Сюжеты

«Худилайнен захочет в таких хоромах жить?»

Если люди отказываются переезжать из старых аварийных домов в новые аварийные, их переселяют насильно — по суду. Как работает федеральная программа в Карелии

Фото: Александр Луговский / специально для «Новой»

Этот материал вышел в № 11 от 3 февраля 2017
ЧитатьЧитать номер
Общество

Анна Бессарабовакорреспондент

8
 

«Москве доложили, что программа выполняется: около четырех тысяч человек получили квадратные метры в благоустроенных микрорайонах. Рапорт принят, выговор с администрации региона скоро снимут. Кому после победных реляций нужны наши жалобы?» Прежде чем обратиться в «Новую газету», жители Сортавалы, Вокнаволока, Верхних Важин, Кеми и других населенных пунктов Карелии неоднократно писали в правительство РФ, Следственный комитет России, Генеральную прокуратуру, Счетную палату и Госдуму. Из всех инстанций им отвечают что-то невразумительное о «неуклонном повышении качества коммунальных услуг».

Выговор, объявленный главе респуб­лики Александру Худилайнену за срыв федеральной программы расселения ветхого и аварийного жилья в феврале 2016-го, — мотив, побудивший регион за короткий срок построить и сдать рекордное количество домов на общую сумму более 2 млрд рублей. Год назад на совещании в правительстве РФ президент России Владимир Путин поинтересовался, куда исчезли целевые бюджетные средства, перечисленные Карелии и Забайкалью.

Глава Забайкальского края ушел в отставку, глава Карелии пообещал исправиться.

В 2016 году республика расселила 11% аварийного жилья — 13 тысяч квадратных метров, в начале 2017-го отчиталась о 56% — 64 тысячах квадратных метров.

Лепили из того, что нашли

— Тяп-ляп строили и тяп-ляп принимали. В нашем трехэтажном блочном доме нет перекрытий, — рассказывает пенсионер из Кеми (до выхода на пенсию работал столяром и плотником) Андриян Володько. — Поставили доски, брус, заделали ячейки минватой и сверху закрепили натяжной потолок. Полезешь на чердак — провалишься. Пожарная безопасность — нулевая. Посмотрел наверху деревянные стойки: 33 из 54 с повреждениями и трещинами. Дом рухнет после первого обильного снегопада. Угловая постройка на улице Ленина в Кеми с декабря до июня — под осадками — стояла без крыши. Сушить ее не стали, потому что дорого. Пооткрывали окна и быстро закончили отделку. А сейчас материал отдает влагу, в одной из квартир треснула стена. Говорил со строителями, они не отпирались: лепили из того, что привозили. Из говна, валяющегося под снегом.

Володько посылал соответствующие документы начальникам стройки, в администрацию региона и Фонд содействия реформированию ЖКХ.

— Многие туда писали, — продолжает пенсионер. — В нашем городе по программе возвели 8 домов, все 8 — с нарушениями и браком, из конструкций, не предназначенных для использования на Севере. Заставляют заселяться, а когда случится беда, не найдешь виноватых. Я не переезжаю: страшно. И в старом доме печки уже опасно топить, народ разбегается, кто куда может.

Уполномоченный по правам человека в Карелии Александр Шарапов проверяет жалобы на новостройки от жителей Олонецкого, Лоухского, Пряжинского, Прионежского, Сегежского районов, от семей из Костомукши, Сортавалы и Кеми.

— В действиях должностных лиц есть признаки состава преступлений, — полагает Шарапов. — Просим прокуратуру назначить и провести строительную и медико-микологическую экспертизы объектов, сданных в эксплуатацию. Почему в комнатах плесень и грибок, отслаиваются обои, не закрываются двери, не работают системы отопления?

За год республика ввела в строй 41 многоквартирный дом. Уже к январю 2017-го карельские омбудсмены и общественники побывали по жалобам в 20 из них.

Минувшей осенью в регион приезжал председатель наблюдательного совета Фонда содействия реформированию ЖКХ Сергей Степашин. Люди ждали от него помощи, но представитель государственной корпорации заявил, что в случае срыва федеральной программы в Карелии будет создан прецедент, и тех, кто до 1 сентября 2017-го откажется переезжать в новостройки, «все равно расселят без права приватизировать выделенные квадратные метры. Граждан поместят в жилье социального найма, то есть ни продать, ни передать его кому-то они не смогут».

— Чиновники подключили судей. Я и мои соседи за несогласие перебираться в недострой стали ответчиками, — объясняет Андриян Володько. — В нашем случае суд вынес справедливое решение — отказал муниципалитету в удовлетворении иска. В других городах и поселках побеждают администрации.

Греются у буржуек

— В моем поселке сданы два дома: пятиквартирный и четырехквартирный. Печки дымят, здания не протапливаются. Строили, чтобы сэкономить, по проекту питерских студентов — по дипломным работам. Авторы, наверное, никогда не были в деревнях, — жительница Верхних Важин Галина Курносова описывает, что в их ситуации «напрорабили прорабы». — В поселке нет коммуникаций, туалеты на улице, но строители поставили унитазы в квартирах и прорубили под ними дыры. Это без канализации и водоотведения. Выгребные ямы сделали прямо под кухнями. После скандала подрядчики решили поставить туалеты на улице и опять напортачили. Соорудили всего два сортира. Для пяти квартир со стариками, детьми, мамами и папами. Тоже будут вселять по суду: по доброй воле в наш «Эрмитаж» никто не идет.

— Меня загоняют в дом, построенный по программе расселения аварийного жилья с апреля 2016 года. Много лет провела в старом бараке, работала учителем в школе, — вспоминает пенсионерка из деревни Вокнаволок Лариса Куликова. — В Карелию приехала с Чукотки — направил комитет образования. Барак дали ветхий, стоял с 1926 года. Соседями были пьяницы и дебоширы. На меня дважды нападали. Я лежала с переломами в больнице, а того, кто покушался, амнистировали.

Долго просила о переселении, но власти ничего не делали. В 2011-м сын нанял независимую комиссию, она установила: жилье аварийное. Появилась надежда, что нам отдадут заброшенную дорожную контору. Однако чиновники ее отремонтировали и внесли в маневренный фонд, а нас вместе с прежними соседями послали по программе в новостройку. Соорудили дом за два месяца, газовых плит нет, свет летом и осенью отключали. Люди готовили на кострах: бросали у огня кирпичи и поочередно ставили на них кастрюли и чайники.

В домах чугунные буржуйки, как во время Гражданской войны. Больше трех поленьев в них не положишь: узко. Под моей квартирой — коллектор, куда стекает дерьмо от соседей. Губернатор захочет в таких хоромах жить? И я не хочу, но меня и мою семью заставляют сменить 25 кв. метров на 15 (для троих), гоняют в суд, запугивают, позорят в местной прессе. Мы им мешаем выполнять федеральную программу…

В Сортавале таких «новоселов», как Лариса Куликова, несколько десятков.

— В нашем доме на улице Западная — 30 квартир. И везде щели, недоделки. У соседей трещина в стене от потолка до пола. В комнатах холодно, сыро. Обои почернели. Комиссии разные вызывали, депутатов, правозащитников, — отвечает на мои вопросы Тамара Нифонтова. — Я, как старшая по дому, всех вожу, показываю пятна, дыры, плесень, а изменений не видно. Платим по 6 тысяч рублей в месяц за эти клетушки. Для чего я семь лет ждала квартиру?

— Мы переехали из съемного жилья, теряли по 20 тысяч рублей в месяц при средней зарплате в городе не выше 15 тысяч рублей. Семья из пяти человек попала в дом на болоте, — говорит земляк Нифонтовой Александр Загарских. — Крышу не утеплили. Заземление вывели на раковину, вытяжки — в квартиры, а не из квартир. Из окон свищет, в помещении зимой 12 градусов тепла. Ребенок часто болеет. Слышимость такая, что шепот из первого подъезда долетает до последнего. В подвалах стоит вода. И недоработки, недоделки ничуть не повлияли на цифры в платежках. За что дерут? Кто отвечает за качество жилья?

Населению отвечает глава республики Александр Худилайнен: «У Фонда содействия реформированию ЖКХ и Минстроя России к нам нет претензий. Мы реабилитировались. Программа реализуется, еще 5 тысяч человек ждут переселения».

Строители, муниципалитеты и суды готовы.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Теги:
карелия
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera