Сюжеты

Шахты и мат

Перевод блокады Донбасса в режим государственной политики уже привел к потере Украиной контроля над стратегически важными предприятиями. Кто играет против Порошенко?

Вагоны с углем на вокзале Донецка. Фото: РИА Новости

Этот материал вышел в № 29 от 22 марта 2017
ЧитатьЧитать номер
Политика

147

Блокада, которую начинали подразделения ветеранов АТО, а теперь и официально объявил Киев, значительно изменила ситуацию на Донбассе. На сегодняшний день ряд предприятий просто остановили свою работу. Некоторые из них выплачивают людям деньги «за простой», чтобы не потерять работников, другие отправили их в отпуск без сохранения содержания. Так, например, случилось на заводе «Донецкэлектромотор», там людей распустили по домам, объяснив, что предприятие закрывается, а компания «Мегапром» отправила людей в отпуск в связи с «национализацией предприятий». Компания «Метинвест» в Мариуполе с 17 марта открыла центр по трудоустройству сотрудников, которые работали на не подконтрольной Киеву территории. Им предлагают трудоустройство в Мариуполе, Запорожье, Кривом Роге.

«Новая газета» разобралась в том, как блокада превратилась из частной инициативы в главный фактор, определяющий сегодня противостояние на Востоке Украины.

7 сентября 2016 года в Минске представители Украины, России и самопровозглашенных республик договорились о запуске двух железнодорожных веток для поставок угля с Донбасса на Украину. «Это необходимо для поставок угля на украинские ТЭЦ», — написала на своей странице Дарья Олифер, пресс-секретарь представителя Украины в Трехсторонней контактной группе Леонида Кучмы.

То, что уголь на подконтрольные Киеву территории шел из Луганской и Донецкой народных республик все 3 года войны, не было секретом. Но и говорить об этом публично было не принято. Может быть, у правительства Украины появилась уверенность в том, что народ созрел и готов принять данное решение. Это была ошибка.

На странице самой Дарьи Олифер появились вопросы: «Поставки угля с оккупированных территорий? «, «С запуском ж/д сообщения Украина будет уже официально закупать уголь в ОРДЛО (отдельные районы Донецкой и Луганской областей.Ред.)? «

Особое возмущение общественности вызывало то обстоятельство, что по вопросам торговли углем в Минске удалось достичь прогресса, а по обмену пленными — нет.

В 2014—2015 годах им занимались стихийно созданные группы. Со стороны Украины наиболее заметны были «Офицерский корпус», Оксана Белозир, Василий Будик, Александр Кудинов, группа «Патриот». Со стороны «ЛНР» и «ДНР» — омбудсмен «ДНР» Дарья Морозова, Лилия Родионова, ветераны Афганистана Виктор Муха и Сергей Шонин. Украинской стороне, по обрывочным доступным данным, удалось выменять около 750 человек, около 600 смогла забрать сторона «ЛНР» и «ДНР».

Затем переговоры перешли на официальный уровень. Трехсторонняя группа начала обсуждать этот вопрос в рамках подписанных документов «Минск-2». Вопрос о пленных стал пунктом шестым в документе о комплексе мер по выполнению Минских договоренностей: «Обеспечить освобождение и обмен всех заложников и незаконно удерживаемых лиц на основе принципа «всех на всех». Предполагалось, что этот процесс должен был завершиться «самое позднее на пятый день» после отвода тяжелых вооружений.

Но в оставшиеся месяцы 2015-го и весь 2016 год обмен пленными проходил очень тяжело, количество обменянных и освобожденных можно считать единицами, а по итогам года не набралось и сотни, если считать с обеих сторон конфликта.

На фоне застопорившегося обмена пленными легализация торговли углем смотрелась очень цинично. Это создавало разницу потенциалов в общественной дискуссии.

Редуты из «Фейсбука»

В конце декабря депутат Надежда Савченко приезжает в Минск на переговоры с Плотницким и Захарченко. Другой депутат Верховной Рады, а в прошлом комбат Семен Семенченко пишет по этому поводу в «Фейсбуке»: «Освободить пленных очень просто. Осенью 2014 года батальон «Донбасс» перекрыл поставку контрабандных продуктов торговой сети Луганской области на своих пунктах пропуска на Бахмутской трассе. И вместе с другими добровольческими батальонами перекрыл пункты пропуска в Донецкой области, преградив дорогу конвоям фонда Рината Ахметова. Контрабанда в Луганской области предназначалась для захваченных боевиками сетей магазинов для продажи боевикам, для спекуляций и наживы их лидеров. Большая часть продуктов фонда Рината Ахметова шла на питание тем же боевикам и в сеть магазинов «Брусничка». Очень быстро прошли переговоры, и 97 «донбассовцев» были освобождены в течение недели».

То есть изначально блокада рассматривалась как временная акция, направленная на принуждение самопровозглашенных республик к выдаче пленных украинцев. Таков был и смысл ультиматума, который 16 декабря 2016 года выставили руководству «ЛНР» и «ДНР» ветераны добровольческих батальонов «Донбасс» и «Айдар»: «Если в течение семи дней все украинские военнопленные не будут отпущены или же обменяны, то мы начинаем тотальную блокаду оккупированных территорий. И посмотрим, насколько вас хватит».

18 декабря создается группа в «Фейсбуке» под названием: «Штаб блокады торговли с оккупантами», а 8 дней спустя истекает срок ультиматума, и Семенченко официально заявил о начале блокады: «Ветераны начинают действия по блокаде торговли с оккупированными территориями, на которой наживают миллионы как главари т.н. «ДНР»/»ЛНР», так и «украинские» олигархи и чиновники…».

Командир батальона «Донбасс» Анатолий Виногродский на организованной пресс-конференции в Киеве уточнил, что блокада не коснется мирных жителей, которые везут продукты и другие необходимые вещи. Остановлены будут поставки угля, леса, метала, алкоголя и табака. Также ветераны АТО планировали добиваться остановки водо- и электроснабжения не подконтрольных Киеву территорий.

Утром 27 декабря «ДНР» передала Украине двух пленных женщин, Анжелику Преснякову и Ольгу Сворак. Накануне Александр Захарченко и Игорь Плотницкий пояснили в заявлении, что этих женщин передают Надежде Савченко «в качестве жеста доброй воли в канун Нового года». На выполнение ультиматума это походило очень отдаленно, к тому же два дня спустя Киев, тоже в качестве «жеста доброй воли», передал представителям Луганска и Донецка 15 пленных.

Общественность Украины раскололась на два лагеря. Одни стали поддерживать блокаду со словами «либо воевать, либо торговать», другие практически открыто начали говорить, что это дело рук Коломойского — в недалеком прошлом губернатора Днепропетровской области, а ныне беглого олигарха, разругавшегося с новыми властями. Аргументы в поддержку этой версии предлагали такие: телеканал Коломойского «1+1» активно освещает блокаду, ее участники якобы получают финансовую подпитку от олигарха, который мстит Петру Порошенко за национализацию своего главного актива, Приватбанка. Надо сказать, что национализация произошла 19 декабря, практически одновременно с началом активной фазы блокады.

Спустя месяц с начала акции стало понятно, что, например, Лобачевская переправа, крупный и хорошо известный канал контрабанды, не была перекрыта. Но действительно прекратилась работа железнодорожных веток: Луганс—Лисичанск—Попасная. Кстати, в товарных составах также провозили контрабанду — от сигарет до золота. К некоторым составам с углем прицепляли несколько дополнительных вагонов с нелегальным грузом.

Возле населенных пунктов Горское и Золотое был установлен палаточный городок, который назвали «Редут Богдан». В сторону Украины перестали идти составы с углем сорта антрацит, без которого не могут работать большинство украинских ТЭЦ. В сторону «ЛНР» перестали идти составы с рудой, предназначенной для металлургических комбинатов.

Технологическая цепочка

Блокада ударила в первую очередь по бизнесу Рината Ахметова и Сергея Таруты.

У Рината Ахметова на территории «ЛНР»/»ДНР» остались предприятия «Метинвестхолдинга» и «ДТЭК», у Сергея Таруты — «Алчевсккокс» и «Алчевский меткомбинат». При этом вторая половина их бизнес-империй находится на подконтрольной Киеву территории. И это не просто набор разрозненных активов, они объединены в технологические цепочки, возникшие задолго до начала АТО и даже до создания самих холдингов еще в советское время.

И если уж говорить прямо, значительная часть торговли между Украиной и оторванными от нее территориями Донецкой и Луганской областей приходилась на внутрихолдинговые поставки империи Ахметова. При этом сам Ахметов до последнего времени был крупнейшим поставщиком гуманитарных грузов в «ДНР» со стороны Украины, с ним же так или иначе работали основные волонтерские организации. Более того, все промышленные предприятия Ахметова (и других крупных украинских бизнесменов) оставались в рамках украинской юрисдикции и платили налоги не в Донецк или в Луганск, а в Киев. В том числе и военный налог, за счет которого во многом финансировалось проведение АТО.

Это — еще более неприятная правда о войне, которую вынуждены были признать и киевские власти. Так, 30 января 2017 года СБУ размещает на своем ресурсе заявление, в котором поясняет, что за счет производственных мощностей, расположенных на территории так называемых «ДНР» и «ЛНР», госбюджет Украины в 2016 году пополнился на 31 миллиард гривен (более 1 миллиарда долларов. — Ред.). При этом за предыдущий 2015 год, по информации СБУ, с не подконтрольной Украине территории в госбюджет выплачено 19,5 миллиарда гривен. Таким образом, в 2016 году показатель вырос в полтора раза. В СБУ отметили, что военный сбор из этих поступлений составил 777 миллионов гривен.

В то же время меры по блокированию движения железнодорожного транспорта активистами, как сообщалось в релизе Службы безопасности, не только поставят энергетическую систему страны на грань кризиса, но и «приведут к увеличению количества граждан, которые после потери ими рабочих мест (обеспечивают существование почти 150 тысяч человек) вынуждены будут, с учетом 40% недоукомплектованности в т.н. «армейских подразделениях» ОРДЛО, вступить в ряды незаконных вооруженных формирований».

О том, что ждет экономику Украины при продолжении блокады, с парламентской трибуны рассказал министр энергетики и угольной промышленности Украины Игорь Насалик: «На контролируемой территории антрацитовая группа угля не добывается. Нормативно-правовые акты, которые были приняты еще в 2014 году, регламентируют перемещение товаров антрацитовой группы. Оплата шахтерам за их труд ведется по той же цене, как и нашим шахтерам. Это — 1730 гривен. Оплата проходит через карточки Ощадбанка. Махновщины не должно быть: если вы примете решение полной блокады, то эту блокаду должны проводить не добровольцы, а силовые структуры. Вы должны взять на себя ответственность».

Министр отметил также, что цена, которая формируется на свободном рынке, в среднем вдвое выше той, по которой проходит закупка угля с не контролируемых Киевом территорий. Кроме того, этот уголь еще надо купить и физически поставить, а на это потребуется время.

Ближе к концу февраля стало очевидно, что предприятия, находящиеся по обе стороны линии разграничения, но работающие в неразрывной цепочке, могут остановиться. Цепочка нарушилась: Зуевская ТЭЦ, которая находится на территории «ДНР», получает уголь из Доброполья, находящегося на украинской территории. В свою очередь, Зуевская ТЭЦ питает электроэнергией Авдеевку и Авдеевский коксохимический комбинат, а сам комбинат перестал получать энергетический уголь с шахты, расположенной на территории «ДНР» и вот-вот может перестать поставлять кокс в Мариуполь на ММК Ильича.

Предприятия Донбасса работают в единой цепочке

Как ветераны превратились в «титушек»

Опасные последствия блокады становятся очевидными, и 6 февраля начинаются стычки «блокадников» с правоохранителями. Полиция Луганской области возбуждает уголовное дело по ст. 279 «Блокирование транспортных коммуникаций». В ответ «блокадники» перекрывают еще и автомобильную трассу Константиновка—Бахмут. «Неизвестные в камуфляжной одежде с деревянными колами, которые были приспособлены для того, чтобы ими можно было наносить удары, перекрыли дорогу в обоих направлениях, — пояснил СМИ глава полиции Донецкой области Вячеслав Аброськин. — Люди, которые блокировали движение транспорта, были все установлены. Всего около 28 человек. Среди них есть как ранее судимые, так и лица без постоянного адреса проживания».

Все это очень напоминает характерный портрет «сепаратистов», а ранее «титушек». Только в этот раз мишенью политтехнологов оказались патриоты Украины, ветераны АТО, которые заняли непопулярную в политических кругах позицию.

Тем временем руководители профсоюзов Днепровского и Алчевского металлургических комбинатов Вячеслав Мосьпан и Тарас Шевченко 12 февраля обратились к президенту Украины Петру Порошенко и премьер-министру Владимиру Гройсману с целью содействовать снятию блокады «ДНР» и «ЛНР».

В этот же день появилась новость о том, что в «ЛНР» могут национализировать ряд предприятий, в том числе принадлежащие бизнесмену Ринату Ахметову. Об этом заявил глава «ЛНР» Игорь Плотницкий: «Мы очень долго и терпеливо мирились с нахождением на нашей территории нерезидентов (юридических лиц, физических лиц — предпринимателей), которые, не признавая республику, осуществляя хозяйственную деятельность на нашей земле, используя ее недра, трудовые ресурсы, обогащались сами и обогащали Украину».

К вопросу о перерегистрации предприятий сначала отнеслись не очень серьезно. Заводы работали, их менеджмент и собственники заняли выжидательную позицию. Более опасным вызовом казалась блокада: 15 февраля Алчевский металлургический комбинат приостановил работу из-за блокирования поставок сырья. Представители предприятия отмечали, что по истечении 10 дней комбинат необходимо консервировать на более длительный период, но даже при условии возобновления работы, доменные печи придется ремонтировать из-за простоя.

В конце февраля запасы угля почти закончились на части украинских ТЭЦ. Компания Ахметова «ДТЭК-Энерго» перевела часть энергоблоков на смесь угля антрацит и тощих углей, а Краматорская ТЭЦ, например, перешла на газ, это связано со старой модификацией котлов, которые не могут работать на других сортах угля, кроме антрацита, как и большинство украинских ТЭЦ. В итоге: с начала блокады увеличился суточный забор газа.

Газ Украина формально покупает в Европе, но на самом деле это реверсные поставки из системы «Газпрома».

Ответный удар «сепаратистов»

Период выжидания со стороны руководства самопровозглашенных республик закончился 28 февраля, когда вооруженные люди захватили «Донбасс арену» в Донецке. Там с первых дней АТО раздавалась гуманитарная помощь фонда Рината Ахметова. Фонд «Поможем» был последней украинской организацией, которой разрешали работать в «ДНР». Представители Ахметова заявили, что в связи с блокированием пунктов выдачи гуманитарки они прекращают работу на оккупированной территории.

На следующий день глава «ДНР» Александр Захарченко объявил, что 40 предприятий попадают под национализацию на территории самопровозглашенной республики. «На некоторых предприятиях остались прежние хозяева, а на некоторых прошлые собственники никак не пытались пока на нас выходить, — сказал Захарченко. — Меняем подходы к управлению и задачам. Если бы нас признало мировое сообщество, рынок был бы огромен, но на сегодняшний день покупатель продукции — Россия».

Свои действия руководители «ЛНР» и «ДНР» объяснили отказом «штаба блокады Донбасса» прекратить блокировку транспортных магистралей. На всех предприятиях украинской юрисдикции действительно стали вводить внешнее управление. Формально это нельзя назвать национализацией, потому что пока не предпринимается никаких действий для смены собственника.

Но 15 марта ДТЭК Рината Ахметова заявляет о потере управления предприятиями, расположенными на временно неконтролируемой территории Донецкой и Луганской области: «Директора предприятий компании ДТЭК, расположенные на территории «ДНР», получили извещения о необходимости перерегистрации в «ДНР» и «ЛНР» и начале инвентаризации имущества. С этого момента ДТЭК не контролирует работу этих предприятий. Компания считает неприемлемым требование о перерегистрации наших предприятий, никакие формы давления не заставят ДТЭК изменить юрисдикцию своих активов».

Одновременно с заявлением ДТЭК появляется заявление группы «Метинвест» о потере контроля над деятельностью своих предприятий на территориях «ЛНР» и «ДНР». «На предприятия группы «Метинвест» пришли неизвестные люди, которые потребовали перерегистрировать предприятия в юрисдикции непризнанных республик, а также начали инвентаризацию и опись имущества. В случае неповиновения они угрожали сотрудникам предприятий физической расправой. Так как группа «Метинвест» не может подвергать сотрудников риску и нарушать законодательство Украины, компания считает невозможным продолжать какую-либо хозяйственную деятельность на этих предприятиях», — заявил генеральный директор группы «Метинвест» Юрий Рыженков.

Национализация в «ЛНР/ДНР» спровоцировала активные действия Киева. На заседании Совета по национальной безопасности и обороне было принято решение, что блокада из инициативы ветеранов АТО превращается в инструмент государственной политики. Экстренное заседание СНБО созвал президент Петр Порошенко. По его словам, грузовое сообщение с неподконтрольными территориями — теперь не только железнодорожное, но и автомобильное — будет заблокировано до того момента, пока «главари» т.н. «республик» не вернут под украинский контроль «национализированные» предприятия на территории «ДНР» и «ЛНР». Досталось от главы государства и ветеранам АТО: «Организаторы блокады приложили немало усилий, чтобы спровоцировать власть на силовые действия. Они ждали крови».

Политическое руководство Украины оказалось в двусмысленной позиции: кругом враги — внешние и внутренние. Союзники у Порошенко есть, но они заняли выжидательную позицию и предпочитают молчать.

Призрак Курченко

Руководители самопровозглашенных республик, в свою очередь, по традиции уповают на Россию. Как сообщает РБК, правительство РФ ведет переговоры с рядом крупных компаний о начале поставок руды на металлургические предприятия в «ЛНР» и «ДНР». Официального подтверждения этой информации нет, да и маловероятно, что будут прямые контракты. В подобной щекотливой ситуации, чреватой попаданием под санкции, куда уместнее использовать цепочки трейдеров-посредников.

Так что наиболее важный вопрос сегодня: чьи интересы представляют те самые неизвестные люди, которые пришли на предприятия Ахметова и других украинских олигархов в роли «внешних управляющих»?

На официальном ютуб-канале Службы безопасности Украины появился перехваченный разговор между главой «ДНР» Александром Захарченко и неким «Серым». Содержание разговора сводится к тому, что все украинские предприятия, которые располагаются на территории «ДНР» и которые были 1 марта 2017 года «национализированы» боевиками, — будут переданы Сергею Курченко: «Завтра все эти предприятия, которые у нас идут по списку, должны быть в Москве, на улице Краснопресненская, 12» (по этому адресу расположена башня «Федерация-Восток», в которой, по данным «Новой газеты», действительно расположен офис Курченко.Ред.). Захарченко в разговоре поясняет, что речь идет о предприятиях, которые будут переданы новому хозяину, — Харцызский трубный завод, Енакиевский металлургический завод, Макеевский филиал Енакиевского металлургического завода, а также «Донецксталь».

Мы не можем подтвердить подлинность разговора, но действительно вероятно, что «внешние управляющие» могут иметь опыт работы в структурах Сергея Курченко — одного из крупнейших младоолигархов эпохи Виктора Януковича, бежавшего, как и патрон, в Россию после победы Майдана. Отметим, что ВЕТЭК Курченко была крупнейшим конкурентом структур Рината Ахметова. В России Курченко едва ли обладает собственным политическим ресурсом, однако может быть оператором финансово-промышленных групп, заинтересованных в тихом, но выгодном освоении Донецкого региона.

О причастности России к данной инициативе можно говорить, только исходя из косвенных признаков, таких, например, как одновременное введение внешнего управления на предприятиях Рината Ахметова в Крыму.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera