Репортажи

Лично вызвал огонь на Майдан

Как украинская элита и общество готовятся к суду над беглым экс-президентом Януковичем

Фото: Reuters

Этот материал вышел в № 17 от 17 февраля 2017
ЧитатьЧитать номер
Политика

Ольга Мусафировасобкор в Киеве

35

«В марте — на экранах всей страны!» Такой репликой генеральный прокурор Украины анонсировал начало процесса над Януковичем — Это будет открытый, непредвзятый и справедливый суд над человеком, которого мы подозреваем в совершении государственной измены.

Первыми новость от Юрия Луценко узнали студенты Киево-Могилянской академии, во время встречи в альма-матер. Измена, как объяснил генпрокурор, состояла в письменном обращении Януковича к президенту России — с просьбой ввести войска вначале в Крым, а потом и в Донбасс. Фальшивка исключалась.

Фотокопию документа, датированного 1 марта 2014-го, Киеву передал секретариат ООН. Почему передали только сейчас, а не три года назад, осталось за кадром.

Информацию о том, что беглый президент Украины лично «вызвал огонь» — не на себя, а на украинцев, которые стояли на Майдане — и повлиял на принятие Советом Федерации решения о применении Вооруженных сил РФ за рубежом, подтвердили, по словам Луценко, важные свидетели, бывшие российские депутаты Госдумы. Журналистам не составило труда выяснить: речь шла об Илье Пономареве и Денисе Вороненкове. В качестве свидетеля допросили также председателя Рады Андрия Парубия, коменданта палаточного городка Майдана, непосредственного очевидца трагических событий февраля 2014 года — расстрелов «Беркутом» защитников баррикад. Осталось лишь вручить адвокатам Януковича материалы дела.

— Это поставит точку в истории диктатуры. Позволит конфисковать все богатства, которые находятся в Украине и арестованы за рубежом, — объяснял генпрокурор. Студенты аплодировали авансом.

На паузе

Точку пробовали поставить давно.

«Подписал закон, который поможет провести суд над Януковичем». Такую запись президент Порошенко сделал в своем твиттере 21 октября 2014 года.

Накануне Рада приняла изменения в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы Украины. Кажется, никогда прежде национальное законодательство не совершенствовали с «прицелом» на одного конкретного гражданина. Отныне досудебное расследование и судебное производство можно было проводить в отсутствие подозреваемого (обвиняемого), если он скрывался от следствия, но при обязательном участии защитников. Такое производство касалось преступлений, совершенных против основ безопасности страны, против мира, безопасности человечества и международного правопорядка, преднамеренных убийств, террористической деятельности, коррупционных преступлений. Большую часть из того, что перечислено в списке, инкриминировали Януковичу. Вариант — договориться по дипломатическим каналам с Кремлем о выдаче экс-президента — выглядел утопией. Особенно на фоне аннексии Крыма и начавшейся вооруженной агрессии в Донбассе.

Соответствующие запросы, как рассказывал тогдашний генпрокурор Украины Виталий Ярема, в Москву направляли все равно. Чтобы снова получить отказ: «Политическое преследование!»

Зато на телевизионных ток-шоу генералу Яреме хлопали. Генпрокурор рисовал картину скорого возвращения в бюджет страны миллионов, выведенных за рубеж ближайшим окружением Януковича. Сообщал: в Швейцарии арестованы капиталы Андрея Клюева, экс-главы администрации беглого президента, в Австрии — деньги Алексея Азарова, сына экс-премьера Николая Азарова, также перекочевавшего в Россию, Латвия заблокировала счета экс-вице-премьера Сергея Арбузова и «регионала» Юрия Иванющенко, больше известного как «смотрящий» Януковича. Санкции ЕС стали реакцией на обвинения в коррупции, выдвинутые указанным господам на Украине.

Для торжества справедливости не хватало лишь нормы о спецконфискации. Принять закон, который совершенствовал бы процедуру ареста имущества и позволял забирать активы у подставных лиц и офшорных компаний, рекомендовал ЕС. И поставил в прямую зависимость от появления на свет этого документа либерализацию визового режима для Украины. Но Рада несколько раз провалила правительственную инициативу. «Прокуратура нереформирована, куда ей настолько большие полномочия! Пострадают и простые люди, не смогут, в случае чего, защитить свое имущество! Украинцы завалят исками Европейский суд по правам человека!» — критики даже не позволяли включать законопроект в повестку пленарной сессии.

Генпрокурора Ярему вскоре отправили в отставку. При его преемнике, Викторе Шокине, ситуация в законодательном органе не изменилась. Тем временем Клюев, Арбузов и Азаров, объединившись, выиграли в январе 2016-го суд Европейского союза. Вердикт гласил: указанные лица не могут быть подвергнуты санкциям лишь за то, что против них в третьей стране продолжается предварительное расследование. Сами фигуранты бравировали: вот и помешайте теперь «разморозке» наших активов! В феврале парламент Украины принял, наконец, закон о спецконфискации…

В деле же Януковича пауза длилась — по крайней мере в публичном пространстве — вплоть до осени минувшего года.

Допрос по телевизору

Юрий Луценко, четвертый по счету генпрокурор после «революции достоинства», при утверждении на должность сказал: «Я лично представлю обвинение против Януковича в суде».

Как отмечают наблюдатели, предстоящий процесс планируют превратить в триумф тандема Луценко—Порошенко. Действующий президент — на середине срока, пора предъявлять результаты. Нынешний генпрокурор гораздо больше политик-трибун, нежели юрист-законник. Ручной режим ускорения работы для него не представляет проблемы.

А вот отвечать и в третью годовщину Майдана на вопросы, почему не наказаны убийцы Небесной сотни, потеряна часть территории страны, разграблена казна и так далее, не хотелось бы ни Порошенко, ни Луценко.

С мая по октябрь генпрокурор показывал, что значит личная заинтересованность в деле. Торопил подчиненных, создал отдельную структуру — в помощь департаменту спецрасследований, — чем спровоцировал конфликт с руководителем подразделения Сергеем Горбатюком. Но в ноябре состоялся видеодопрос Януковича, после чего Горбатюк признал в эфире: «Получили большой арсенал для работы. До этого мы вообще ничего не имели».

Экс-президенту, напомню, инкриминируют кроме государственной измены и посягательств на территориальную целостность государства пособничество в ведении агрессивной войны, потворство массовым убийствам, доведение до небоеспособности армии, развал СБУ, коррупционные действия и создание преступной группировки.

Объявление о подозрении Януковичу зачитал сам Юрий Луценко, глядя в экран. И позвал из Ростова в Киев, на допрос.

Защита выбрала нападение

Правда, адвокаты экс-президента продолжают настаивать: их подзащитный — не в статусе подозреваемого. Уведомление не вручено должным образом, нарушен ряд норм. А до суда по-прежнему далеко: «Мы еще не прошли первого процессуального шага, за которым — следственные действия с участием Виктора Януковича». Защита опубликовала документы, согласно которым Янукович имеет временное убежище в Ростове-на-Дону вплоть до 26 октября 2017 года. И уже обратилась в ЕСПЧ с жалобой, где говорится о «политическом давлении на судебную систему в Украине».

В то же время Генпрокуратура Украины считает: специальное (заочное) досудебное расследование в деле о госизмене Януковича находится на завершающей стадии. Что не мешает параллельно готовить ходатайство о допросе подозреваемого в Ростове, раз уж он категорически отказался от камеры изолятора СБУ на родине, которую пообещал Луценко, вместе с «любыми гарантиями безопасности и выбранного им питания».

…Теперь генпрокурору надо как-то объяснить обществу, что заочный суд «выпишет» Януковичу заслуженный срок.

Правда, тоже заочный.

Киев

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera