Сюжеты

Один редактор и семь губернаторов

История калининградского журналиста в эпизодах уголовных дел, в которых ему случалось быть и потерпевшим, и обвиняемым

Шествие военных пенсионеров в Калининграде, 2005 год. Рудников справа

Этот материал вышел в № 57 от 31 мая 2017
ЧитатьЧитать номер
Общество

Леонид Никитинскийобозреватель, член СПЧ

1

О нападении на главного редактора калининградской газеты «Новые колеса» и депутата областной думы Игоря Рудникова «Новая» написала по горячим следам в марте прошлого года (№ 32 от 28.03.2016 г.). А сейчас в Центральном районном суде Калининграда уже подходит к концу суд над исполнителем этого покушения на убийство, которое, к счастью, не удалось. Редкое рвение для расследования нападения на журналиста и при других обстоятельствах такая скорость была бы похвальна, но…

Фото предоставлены Игорем Рудниковым

Много чего случалось в бурной биографии 51-летнего Игоря Рудникова: он уже был однажды и потерпевшим при нераскрытом покушении на убийство, и сам сидел на скамье подсудимых, не говоря уж о привычной для редактора роли ответчика. Но так, чтобы на одной скамье с прокурором — ​такого еще не было. Государственный обвинитель Анна Огородник его ходатайства, правда, чаще не поддерживает. Судья же Лилия Алиева принадлежит к другому поколению, и в ее представлении депутат и государственный человек должен, наверное, обладать соответствующими понтами, которых Рудников начисто лишен: ходит в маечке и все время улыбается, будто тут не суд, а цирк. Судья иногда даже позволяет себе повышать на него голос, а про себя, как видно, тоже над ним посмеивается. И напрасно.

Подождем давать оценки до оглашения приговора, чтобы вместе с потерпевшим нас не обвинили в «давлении на суд». Однако Рудников уже дважды мог пополнить список убитых в России журналистов и после этого ничуть не поменял линию своего поведения и не изменил себе. Он заслуживает того, чтобы в ожидании приговора мы рассказали о нем самом и о его газете.

«С колес»

Потомственный военный Игорь Рудников не прошел в авиацию (аритмия сердца) и поступил на факультет журналистики Львовского высшего военно-политического училища, которое окончил с медалью в 1986 году. Его много раз звали и в Москву (в том числе в «Комсомолку»), и в Питер, но он прирос к Калининградской области, где работал сначала корреспондентом «Стража Балтики».

Как раз начался отвод частей советских войск из Германии, стран Варшавского договора и Прибалтики, многие шли через Калининградскую область и частично здесь оседали, а отставники оставались жить. Этим процессом и самой областью, которая прежде была закрытой приграничной зоной, заинтересовались московские и зарубежные журналисты — ​Рудников им часто помогал, сам тоже писал для разных изданий и стал довольно заметен в профессии.

Рассказывал он, носивший тогда капитанские погоны, о разных чудесах, которых в те годы по военному ведомству происходило немало: по дороге из большой России в Калининград исчезали эшелоны топлива, дом офицеров в Таллине был продан по цене «Жигулей», а в Финляндию на металлолом ушли две подводные лодки. После заметки об этом Рудникова хотели посадить за разглашение военной тайны, но он соврал, что об этом первыми написали финские газеты (на самом деле информацию предоставили моряки). Действующие офицеры и отставники шли к нему чуть ли не строем, он был избран в Совет офицеров Балтфлота, где заседал с адмиралами и полковниками, но главный редактор «Стража Балтики» получил указание больше его заметки не печатать.

Между тем финансирование по линии Минобороны усохло, и «Страж Балтики» сам шел ко дну. В 1993 году Рудников придумал издавать приложение к «Стражу» — ​«Колеса». И был назначен его редактором. Калининград оказался в то время одной из двух автомобильных столиц России: через Владивосток гнали праворульные из Японии, а через Калининград — ​обычные модели с пробегом из Европы. «Колеса», печатавшие полезные советы и истории о мошенничестве на автомобильном рынке, быстро и далеко обогнали по тиражу материнского «Стража» и обеспечили себя и его, по крайней мере, компьютерами.

Завистники, которых в армии и на флоте всегда хватало, этого стерпеть не могли и писали доносы о «коммерциализации» — ​вышестоящие инстанции сразу забывали о воровстве в гарнизонах и приезжали проверять «Страж». В 1995 году главный редактор вызвал редактора «Колес» и приказал приостановить выпуск на время очередной ревизии. Рудников отказался, так как не мог подвести подписчиков и рекламодателей, но в результате ему пришлось подать в отставку. Вскоре бывший каптри зарегистрировал газету «Новые колеса». В 1996-м было опубликовано первое расследование о хищениях при дорожном строительстве, и против Рудникова было возбуждено первое уголовное дело, но тогда же он выиграл выборы в городской совет Калининграда, и дело было прекращено.

12 июня 1998 года на узком, построенном еще немцами, шоссе на Куршской косе джип под управлением сына тогдашнего губернатора Калининградской области на встречной полосе врезался в легковушку, причинив тяжелые увечья водителю и его супруге. Уголовное дело было возбуждено после подачи Рудниковым депутатского запроса и публикации в «Новых колесах» (другие СМИ обошли эту историю молчанием). Утром 1 июля 1998 года неизвестные подстерегли журналиста в подъезде и гаечным ключом проломили ему голову. Случайный прохожий увидел Рудникова в луже крови, и его вовремя доставили на операционный стол.

Сам Рудников два эти события связывает: выступая в суде потерпевшим теперь уже от второго покушения на убийство, спустя 18 лет, он утверждал, что через два дня после первого за угон автомобиля был задержан член преступной группировки, давший признательные показания и о нападении на него в подъезде. Но дальнейшее расследование грозило вывести на заказчиков, и показаниям не был дан ход. Позже, используя журналистские связи, Рудников встречался с «куратором» их области по линии «воров» и под его поручительство с главарем этой группировки. Тот назвал имя заказчика нападения 1998 года, близкого к тогдашней администрации области, спустя недолгое время он погиб якобы от передозировки наркотиков.

Депутат и подсудимый

Связь между первым и вторым покушением все же, безусловно, есть: хотя бы в том, что заказчики уверены, что такие преступления не раскрываются. Но Рудников, человек военный, старается извлекать выгоду и из поражений: нападение 1998 года прибавило ему сторонников, и в 2000-м он выиграл выборы уже в областную думу.

В августе 2005 года в Калининграде прошла демонстрация военных пенсионеров с требованием выполнить определение Конституционного суда РФ об индексации денежной компенсации: запросом в КС — ​его добился депутат Рудников, но отказывался исполнить Минфин РФ. Тогда на улицы Рудников вывел 10 тысяч человек, и Калининградская область оказалась единственной, где компенсации были выплачены полностью: 22 тысячам семей на общую сумму более 800 млн рублей. Но по закрытым каналам из Калининграда в Москву пошли сообщения, что Рудников не просто «популист», он якобы организует движение «за выход Калининградской области из России».

Весной 2006-го проводились очередные выборы в Калининградскую думу, и сюда приехал депутат Госдумы Геннадий Гудков, создававший в регионах «Народную партию». Он убедил Рудникова возглавить ее список на выборах в областную думу, и тот согласился при условии, что сам он будет по-прежнему баллотироваться у себя в одномандатном округе, где «Единая Россия» выдвинула против него своего лидера — ​главного врача областной больницы.

Наряду с участием в политике, Рудников продолжал печатать и разоблачения в газете — ​ведь читатели (они же и избиратели) снабжали его материалом чем дальше, тем больше. Основываясь на сведениях летчиков легендарного «Покрышкинского полка» (после войны он был дислоцирован под Калининградом), «Новые колеса» рассказали об уничтожении парка СУ‑27 из-за некомпетентности командующего Балтфлотом адмирала Владимира Валуева.

Накануне выборов в марте 2006-го милиция остановила машину с предвыборным тиражом газеты — ​Рудников поехал его выручать и повздорил с милиционерами: точное число «потерпевших» будет названо в рамках уголовного дела о его «нападении на 22 омоновцев» и клевете на различных должностных лиц.

«Народная партия» была снята с выборов по суду, но в одномандатном округе Рудников опередил соперника на 10 тысяч голосов. Вскоре он был задержан и помещен в СИЗО по обвинению в «избиении омоновцев». К делу прицепились несколько заявлений о клевете, в том числе от председателя областного суда — ​на этом основании оно было направлено для рассмотрения в соседний Псков.

О путешествии по этапам: из Калининграда самолетом в Москву, оттуда поездом в «Кресты» (этот этап стоил ему хронического заболевания), а из Санкт-Петербурга в Псков — ​Рудников рассказывает с улыбкой, как о забавном приключении и встречах с интересными людьми. После просмотра двух видеокассет с записью инцидента, которые были представлены МВД и путешествовали вместе с делом, псковский судья сказал: «Так… я выношу постановление посмотреть это кино повторно».

И они еще раз посмотрели, как здоровенные милиционеры матерят подсудимого и бьют его руками и ногами, а он в ответ говорит только: «Что же вы ведете себя как фашисты?» За «оскорбление» Рудников и получил 2 года условно. Обвинительный приговор вскоре был отменен, и все дело окончательно развалилось уже в Калининграде.

Редактор и 7 губернаторов

Рудников и его газета пережили в Калининградской области 7 губернаторов, включая нынешнего, причем «особые» отношения складывались не с земляками, а с приезжими. Так, Георгий Боос (2005–2010) сам позвонил ему в первый же вечер и попросил приехать. Остальные-то, видно, и сами прибежали, но Рудников никогда не был «во власти», продолжая рассматривать ее сбоку, с позиций газеты. Боос спросил, где в Калининграде воруют, и Рудников перечислил ряд объектов, приватизация которых за копейки была одобрена его коллегами в думе перед самым назначением Бооса: кондитерская фабрика, судоремонтный завод, Дом советов, Дом рыбаков, ну и еще там по мелочи. Почти все эти решения были отменены.

Еще одна личная встреча с Боосом произошла ночью в редакции газеты — ​после митинга против 5-кратного увеличения в 2010 году транспортного налога. Тогда в знак протеста на улицы Калининграда вышли 7 тысяч человек. Рудников посоветовал губернатору отступить, снизить ставку налога и выйти к людям. Но в любом случае было уже поздно: Боос был человеком Лужкова, с которым воевал сам президент Медведев, и после отставки мэра Москвы он был обречен.

Между двумя этими встречами была еще одна, самая запоминающаяся. В апреле 2007 года Рудников сидел в камере СИЗО, когда его дернули и повезли под конвоем в дом правительства. В приемной Босса после препирательств сняли наручники, и он смог попить с губернатором чаю. Когда его брали, тот был в отпуске — ​теперь звонил в Москву с просьбой изменить Рудникову меру пресечения, но его влияния для этого уже не хватало. Прощаясь, арестант попросил, если не вышло освободить его самого, снять хотя бы введенный Боосом запрет на распространение «Новых колес». И надо отдать ему должное, эту просьбу Боос выполнил, а в 2010 году даже успел подписать с газетой первый контракт на освещение деятельности администрации.

Разумеется, такая журналистика — ​это тоже «политика». Но в политике, которая держится на компромиссах, честность всегда условна и относительна, а газета, если она не превращается в «средство» («СМИ»), должна оставаться бескомпромиссной, с равным усердием раздавая оплеухи своей критики во все стороны. Самое трудное — ​убедить играющих по другим правилам «политиков», что газета ни на чьей стороне, «кроме правды»: ведь в политике правда исчезает, растворяясь в борьбе за власть.

Между тем черно-белые «Новые колеса» отнюдь не выглядят как боевой листок. В каждом номере обязательные девочки — ​не то чтобы совсем раздетые, но в весьма фривольных позах — ​опираются на капоты: это же газета для автолюбителей. Еще в каждом номере есть что-нибудь про маньяков — ​чаще из исторического прошлого, так как в настоящем их столько просто нет. Две-три полосы с фотографиями всегда посвящены губернатору (теперь Антону Алиханову): это дань контрактам.

Прежний губернатор Цуканов, сменив Бооса, на два года оставил «Колеса» без контрактов, но потом счел за лучшее их возобновить. Оплата — ​«по площадям», в содержание никто пока вмешиваться не рисковал. Это обеспечивает около трети средств, нужных для издания газеты, реклама дает процентов 10 выручки, а две трети — ​это поступления от продаж: сейчас 12 тысяч тиража расходятся по цене 25–30 рублей за номер.

Это, конечно, не бизнес-модель, так как во главу угла здесь ставится отнюдь не прибыль. Скорее, это симбиоз газеты с читателями (они же избиратели), которых редактор знает не просто хорошо, а едва ли не поименно. Рудников твердо следует модели «добрый царь — ​плохие бояре», и уж на «боярах»-то отыгрывается по полной программе. Заголовок той прошлогодней заметки, которая, скорее всего, чуть не стоила ему жизни: «ВИП-свинья на променаде» — ​кто-то счел бы лобовым, но он был продиктован тем, что именно так и такими словами думают о власти 12 тысяч читателей «Новых колес».

Сегодня центральная тема, косвенно связанная с особенностями расследования дела о покушении — ​особняк в элитном районе Калининграда на берегу Верхнего озера, куда служебная машина якобы каждый вечер привозит начальника управления Следственного комитета РФ Виктора Леденева (в 2013 году он был переведен сюда по службе из Чечни). Эксперты оценивают стоимость нового дома без земельного участка примерно в 4 млн долларов: откуда такие деньги у председателя СК? — ​спрашивает газета. Сам Леденев пока не отвечает, но и иск против Рудникова не подает. Особняк в самом деле странный: вновь выделенный участок приобретен неизвестным гражданином после двух так называемых транзитных продаж, а дом, из которого открывается чудесный вид на Верхнее озеро, до сих пор не имеет даже почтового адреса.

Журналист в политическом поле

У Рудникова тоже есть квартира в историческом центре по другую сторону озера, которую он прикупил в 2001 году, когда у «Новых колес» были деньги. В квартире, которую его мама безвозмездно предоставляет редакции, сидят 10 штатных единиц, из них 6 — ​пишущие журналисты. В общем, даже для еженедельника в 24 полосы это очень мало. Объем входящей информации «Новым колесам» обеспечивают «встречи с избирателями», но о тщательной проверке публикуемой информации не всегда можно говорить. Редактор, конечно, рискует, не имея возможности увеличить штат, но его извиняет то, что рискует-то он не только собственными деньгами, но и собственной головой.

Квартиру по улице Черняховского на 3-м этаже площадью около 100 кв. м. Рудников считает своим лучшим приобретением, хотя сначала это так не выглядело. История Калининграда имеет под собой много разных слоев: когда тут стал СССР, квартиры в этом в доме были превращены в коммуналки и достались переселенцам. Потомки их в конце 90-х годов уже много пили, сами приторговывали самогоном и наркотиками, и когда риелторы сумели расселить эту квартиру и выставили ее на продажу, ее три года никто не покупал — ​в подъезд было просто страшно зайти. Уговорами, угрозами и административными мерами Рудников прекратил вакханалию и привел в порядок, по крайней мере, подъезд, черный ход и двор.

Когда в прошлом году позади этого дома было снесено здание фабрики (бывшие казармы), из окна редакции открылся вид на «башню Врангеля» — ​одно из старинных фортификационных сооружений Кенигсберга. Сама улица до 1945 года тоже называлась Врангельштрассе — ​по имени барона Фридриха фон Врангеля, героя войны Германии против Наполеона. Здесь когда-то квартировали офицеры Врангельского кирасирского полка, который был расформирован в 1919 году по условиям Версальского договора.

Пока Рудников рассказывал мне это со своей неизменной улыбкой, внизу во двор как раз прошли трое соседей и устроились за столиком под сиренью с бутылкой. Это их интересы тоже отстоял журналист, когда на пустырь на месте снесенной фабрики приехали экскаваторы и начали рыть котлован под многоэтажный дом. Участок был выкуплен компанией «Акфен», специализирующейся на жилищном строительстве не только в Калининграде.

Ее генеральный директор Зейрали Байтаров сам через общих знакомых искал встречи с Рудниковым, и тот ему назначил напротив редакции в кафе «Суши». Мы там тоже посидели перед моим отъездом из Калининграда — ​это демократичное, без излишеств, заведение, и представить себе за столиком строительного магната было трудно. Денег Рудникову он не предлагал и уже не пугал (дело было через несколько месяцев после второго покушения), просто сказал: «Успокойся, ты мою стройку все равно не сможешь остановить». Рудников ответил, закусывая суши: «Один этаж — ​здесь исторический центр. Как только вы начнете второй, сюда придет полтысячи человек, и все повиснут на строительном кране».

До этого пока не дошло, так как в День народного единства 4 ноября прошлого года к Рудникову прямо с демонстрации приехал молодой губернатор Алиханов — ​без свиты. Редактор показал ему экскаваторы и котлован из окна и предложил устроить на этом месте «сквер имени Путина». Экскаваторы засыпали все обратно и уехали, правда, сквера пока тоже нет. Я собирался спросить у Антона Алиханова, что будет дальше, но он так и не нашел минутки со мной поговорить.

Конечно, Рудников — ​серьезный игрок на политическом поле Калининграда, и с ним здесь нельзя не считаться. Но в областной думе он может заключать с кем-то лишь ситуативные коалиции, постоянных союзников у него там нет. «Депутат» — ​это другая профессия, они заняты тем, что все время что-то делят. А он только «ведет прием граждан» — ​но их счет идет на тысячи. В коридорах власти со своей дурацкой улыбкой он выглядит как недоразумение — ​прошлой осенью переизбраться ему бы, конечно, уже не дали, но тут случилось новое покушение, после которого остановить Рудникова стало уже немыслимо: тогда эти избиратели (они же читатели) реально сорвали бы и выборы в Госдуму.

Ничто не причинило нашей журналистике больше вреда, чем метафора о ней как о «четвертой власти». Профессиональная биография Рудникова, неотделимая от его просто жизни, показывает, до какой степени такой взгляд на отношения журналиста и власти упрощен и неверен. Его пример, кстати, не уникален: в 90-е годы в России таких газет было создано немало — ​но в «нулевые» против соблазнов и запугивания выстояли только считаные единицы.

В Калининграде, наряду с безликими официальными и прикормленными «СМИ», есть и другая, интернет-журналистика. Молодые в «Новые колеса» не идут, и дело тут не только в зарплате: не та стилистика, это «не современно». Рудников понимает и не обижается, он говорит: «Главное, мы проложили для них дорогу».

В одном из ближайших номеров (после приговора) — ​рассказ о том, кто, как и для чего разваливал дело о втором покушении на Игоря Рудникова.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera