Комментарии

Зинаида Миркина: «Когда же уймется безумие?!»

Поэт, переводчик, эссеист, чей высокий моральный авторитет остается столь же непоколебимым, как и посмертная слава ее мужа Григория Померанца, — ​о беде раздора и укрощении ненависти

Фото: Анна Артемьева / «Новая»

Этот материал вышел в № 11 от 3 февраля 2017
ЧитатьЧитать номер
Общество

38

Я очень больна. Может быть, уже не встану. Но сейчас с трудом подошла к столу. У меня глубокая потребность сказать несколько слов. Может быть, это будет повтор. Может быть, никто не услышит. И все-таки…

Ненависть, которая разрывает сейчас сердца и умы, в особенности между Украиной и Россией, меня убивает. С какой убежденностью, с каким остервенением ищут люди виноватого и точно знают, кто виноват. А ведь виноваты все, все вместе.

Сто лет назад в России была революция. Что бы о ней ни говорили, но среди делавших революцию были Дон Кихоты, думающие, что они создадут справедливый мир. Я много писала об этих Дон Кихотах, которые, убивая одного дракона, вызвали к жизни много худшего. Приведу слова из моей еще не напечатанной статьи под названием «Пробудившаяся душа»:

«Кто не любит Дон Кихота, у того не пробудилась душа, а кто хочет надеть рыцарские доспехи и идти вслед за ним, тот еще не сумел дослушать свою пробудившуюся душу до конца».

У истинных Дон Кихотов были прекрасные сердца, жертвенные, мужественные. И почти все они закончили жизнь, если не под пулями Гражданской войны, то в сталинских лагерях. А у тех, кто выжил, погасли сердца. И вот, увидев, куда привел отцов их энтузиазм, следующее поколение пришло в ужас и повернулось на сто восемьдесят градусов.

Отцы думали, что все зло в частной собственности. Дети решили, что все зло было в отмене частной собственности. И частная собственность это и есть единственное благо. Запад, никогда не отменявший частной собственности, стал казаться раем. По сравнению с тоталитаризмом он был чем-то бесконечно лучшим. И все-таки раем он отнюдь не был. И черно-белое мышление никогда не может быть правдой.

Идеал единения и братства, вдохновлявший Дон Кихотов, был истинным; только средства, которыми хотели его осуществить, были дьявольскими. Однако отбрасывая средства, отбросили и сам идеал. Частная собственность стала идеалом. Каждый сам за себя. Эгоизм естественен и здоров. И вот все за отделение друг от друга, за самостоятельность, в итоге за набивание своих карманов, за разворовывание общего под «святыми» знаменами национализма.

Читайте также

Наш мир болен

Я много раз приводила в пример Коктебель, который чувствую природным храмом. Этот храм разбит на кусочки. Завещанный Волошиным Союзу писателей Дом творчества превратился в скопище харчевен и притонов. Надругательство над этим храмом — ​эпиграф ко всей перестройке.

Вот от чего должна была бы прийти в ужас интеллигенция. Но нет, это все было принято. Крик начался только тогда, когда стали выяснять, чьи это харчевни и притоны — ​украинские или русские?

Весь дух грабительского капитализма был принят интеллигенцией обеих стран. Говорю стран, и голос дрожит. Мы слишком связаны. И думать, что наши болезни лечатся разделением, разбеганием, мне кажется кощунством. И мне, и многим живущим на или в Украине.

Сейчас уже три года, как разбираются незыблемые юридические права.

Не хочу, не могу в них разбираться. Это все на поверхности, на которой правит князь мира сего.

Когда я смотрела фильм «Покаяние» (в начале перестройки), я рыдала. Нам показывали заблуждения наших отцов и матерей, певших «Оду радости» Шиллера, в то время как художника с иконным лицом распинали.

Я думала тогда, сквозь рыдания: «Вот-вот люди увидят, что жили на поверхности и повернутся к глубине». Не тут-то было! Люди с одного конца плоскости перебежали на другой. И стали с небывалой силой делить землю, по которой ходили. Только бы разрубить на куски, тогда все будет в порядке. И вот на Украине ставят памятник Бандере, а в России — ​Ивану Грозному.

Женщина, которая считала себя моей духовной дочкой, называет себя украинской патриоткой и говорит, что только тогда, когда в России переменится режим и новый президент попросит прощение у Украины, как Вилли Брандт у евреев, тогда, может быть, начнет затихать ненависть к России.

Сменятся режимы… Они менялись уже, моя девочка. Не смена режимов укрощает ненависть, а укрощение ненависти может установить более или менее человеческие режимы.

Пока что все хотят наживы, и человеческие жизни гораздо менее важны, чем территории. Это не я первая говорю. Это сказал кто-то из украинских деятелей. Покуда это так, будут рваться бомбы и кипеть мозги.

Пока христианнейшие народы будут проклинать друг друга и качать свои несравненные права; пока можно ликовать и плясать во время землетрясения на территории врага, пока на Украине могут радоваться падению российского самолета, никакое восстановление юридических прав никому не поможет.

Господи, если бы люди оглянулись на Твои права! Да святится имя Твое…

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera