Комментарии

«Они не помещались»

Ответ от имени Уполномоченной при Президенте РФ по правам ребенка Анны Кузнецовой на запрос «Новой газеты»

Этот материал вышел в № 62 от 14 июня 2017
ЧитатьЧитать номер
Общество

Наталья Черноваобозреватель

6
 

Трагическую историю жизни детей в «Угодическом доме милосердия» в деревне Мосейцево Ярославской области «Новая» рассказывала дважды — в январе 2016 года «Мертвые души» и в мае 2017-го «Бес приюта». Речь шла о бесчеловечном многолетнем обращении с усыновленными детьми несколькими женщинами, которые совместно организовали православную общину, при которой воспитывались и их дети. Одна из девочек — 13-летняя Таня Любимова была зверски избита и умерла. Следствие доказало, что детей заставляли тяжело и много работать, плохо кормили, а при малейшем неповиновении жестоко наказывали.

И хотя местные правозащитники, зная о положении детей, неоднократно обращались в органы опеки и попечительства Ростова Великого, так называемый приют никто так ни разу и не проверил.

В своем письме к Уполномоченной при Президенте РФ по правам ребенка Анне Кузнецовой я попросила прояснить, сколько в России православных приютов, сколько в них содержится детей и каким образом контролируется их деятельность.

Ответ пришел вовремя, то есть в течение двух недель. Правда, на запрос «Новой» ответила не сама Кузнецова, а ее заместитель В. Атаулина.

В короткой вводной части В. Атаулина напомнила, что в данной истории дети по документам были удочерены, а значит, «они не помещались в вышеназванную организацию». Это значит, что юридически ни в каком приюте они не жили.

Это очень показательное уточнение, потому что оно о том, что главная функция чиновника — это соблюсти норматив, который в России от жизни далек так же, как Конституция — от реальных прав граждан. И поэтому самое существенное — указать, что по «бумажкам» дети в приюте не жили. А подлинная история странного милосердного дома, собиравшего деньги через социальные сети именно на свою «приютскую» деятельность, и то, что кроме удочеренных девочек в странном заведении постоянно находились еще какие-то дети, к делу не относится.

Кроме этого существенного уточнения, в ответе содержалась выдержка из Семейного кодекса РФ на 18 страницах, из которых, видимо, я должна была узнать, как законодательно защищает права сирот государство.

И один ответ по существу: «Общее число негосударственных приютов не отражается в статистической отчетности». А почему не отражается, если, как указывает г-жа Атаулина, «такие сведения можно запросить у каждого региона РФ»? Эти дети разве не граждане России?

Это ведь технически несложно аппарату уполномоченной по правам ребенка проделать такую работу. Вдруг выяснится, что неучтенных государством, а значит, неподконтрольных органам опеки организаций, где воспитываются и живут несовершеннолетние, в стране много? И где гарантии, что милосердие в них торжествует?

А по поводу того, как чувствуют себя дети из Мосейцева и что происходит в их жизни сейчас, в письме ни слова.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera