, которые пытались привлечь наше внимание, были вывезены в соседнюю колонию. Мы обратились к полковнику Федотову с просьбой, чтобы нам предоставили возможность с этими людьми побеседовать. Мы готовы были выехать в эту колонию, мы были готовы задержаться, чтобы нам привезли этих людей, — мы были согласны на любой вариант. Но нам отказали. Федотов сказал: «Нет, вы с ними не поговорите. Они находятся в другой колонии. У вас разрешения на посещение этой колонии нет».

— А как эти заключенные пытались привлечь ваше внимание? Что они делали?

— Мы об этом узнали от одного из осужденных. Он сказал, что вчера восемь человек пытались устроить акцию протеста. Они вырвались из отряда и полезли на крышу с плакатом. Мы в это время с кем-то общались. Они рассчитывали привлечь наше внимание, когда мы будем выходить. Где сейчас эти люди, неизвестно.

— Можете прояснить ситуацию с видеозаписями?

— Видеозаписи, которые нам показали, не доказывают совершенно ничего. Те записи, которые бы дали полную картину, нам не предоставили, сославшись на то, что обязательный для хранения месячный срок истек, и они просто стерлись.

— Насколько я знаю, есть два типа носителя: камеры в помещении и мобильные камеры, которые носят с собой сотрудники колонии. Все ли записи «стерлись»?

— Мобильные регистраторы, которые носят с собой сотрудники, зафиксировали эпизод, когда Дадин отказывается выходить из камеры 12 сентября. Ему делается предупреждение о применении физической силы, потом три сотрудника вытаскивают его из камеры и применяют к нему физическую силу. Все это сопровождается правильными уставными словами. Это есть. Это нам показали.

Дадин всего этого не отрицает. Он так и рассказывает. Другое дело, что его накануне побили, макали головой в унитаз. И когда сотрудники ему говорят: «Выходи в коридор», он отвечает: «Какая разница, где вы меня будете бить?» Я рассчитывал увидеть видеозаписи с камер в коридоре.

После этого он говорит, что его потащили и подвесили где-то. Причем он совершенно честно говорит, что не может пояснить, куда его потащили и на чем подвесили. Как он рассказывает, ему на голову натянули шапку-ушанку задом наперед — у него просто глаза были закрыты.

Мы это помещение нашли. Один из осужденных (его, как он говорит, тоже подвешивали полгода назад)  рассказал, и на что подвешивали — ему глаза не завязывали.

— И что это?

— Некий фиксатор, железная труба в прогулочном дворике.

Если сложить вместе все наши впечатления за два дня, у нас сложилось устойчивое внутреннее убеждение, что то, что рассказывает Дадин, — правда. С какими-то преувеличениями, субъективными оценками. Но это было.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera