Репортажи

Люди Печоры не хотят быть лишними

В Коми митингуют целые деревни. Местые власти называют политические требования подрывом конституционного строя

Митинг в Ижме. Фото предоставлено Комитетом спасения Печоры

Этот материал вышел в № 129 от 18 ноября 2016
ЧитатьЧитать номер
Общество

Татьяна Брицкаясобкор в Заполярье

4

«Раскладушку», чтобы повесить на нее объявление о предстоящем митинге, сделали из того, что было, — из спинок старой детской кроватки. Все лучше, чем расклеивать листочки по стенам, никто их не читает. А дело важное — народный сход. На ночь, правда, пришлось самоделку затаскивать в дом — чтоб не сперли.

Жителям Ижмы, как и других сел, стоящих на Печоре и ее притоках, митинговать не впервой, на площадь они выходят, когда на реке случается очередной нефтяной разлив, это здесь не редкость.

Но в этот раз все иначе: требования у селян, считай, политические: восстали ижемцы против… реформы республиканских органов власти. Что им Гекуба? Но уж больно реформа нетривиальная — с подтекстом. За официальной формулировкой об оптимизации структуры правительства скрывается удивительное: в регионе, испытывающем колоссальную промышленную нагрузку от добычи нефти, газа, угля и — в перспективе — золота, упразднили минприроды. И не просто упразднили: штат ведомства перевели в подчинение министерства промышленности. Соответствующий указ 17 октября подписал глава республики Сергей Гапликов. Конфликта интересов — одно министерство в силу своих обязанностей и по мере сил сдерживало активность другого — власти не видят.

Зато в протестной активности населения они увидели угрозу конституционному строю — ни больше ни меньше. «Вмешательство в организационную деятельность органов власти субъекта РФ в части требования восстановления минприроды РК (Республики Коми.Т.Б.) не соответствует положениям Конституции Российской Федерации, федеральных законов», — предупредила районная администрация ижемцев, подавших уведомление о будущем митинге. До такого не додумались даже в столице — любые требования по отношению к власти расценивать как нарушение Конституции. Вот только изобретали формулировку слишком долго — ответ пришел через 7 дней, а возражения, по закону, нужно было отсылать в трехдневный срок. Так посчитали в Ижме — и митинг провели.

Полиция, дежурившая у ДК, где собрался народ, ничего криминального в сходе не нашла, а когда за два дня до митинга экологический активист Николай Братенков отнес в участок уведомление, там даже обиделись: говорят, зачем предупреждать, мы и так за вас.

На импровизированной сцене выступает Иван Иванов, активист Комитета спасения Печоры, организации, созданной простыми жителями Коми. Комитет борется с промышленными загрязнителями, мониторит состояние окружающей среды, выпускает газету, и за два десятка лет заставил власть прислушиваться к себе. Иван рассказывает, что задачи минприроды и минпрома диаметрально противоположны. Объединение ведомств нарушает принцип независимости государственного экологического надзора и экологической экспертизы, а также антикоррупционное законодательство.

— Когда Москва будет требовать налогов, экология будет забыта, — говорит он.

Что такое промышленность, жителям Коми объяснять не надо. Они давно не могут ловить рыбу, брать воду из рек и даже, кажется, дышат с опаской, поглядывая на сернистые факелы на горизонте. А вот как принималось решение о слиянии ведомств, услышать им было бы интересно. Но на митинг никто из правительства не приехал. А ответ на письмо Путину, направленное Комитетом спасения Печоры, организацией «Экологи Коми» и движением народа Коми «Изьватас», пришел почему-то за подписью нового главы объединенного ведомства Николая Герасимова. Там общими фразами сообщается, что ничего плохого в оптимизации нет. Как сказал «Новой» экс-министр природных ресурсов Роман Полшведкин, он о механизмах и мотивах реформы не осведомлен, увольнение и для него стало неожиданным.

В Комитете спасения Печоры утверждают, что никаких консультаций с экспертами не велось. У экологов версия простая: реформа пролоббирована добывающими компаниями, которые собираются наращивать производство. Например, добывать золото в промышленных масштабах на территории национального парка «Югыд ва» — с таким предложением уже выступил минпром.

Длительные согласования и периодические проверки минприроды им явно мешали. А теперь досадный барьер ликвидирован. Не сказать что ведомство было исключительно активным: к нему у экологов претензии были, но, по выражению Николая Братенкова, лучше плохой сторож, чем никакого. Худо-бедно, министерство разбиралось с нефтеразливами, выбросами в атмосферу, сбросом стоков в водоемы, несанкционированными вырубками и свалками, а также управляло региональным заповедным фондом. Теперь эти функции передаются минпрому. Жители сравнивают это с подчинением лесхозов леспромхозам, которое они уже проходили в середине прошлого века, или, как написали на одном из плакатов, с водворением волка с овцой в один загон.

В администрации республики, куда пригласили экологов после митинга, слияние министерств объяснили необходимостью экономии бюджетных средств. При этом обещали сохранить все функции и службы минприроды. Министр Герасимов заявил, что не видит противоречия между функциями минпрома и охраны природных ресурсов, тем более конфликта интересов, зато пообещал устранить бюрократические барьеры, с которыми сталкиваются природопользователи.

Общественников разговор не устроил, протесты они решили продолжать. И столкнулись с ощутимым противодействием. На 20 ноября намечен митинг в селе Усть-Уса. В ответ на уведомление власти городского округа Усинск предложили селянам перенести его на… 80 км, сославшись, на то, что только в городе есть площадки для массовых мероприятий. Организаторы запрет митинговать в родном селе посчитали незаконным и пожаловались в прокуратуру и Следственный комитет.

Между тем одного из активистов уже задержали на одиночном пикете в Сыктывкаре: на лидера общественной организации «Экологи Коми» Нину Ананину составили протокол за пикет на Стефановской площади, у здания Госсовета. В нем с 2011 года расположен еще и Конституционный суд и пикеты рядом запрещены. Запрет мэрии на публичные акции на Стефановской правозащитники уже отменяли в суде. Но вскоре он был вновь установлен — на этот раз Госсоветом.

Тем не менее Ананина вышла на площадь с плакатом. А после ее задержания волна пикетов прокатилась по республике: они прошли в Сосногорске, которому промышленное освоение территорий нанесло наибольший вред.

В обращении, размещенном на сайте Комитета спасения Печоры, говорится: «Мы не безмолвные рабы. Мы народ, живущий в Природе, благодаря Природе и в согласии с ней». Общественники обещают продолжать акции протеста до пересмотра Гапликовым опрометчивого решения. Также они разместили в интернете петицию губернатору с требованием вернуть региону министерство природы, ее уже подписали около 50 тысяч человек. Правда, на понимание со стороны властей республики люди особенно не надеются, памятуя о своеобразном отношении к экологии госкорпорации «Олимпстрой», с поста руководителя которой пришел рулить Коми Сергей Гапликов.

Роман Полшведкин в телефонном разговоре с «Новой» уточнил: до 1 января его ведомство работает по-прежнему, передает дела. Так что последствия решения губернатора Гапликова в полной мере станут видны лишь с началом нового года. Объявленного, кстати, в России Годом экологии.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera