Колумнисты

Парадный портрет в интерьере

Как культовый поговорил с великим

Этот материал вышел в № 66 от 23 июня 2017
ЧитатьЧитать номер
Общество

Ирина ПетровскаяОбозреватель «Новой»

16
Петр Саруханов / «Новая»

Один американец снял кино о Путине. Нет, не так. Не просто американец, а, как сказал ведущий ток-шоу «Первая студия» на Первом канале Артем Шейнин, «американец с большой буквы «А». Так целевая аудитория этого шоу узнала, что не все американцы — мелкие ничтожные людишки, которых тот же Шейнин презрительно обозвал «майкламибомами» (по имени своего постоянного заморского гостя), а встречаются и среди них гиганты мысли и отцы настоящей американской демократии. И подлинная глыба среди таковых — трижды оскароносец, культовый режиссер Оливер Стоун. Он-то и снял кино про Путина, права на показ которого купил Первый канал всего-то за три с половиной миллиона долларов, чтобы этот шедевр смогли увидеть не только американские зрители (в сущности, не в коня корм), но и благодарные россияне, для которых встреча с главным героем — всегда праздник. Праздник растянули на четыре вечера (по числу серий).

Это событие, презрев вечную конкурентную борьбу, не оставили без внимания и на других каналах. Сразу после премьеры фильма «Путин» на Первом канале в эфир вышел специальный выпуск «Воскресного вечера с Владимиром Соловьевым» на канале «Россия», который анонсировали бегущей строкой — как обычно делают, когда в стране или мире происходит нечто чрезвычайное. «Общественные деятели и творческая интеллигенция на Западе раскололись: кто он, этот Путин? — патетически возгласил ведущий, едва появившись в кадре. — Почему то, что он говорит и делает, волнует весь мир? Почему все время говорят о Путине?» За объяснением сего феномена не заржавело у депутата Никонова: «Это значит прежде всего, что президент Российской Федерации является очень сильным и популярным политиком. Это прежде всего свидетельство силы, а значит, они нам всем что делают? (Короткая интригующая пауза.) Завидуют (имитация сталинского акцента). Завидуют, что у нас такой президент».

Оливер Стоун, имеющий у себя на родине устойчивую репутацию левака и бунтаря против американского истеблишмента, в сущности, недалеко ушел от записных российских пропагандистов. Его четырехсерийное кино — это, по сути, парадный портрет, который льстит апологетам главного героя. Как льстят парадные портреты Шилова или Глазунова: фотографическое сходство абсолютное, вот только взгляд зрителей больше привлекают не лица, а богатые золоченые рамы.

Возможно, рядовых американских зрителей в фильме Оливера Стоуна и ждали какие-то открытия. Для российской же версии больше бы подошло название «Известный Путин» — в противовес первому документальному фильму Сергея Мирошниченко и Виталия Манского «Неизвестный Путин», снятого в пору, когда Владимир Владимирович только еще восходил на политический олимп, а весь мир, да и многие наши соотечественники задавались вопросом: «Who is mister Putin?»

В перерывах между сериями стоуновского фильма пересмотрела тот фильм семнадцатилетней давности, снятый, кстати, по заказу РТР (канала «Россия 1»), и изумилась и тому, какое кино тогда снимали, и свободе документалистов, командующих Путиным во время съемки, да и самому главному герою, с легкостью идущему навстречу съемочной группе (правда, вторая часть фильма не устроила заказчика и в эфир не прошла).

«Расслабьтесь, закройте глаза и очень по-доброму на меня посмотрите», — велит фотограф, присутствующий на съемке, и Путин делает то, что велят. Путин, еще только исполняющий обязанности президента, с готовностью отвечает на все вопросы документалистов, поздней ночью везет их в свою загородную резиденцию, казенная обстановка которой напоминает интерьеры какого-то правительственного санатория. «Вам здесь удобно?» — спрашивают его гости, пораженные этой казенностью. «Вполне, — искренне удивлен вопросу герой. — Я даже не задумывался». «Как много вещей, над которыми вы не задумывались. А ведь это так важно», — дерзко парируют авторы фильма.

Потом, в глубокой уже ночи, Путин вместе с членами съемочной группы пьет чай в такой же холодной казенной столовой. В финале фильма он, сидящий в самолете с надписью «Россия» и снятый издалека, через иллюминатор, подносит ко рту стакан с молоком, и таким одиночеством, одиночеством во власти веет от этих кадров, что прямо сердце щемит. Какие же несчастные эти люди, взвалившие на себя груз ответственности за страну! Но кто-то же должен. Да и сам герой в интервью авторам фильма не скрывает того, как угнетает его этот груз и сколько сил и самоотречения требует его новая должность. При этом — «я не чувствую себя человеком, который над кем-то властвует».

В фильме Оливера Стоуна нет и намека на саморефлексию главного героя. А вопросы Стоуна — скорее игра в поддавки, нежели попытка раскрыть человека или как минимум получить ответы на острые вопросы. Их и нет, острых вопросов. «Будем импровизировать, никаких правил», — говорит режиссер, приступая к интервью. И точно — никаких правил. За такие вопросы в учебных интервью студентам журфака ставят «неуд.». «Расскажите о себе, откуда вы родом? Я знаю, что вы родились в октябре 52-го, после войны, что ваша мать работала на фабрике, а отец воевал и что в детстве вы жили в коммунальной квартире». — «Моя мама не работала на фабрике, а отец работал на заводе». — «После школы вы сразу поступили в университет и там встретили свою первую жену». — «Это было позже».

В кремлевских (в основном) интерьерах Стоун не скрывает своего восхищения: «Как у вас здесь просторно. Покажете, что у вас здесь есть? Как вы это отапливаете?» В тронном зале он предсказуемо задает вопрос про абсолютную власть и удовлетворяется ответом: «Говорят, что вы новый царь, что вы хотите стать царем». «В мои планы это не входит», — отвечает «царь», и собеседники весело смеются. «Хорошо выглядите, — говорит интервьюер интервьюируемому. — Вам бы хорошо в кино сниматься».

...«Президент Медведев самостоятельно исполнял свои обязанности»; «Россия — либеральная страна, где защищены права секс-меньшинств». И, наконец, про контроль государства над СМИ: «У нас сотни негосударственных компаний — государство их вообще никак не контролирует».

Культовый поговорил с великим. Имеет право. К взаимному удовольствию обоих. И зрители не в накладе — от серии к серии аудитория увеличивалась, и доля третьей серии фильма «Путин» составила 36,3%. Это значит, что больше трети смотревших телевизор в этот вечер пришли на Путина. Очередная победа Первого канала.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera