Репортажи

«Анзор, Заур и Бесик сказали, что убили «американскую мразь»

В суде по делу Бориса Немцова допросили подсудимых и следователя

Анзор Губашев. Михаил Почуев / ТАСС

Этот материал вышел в № 37 от 10 апреля 2017
ЧитатьЧитать номер
Общество

Надежда Прусенковакорреспондент

4
 

Судебные слушания по одному из самых резонансных дел подходят к концу. После допросов подсудимых, которые продолжились на минувшей неделе, стороны представят дополнения и перейдут к прениям. Один из подсудимых — Темирлан Эскерханов — отвечать на вопросы суда отказался.

Напомним: на скамье подсудимых пятеро — преполагаемый киллер Заур Дадаев, братья Анзор и Шадид Губашевы, Хамзат Бахаев и Темирлан Эскерханов — все они следили за Немцовым, искали информацию и помогали скрыться убийце. Предполагаемый организатор — водитель бывшего замкомандира батальона «Север» Руслан Мухутдинов — в розыске. Заказчик не установлен. Подсудимые свою вину не признают.

На заседании в минувшую среду (защита попросила перерыв для подготовки к допросам) на вопросы адвоката отвечал Шадид Губашев. По его словам, выходило, что к преступлению он не причастен. С Дадаевым он знаком с детства, они родственники, вместе росли, он часто приезжал в деревню Козино, где они с братом и с Хамзатом Бахаевым снимали дом. В деньгах Шадид не нуждался — зарабатывал, развозя грузы на КамАЗе, «мог даже девушку на отдых отвезти». Про убийство политика Немцова узнал из новостей, никогда за ним не следил, информацию не искал, в поселке «Бенилюкс», где загородный дом Немцова и где в детализации зафиксирован номер Шадида, он, по его словам, никогда не был — работал в поселке рядом. «Не совершал я никакого преступления! Не совершал», — то и дело повторял подсудимый.

Шадид Губашев. Фото: Антон Новодережкин / ТАСС

На вопросы обвинения Шадид отвечать отказывается, поэтому прокурор Мария Семененко просто перечисляет их. Почему генетические следы Шадида найдены в квартире на Веерной? Почему его следы есть в машине ZAZ Chance, на которой следили на Немцовым? Почему в его личной машине БМВ найдены вещи со следами выстрелов? Что он делал в день убийства 27 февраля 2015 года? Почему сразу после убийства он уехал из Москвы?

На вопросы адвокатов потерпевших Вадима Прохорова и Ольги Михайловой подсудимый, извинившись, тоже отвечать не стал. Но на вопрос присяжных, переданный в записке через судью, отвечает: в день убийства он «был у дядьки, потом позвонил Заур, я поехал к нему на Веерную, сидел в гостиной, кино смотрел». А днем ранее, с 25 на 26 февраля, он «встречал Бесика (Беслан Шаванов, обвиняемый в соучастии в убийстве Немцова, погиб при задержании в Грозном) в аэропорту Внуково — Заур попросил». Бесика тогда Шадид видел впервые, но потом звонил ему в Чечне, когда искал Дадаева.

Про следы продуктов выстрелов на одежде Губашев рассказал загадочно: «Часть вещей принадлежит мне. А следы выстрелов… что они делали в Ингушетии… Почему там моей генетики не нашли? Вот в чем вопрос!»

По его словам, он не скрывался, не выключал телефон и машину ставил на платную парковку — а человек, совершивший преступление, так бы себя не вел.

Прокурор Семененко просит огласить показания, данные Шадидом на следствии, — не все (его допрашивали три раза), а только от 13 апреля 2015 года. Шадид Губашев, его брат Анзор и адвокаты против. «На нас давили, мне говорили, что брата убьют, поэтому я написал все, как они хотели», — закричал из аквариума Анзор Губашев. «Я ничего такого не говорил, вот этот протокол (от 15 октября 2015 года) не мой, — эмоционально вещал Шадид. — Но подпись же на протоколе ваша? — сказал судья. — Нет, не моя!»

Оглашали показания Шадида Губашева от 13 апреля 2015 года уже на следующий день, в четверг. «Они сфальсифицированы, — говорит Шадид. — Мне брат сказал, сделай, как они говорят, и тебя отпустят. И диктовали ответы, не я это писал».

Перед оглашением прокурор просит допросить следователя Александра Камашева, 1990 г.р., входившего в следственную группу по расследованию убийства Бориса Немцова, чтобы разрешить вопрос с подписями — подписывал Шадид протокол или нет. Свидетеля допрашивают без присяжных.

«Да он оборотень в погонах, мы возражаем, — раздавалось из аквариума. — Краснова (первый руководитель следственной группы. Ред.) вызывайте, этот ни при чем!»

— Ваша честь, это шестерка, этот сученок семье моей угрожал! — встал с места Темирлан Эскерханов. — У него личная неприязнь ко всем нам.

— Осторожно, Эскерханов, можете наговорить на еще одну статью! — усмиряет его судья.

Анзор Губашев тут же добавил, что по молчаливому согласию Камашева конвоиры пытали его, не снимали наручники, не пускали в туалет. «Да, у меня к нему неприязнь!»

Прокурор показала следователю протокол допроса от 15 октября 2015 года. «Хорошо помню этот допрос, это было в «Лефортово» с защитником Трофимовым, — говорит Камашев. — Претензий ни у кого не было. Оба подписали протокол». Что касается протокола допроса от 13 апреля 2015 года, то «Губашев при мне лично его подписывал».

— Эти подписи одинаковые? — спросил Шадид.

— Визуально разные. Но, может, вы решили изменить подпись, как это сделал Анзор, — парировал следователь.

— Как вы считаете, можно ли считать убийство раскрытым при отсутствии организатора и заказчика? — спросил адвокат потерпевших Прохоров. — И удалось ли следствию установить, с какой целью был убит Борис Немцов?

Судья вопросы снимает.

— Почему не был допрошен Рамзан Кадыров? — продолжает Прохоров.

— Не знаю.

— О, про Кадырова можно! — заметил Дадаев из аквариума.

— Почему не был допрошен Геремеев?

— Я лично ездил в Чечню и стучал в дом. Никто не открыл.

— Почему вы заставляли меня давать ложные показания? — встает с места Темирлан Эскерханов.

— Как я могу вас заставить? Вы видели меня и себя? (Эскерханов больше следователя в два раза) — все подсудимые рассмеялись.

Свидетеля отпустили, а прокурор Семененко заодно зачитала отказ в возбуждении уголовного дела по заявлениям Шадида Губашева и Заура Дадаева по фактам применения насилия и пыток — подтверждения этому следствие не нашло.

Позвали присяжных и зачитали им фрагмент допроса Шадида от 13 апреля 2015 года. Тогда Шадид говорил, что в 4 утра 28 февраля 2015 года, когда он ехал домой от дяди, ему позвонил Дадаев и попросил приехать на Веерную улицу, сказал, что объяснит на месте, зачем. Там уже были Анзор Губашев, Дадаев и Беслан Шаванов. Дадаев курил гашиш. Они рассказали, что убили Немцова — Заур выстрелил в него, а Анзор был за рулем. Шадид, узнав об убийстве, был в шоке, говорит он следователю. На Веерной Дадаев сказал, что им нужно срочно улететь в Грозный.

Когда они встретились в Чечне, Шадид снова спросил, правда ли они убили Немцова. Анзор подтвердил. Дадаев сказал, что не стал убивать девушку, потому что она ни в чем не виновата.

На вопрос следователя, почему Шадид раньше не давал таких показаний, он отвечает, что боялся навредить брату.

«И собственноручная запись: «Мною лично прочитано, с моих слов записано верно, сам я участия в убийстве не принимал. Бесик, мой брат Анзор и Заур Дадаев сказали, что убили «американскую мразь» Немцова. Мой брат Анзор был водителем, Заур Дадаев стрелял в Немцова ночью 27.02.2015», — говорится в протоколе от 13 апреля. В протоколе от 15 октября 2015 года Шадид повторяет, что ночью на Веерной Анзор, Заур и Бесик сказали ему, что убили Немцова. На следующий день Дадаев улетел в Грозный вместе с командиром (Геремеевым).

Шадид снова повторяет, что «это не мои слова, это меня следователи заставили».

Затем начался допрос Анзора Губаше­ва. Он также отказался отвечать на вопросы обвинения, сказав, что расскажет все позже. Прокурор снова задает вопросы в пустоту.

Как его номер оказался в одной из «боевых» трубок, которые были зафиксированы возле дома Немцова? Как его следы оказались в машине ZAZ? Почему его телефон был выключен ровно в то время, когда включались боевые трубки? Что он делал возле ГУМа вечером 27 февраля? Почему через день улетел с Бесланом Шавановым в Грозный? На вопрос судьи, действительно ли Анзор собирался покупать земельный участок за 600 тысяч рублей, как рассказала в суде его мама, Губашев ответил уклончиво: «Да, я собирался завести семью и построить дом!» — «Ну а деньги-то были?» — «Нет, не было».

Протоколы допроса Анзора Губашева, где тот признается в участии в убийстве Бориса Немцова, зачитают на следующем заседании. Тогда же допросят и последнего фигуранта — Заура Дадаева.

Благодарим «Медиазону» за помощь

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera