Репортажи

Слободка из цемента и дома из картона

Переселение из зоны строительства Керченского моста: почему люди отказываются переезжать из бараков в новые квартиры

Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

Общество

Иван Жилинсобкор в Крыму

4

30 марта в Керчи торжественно открыли два трехэтажных дома для переселенцев из зоны строительства Керченского моста. Событие широко освещалось в местных СМИ: новостные порталы публиковали фотографии старых бараков с треснувшими стенами и новостроек с чистовой отделкой. «Из федерального бюджета было выделено 200 млн рублей, новые квартиры получат 80 семей», — писали крымские журналисты. Но через две недели после торжественных событий на почту «Новой» пришло письмо: «Махинации при изъятии домов при строительстве Керченского моста».

Писали пять семей, проживающих в Цементной слободке — именно этот район пойдет под снос ради «стройки века». Основной посыл обращения — квартиры в новых домах жильцам не предлагают в собственность.

«В последний момент собственникам предложили подписать некое соглашение, в котором: 1) мы разрешаем снести наши старые дома прямо сейчас; 2) новые квартиры нам «дают» по договору хранения (это даже не соцнайм с пропиской). Цену обещаниям администрации города оформить [собственность] когда-нибудь в прекрасном будущем мы знаем <...> но нам угрожают, что если не подпишем данный отказ, то наши квартиры отдадут другим людям, вокруг старого дома все перекопают, и нельзя будет физически туда попасть. А потом просто дадут копеечную компенсацию в принудительном порядке и разрушат наше жилье».

«Не надо «завтраков»!

Цементная слободка. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

Цементная слободка — не самый престижный район Керчи. Три «сталинки» по два этажа и десяток одноэтажных бараков. Никакой инфраструктуры. Штукатурка на домах обсыпалась, в стенах трещины, в крышах — дыры. В большинстве домов нет канализации: удобства на улице.

В прошлый раз я был здесь в апреле прошлого года, когда разговоры о переселении только начинались. Тогда многие к прессе относились без доверия: боялись украинских журналистов («которые все переврут»), не верили даже московским удостоверениям. Сейчас жители слободки ищут журналистов сами.

За год район стал выглядеть хуже: те жильцы, кто согласился на переселение без оговорок (а их большинство), при переезде вырывали окна с рамами — на продажу. Разобрали даже детскую площадку.

Во дворе двухэтажного дома меня ждут 15 человек — те, кто не согласился переезжать из собственных квартир в квартиры «на хранение».

— Мне на работу идти, я первая говорить буду, — отодвигает соседей пенсионерка Елена Николаенко, она живет в Цементной слободке уже 40 лет.

— Когда нам сказали, что дадут жилье в новом доме, был восторг. Тем более, переезжаем из-за такого проекта, как Керченский мост. Но рассказывали красиво, а получилось не так. Во-первых, в каждой квартире — миллион недоделок.

«У меня на новом месте оказалось разбито окно, заменили только после жалобы в Симферополь. Но страшнее то, что квартиры не дают в собственность! То есть здесь у нас имущество забирают, а там — дают на птичьих правах».

Жителям Цементной слободки крымские чиновники предложили подписать предварительные соглашения (имеются в распоряжении редакции): «Администрация города Керчи с момента заключения настоящего соглашения и до принятия решения об изъятии [земельных участков, на которых находятся дома жителей Цементной слободки] <...> передает гражданам квартиры на условиях, предусмотренных ст. 886 — 906 ГК РФ».

— Не надо «завтраков»! — говорит Николаенко. — Вы у меня сегодня забираете имущество, сегодня же дайте новое взамен.

Смущает людей и то, что соглашение предлагают подписать не всем.

— У моей квартиры шесть собственников, включая двух несовершеннолетних детей, — говорит молодая женщина Наталия. — Но договор об изъятии предлагают подписать только моей маме. Она должна поставить подпись за всю квартиру.

Валерий Лохматов с семьей и скотиной. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

— Есть и еще один момент, — вступает в разговор седой мужчина. Представляется Валерием Лохматовым. — Я работаю докером, зарплата небольшая, поэтому содержу скотину. Есть хлев, на который имеются все документы. Когда к нам с Росавтодора приходили, чтобы посмотреть на изымаемое имущество, то сказали: на новом месте дадим тебе земельный участок под строительство нового хлева, а за этот хлев заплатим компенсацию. Но сейчас мне предлагают подписать договор об изъятии хлева с компенсацией 2 млн рублей, а землю под новый не дают. Обещают, что она будет, но только на словах, и то — неизвестно когда.

— Нам говорят, что снос начнется в ближайшие дни. Но если сюда приедут бульдозеры, а условия переселения при этом не изменятся, мы встанем намертво. Лучше жить в скромном доме, но в своем, чем в новой квартире на птичьих правах.

По словам жителей Цементной слободки, новые дома построены не для них.

— Говорят, что квартиры в этих домах стоят 6-8 млн рублей. Приезжали газовщики, сказали: «Забудьте, это не вам». Конечно, пока все неофициально, но есть признаки: в подвалах уже собираются парикмахерскую и спортклуб открыть, хотя мы там хотели хранить свои вещи.

Розетка под трубой

Впрочем, к новому жилью у переселенцев с Цементной слободки есть немало нареканий и помимо неоформления в собственность.

Выезжаем на место. Внешне новостройки выглядят опрятно, между домами построена детская площадка. Но внутри – не всегда заметные глазу, но существенные недостатки.

— Похлопайте по стене, — мы стоим в подъезде перед квартирой переселенки Ирины Павличенко. Стучу. Звук звонкий.

— Гипсокартон?

— Именно. Они отгородили квартиры гипсокартоновыми перегородками! Мало того, что это ненадежно, так еще и слышимость абсолютная.

Ирина Павличенко в своей новой квартире. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

Разговоры внутри квартир действительно хорошо слышны.

Ирина предлагает пройти в комнату. На стенах уже образовался черный грибок.

Затем в свою квартиру меня ведет Валерий Лохматов.

— Когда соседи сверху первый раз пустили горячую воду, труба разорвалась: оказалось, что строители решили соединить стыки силиконом вместо сварки. В результате мне залило весь натяжной потолок — до сих пор воду спускаю. В ванной стены тоже из гипсокартона: когда начнем пользоваться, вся плитка отпадет.

Валерий Лохматов в своей новой квартире. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

Еще один переселенец Владимир показал мне не открывающуюся дверь в квартиру: открыть ее до конца мешает расположенный рядом электрощит толщиной 12 см: дверь упирается в него. «Я-то пройду, а как холодильник заносить?»

Впрочем, не все жители Цементной слободки недовольны новым жильем.

— Лично у меня никаких замечаний к качеству квартиры нет, — говорит переселенка Альбина Зимина. — Плиту газовую нам поставили, удобства тоже. Вещи перевезли сюда сразу, как дома открыли. Да, смущает история с документами, но думаем, что все будет хорошо. И район здесь лучше нашего: магазины есть, детский сад.

С Альбиной согласен другой переселенец — Сергей.

— В целом, в доме жить можно, — говорит он. — И все недостатки мы могли бы убрать за свой счет. Но! Нужно право собственности на квартиры. Тогда бы мы смогли организовать ТСЖ и довести все до ума.

Переселенец Сергей — за ТСЖ. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

«Волноваться не за что»

Переселение людей из Цементной слободки курирует внештатный советник главы Крыма Рустем Боженко.

— Людям волноваться не за что. Ситуации, при которой они останутся на улице, не будет, — заверил он. — Существуют определенные правовые механизмы. Мы не можем дать право собственности на квартиры раньше, чем будет изъята земля под старыми домами. Отмечу, что до выдачи в собственность квартир в новых домах, у людей сохраняется право собственности на их жилье в Цементной слободке. Соглашение, которое мы предлагаем, необходимо подписать, потому что в новых квартирах установлены газовые плиты, котлы, иная техника. И мы не хотим, чтобы получилось так, что это выломают, куда-то увезут, а потом скажут: «Ничего не было». Причина обращений этих людей в СМИ, на самом деле, иная: у многих из них на Цементной слободке были пристройки, за которые они хотели бы получить компенсации, но на которые нет никаких документов. Потому и жалуются: это форма торга.

По словам Боженко, утверждения жителей Цементной слободки о том, что он «угрожал» им «траншеями, сносом домов и копеечной компенсацией», — ложь.

— Я буду разбираться и подавать на этих людей в суд за клевету, — говорит Боженко.

Ситуацию с квартирами «на хранение» согласился прояснить замглавы администрации Керчи Роман Кириченко.

— Мы были вынуждены пойти на шаг с договорами хранения, чтобы не срывать сроки реализации ФЦП развития Крыма. Для этого специально вносили изменения в 38-й закон Республики Крым «Об особенностях регулирования имущественных и земельных отношений». На основании соглашений, которые мы сейчас предлагаем подписать, будут заключаться договоры о передаче квартир в новых домах в собственность и по социальному найму.

Крым

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera