Сюжеты

Что вместо АТО

Украина планирует обороняться на Донбассе с правом на «военный ответ агрессору»

Фото: EPA

Этот материал вышел в № 66 от 23 июня 2017
ЧитатьЧитать номер
Политика

Ольга Мусафировасобкор в Киеве

27

Утром 7 апреля 2014 года исполняющий обязанности президента Украины Александр Турчинов заявил в телеэфире: вооруженные группы, которые захватили административные здания в Донецкой, Луганской и Харьковской областях, будут подавлены силой. Сепаратистов, поднявших флаги соседней страны и несуществующих «народных республик», продолжал Турчинов, вдохновляет и координирует Россия. Вскоре Харьков покинул зону риска. В двух оставшихся регионах взять ситуацию под контроль Киеву не удалось.

Сводки с полей антитеррористической операции, словосочетания, знакомого зрителям разве что по сюжетам об украинских миротворцах где-нибудь в Ираке, вытеснили большинство тем, прежде считавшихся важными. На внеочередных выборах главы государства победил в первом же туре кандидат, пообещавший закончить АТО за считанные часы, — Петр Порошенко.

Но счет убитым, раненым, потерявшим кров людям продолжал расти. Появились беженцы и псевдонимы для них, чтобы несколько сгладить драматизм положения: «временно перемещенные лица», «вынужденные переселенцы». Репортеры перестали путать минометные снаряды 120-го калибра с 82-м, не говоря уже об аналогичных познаниях жителей населенных пунктов на линии огня. Запасы вооружения и боеприпасов, якобы обнаруженные сепаратистами в шахтах Донбасса, все прибывали. Слова, разрывающие в клочья сознание — «котел», «оккупация», «пленные», — тоже. После Иловайска и вторжения в страну нескольких батальонно-тактических групп РФ президент Порошенко в публичном выступлении назвал происходящее «великой отечественной войной украинского народа». И продолжил АТО.

Согласно закону, антитеррористическую операцию курировала и осуществляла Служба безопасности Украины. Возможностей ее спецподразделений не хватало. После Майдана обнаружилось, что практически нет и армии. При Януковиче вооруженные силы были разоружены, разворованы, сокращены, деморализованы. Да и к борьбе с террористами, опять же по закону, армия привлекаться не могла. Линию фронта в ожидании законного статуса держали добровольческие батальоны.

Объявить с самого начала войну, как требовала от главнокомандующего часть общества и политиков, означало признать: противник — Россия. С вытекающими, в том числе и для Минских мирных соглашений, последствиями. Зато оставить сейчас, на четвертом году АТО, все как есть, без улучшений — значит проиграть следующие президентские выборы.

Пересмотреть статус, но не суть

Сообщение о том, что освобождение Донбасса в рамках антитеррористической операции невозможно, сделал на днях тот же человек, который «презентовал» АТО, — Александр Турчинов, ныне секретарь Совбеза. Альтернативным форматом защиты от гибридной агрессии он назвал некий уточненный законопроект о статусе оккупированных территорий, который вот-вот внесут на рассмотрение в Раду. В детали Турчинов не вдавался. Зато выразил надежду, что «депутаты не станут тянуть с положительным голосованием».

Турчинова горячо поддержал министр внутренних дел Аваков. «Решение о проведении АТО было реакцией на тогдашнюю необычную ситуацию, с которой ранее не сталкивалась Украина. Сейчас, когда речь идет о полномасштабной военной операции, и это не специальная операция с привлечением других сил, то очевидно: нужно пересмотреть статус, но не пересмотреть суть», — сказал он. Наблюдатели вспомнили, как в январе нынешнего года заместитель министра по делам оккупированных территорий Георгий Тука прогнозировал: Украина перехватит у России инициативу и реализует собственный сценарий возвращения Донбасса максимум до середины 2018-го, но не поделился методологией такого процесса. Просто заметил: «Критически важно сохранить поддержку Европы и Соединенных Штатов». То есть идея вызревала давно…

Мелькнула конспирологическая версия: президента Порошенко просто поставили перед фактом накануне встречи с Трампом. И он, преодолевая раздражение, был вынужден демонстрировать управление процессом. Подтвердил, что поручил разработать революционный закон о реинтеграции Донбасса.

Новость породила столько дополнительных вопросов, что вмешался спикер парламента Андрей Парубий: «Закон еще не готов, существует лишь концепция!» На эти же дни пришлось показательное обострение обстановки в зоне боевых действий. Обстрелам подверглись не только позиции украинских военных, но и гражданское население, и представители международной мониторинговой миссии ОБСЕ.

Влиятельный еженедельник «Зеркало недели», ссылаясь на собственные источники, рассказал: проект закона «Об особенностях государственной политики по восстановлению государственного суверенитета над временно оккупированной территорией Донецкой и Луганской областей» уже представлен экспертам для обсуждения в закрытом режиме. Документ состоит из двух компонентов. Первый — в общих чертах определяет комплекс силовых и дипломатических шагов, которые должны обеспечить освобождение оккупированных территорий. Второй — создает правовой механизм использования вооруженных сил на Донбассе.

По информации издания, отдельные районы Донецкой и Луганской областей предлагается признать оккупированными. Однако в законопроекте не указано, кто именно является оккупантом, хотя агрессором названа Россия. Вместо штаба АТО намерены создать Оперативный штаб для обеспечения непосредственно военного и гражданского управления в зоне конфликта. Органу с широчайшими полномочиями подчинят все армейские и силовые структуры, военно-гражданские администрации. Можно предположить, что Оперативный штаб — суть Ставка главнокомандующего, что логично в данной ситуации, с учетом уровня задач и ответственности.

Далее, пишет «Зеркало недели», законопроект предусматривает, что президент в период действия закона может принимать решения относительно применения вооруженных сил и других войсковых формирований без объявления войны, а также о введении военного положения на территориях Донецкой и Луганской областей.

В законопроекте присутствуют постоянные отсылки к Минскому процессу, а формулировки позволяют провести выборы на той части Донбасса, которую контролирует украинская власть. «Для Киева важно продемонстрировать Западу: из Минского процесса Украина не выходит. Хотя, конечно же, если закон примут, Москва обвинит нашу страну в противоположном», — замечает издание.

Закон почти не виден

То, что таинственный законопроект существует в природе, подтвердила на своей фейсбук-странице первый вице-спикер Ирина Геращенко: «Сегодня мы работали над ним несколько часов, дошлифовывали определенные дискуссионные моменты». Зато Мустафа Найем, депутат от БПП, возразил: «Текст пишут впопыхах последние пять дней». Политолог Владимир Манько, ссылаясь на неназванных авторов документа, анализирует его наиболее смелые положения: «Смена формата увеличит шансы Украины получить летальное оружие от наших стратегических партнеров — США. Мы обороняемся с правом на военный ответ агрессору. Госсекретарь Тиллерсон недавно корректно дал понять, что любой формат окажется приемлемым, если он приведет к разрешению конфликта и возвращению территорий. Законопроект — адекватная реакция украинской власти на предложение Госдепартамента».

Глава фракции БПП в Раде Артур Герасимов отказался раскрыть журналистам фамилии авторов закона, хотя пообещал вынести документ на суд общественности уже «в ближайшие дни». А вот заместитель Герасимова во фракции, депутат Сергей Березенко, напротив, сомневается, что за смену формата АТО успеют проголосовать хотя бы в первом чтении. По словам Березенко, началась только подготовительная работа, идут дискуссии по всем положениям: как точнее записать, «реинтеграция» или «деоккупация».

До каникул вряд ли успеют.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera