Сюжеты

Русское сердце

У прозы жизни всегда сказочный сюжет

Этот материал вышел в № 69 от 30 июня 2017
ЧитатьЧитать номер
Общество

Представляем историю из собрания Русфонда, старейшего благотворительного фонда в России, который около 20 лет помогает тяжелобольным детям. Это обычный семейный портрет и простой рассказ о том, как люди преодолевают самое сложное, что может быть в жизни, — недуг собственных детей.

Фото автора

Таганрог — это вам, конечно, не Италия. В принципе, много общего — та же жара, те же пиццерии, так же много эмоций, кругом те же сказочные персонажи: принц Лимон, кум Тыква, профессор Груша, крестьяне, горожане и воробей. А Артем Папков — тот вообще вылитый Чиполлино. Веселый маленький мальчишка, голова луковкой, озорные глаза. Еще немного подрастет, познакомится с Земляничкой, Вишенкой и Редиской, наведет тут порядок и спасет своего старика-отца Чиполлоне. Но все-таки Таганрог — по большей части чеховские места, не зря тут родился именно Антон Павлович, а не Джанни Родари. Так вот, у Артема сложный порок сердца, требовалась срочная операция, средств на нее не было, деньги пришлось искать через Русфонд. Такая вот крепкая русская проза, у которой, как всегда, только один спасительный секрет — сказочный сюжет. Его мы и обсуждаем с родителями Артема — Ольгой и Евгением Папковыми.

Евгений Папков:

«Ну что такое Таганрог? Не знаю. У нас сейчас все заводы позакрывали, понаоткрывали набережных. Пушкинская набережная, потом открыли Чеховскую набережную. Мы там не были еще, но там вообще много людей не гуляет — грязь там идет от металлургии. Самое парадоксальное тут что — я вот работаю на такси, вез одного мужчину, он не то из Москвы, не то из Питера. Так он говорит: такое, говорит, впечатление, что у вас люди только едят и болеют, потому что в городе одни продуктовые магазины и аптеки — и все».

Ольга Папкова:

«Почему все? Есть еще много кафе в Таганроге. Я работала поваром в кафе, пока вот не родила Артема. С мужем мы познакомились в гостях. Пришла я в гости, как мы там увиделись, так и не расстаемся. У меня дочка есть старшая, у мужа тоже дочка от первого брака. А вот совместный у нас мальчик наконец-то получился. Мы так и думали: ну хоть бы мальчик, хоть бы мальчик. А то у родственников тоже сплошные девочки, так что, когда дни рождения, собирается один женский коллектив. Ну вот, теперь есть пацан.

Когда он родился, врачи обнаружили в сердце шумы и сказали, что в сердце есть, значит, овальное окно, дырочка такая большая. Нас положили в патологию, сказали: полежите, мы вас проверим. Я уж не знаю, что они там такое проверяли, месяц мы пролежали, потеряли только время. Потому что когда мы в два с половиной месяца приехали уже в Ростов, нас там сразу положили и сказали, что надо срочно делать операцию на открытом сердце. Правда, мы там пролежали два месяца. Почему так долго — потому что нам сказали, что нет квот на расходные материалы и придется искать деньги.

Оказалось, что дело серьезное. Артем мог умереть. Надо было срочно раскрывать грудную клетку, замораживать сердце и все там переделывать. У нас там не только эта дырочка, оказывается, была. У нас там кровь неправильно поступала из легких, так что эта дырочка нам даже, получается, сначала помогала. Но, получается, она же с каждым днем зарастала, сужалась и могла бы совсем перекрыть кровь».

Евгений Папков:

«Мне там, в Ростове, как они объяснили: значит, они разрезают, потом вшивают клапан какой-то и вену, по которой кровь идет, вставляют правильно, потому что до этого у него кровь шла неправильно, в обход. Сказали нам, что после этой операции все будет нормально, ничего больше делать не надо. Отдали мы его, а сами пошли в храм, он там недалеко от больницы. И через три с половиной часа все закончилось. Теперь вот врач, которая делает УЗИ, сказала мне: если б, говорит, я не знала, что с ним было, никогда бы в жизни не сказала, что у него был порок сердца.

Так что надо теперь парня поднимать, ставить его на ноги. Думаю, будет военным. У меня всегда была мечта: будет парень — будет военным. Не в кулинарный же техникум его отдавать. Самое парадоксальное: нет сомнений, что он годен для службы. Нам вот в Ростове врачи говорят: вы поезжайте домой, оформите там хотя бы на год инвалидность. А тут, в Таганроге, его посмотрели и говорят: а зачем? Он у вас такой здоровенький мальчик, нормально так выглядит. Зачем? Ну вот надо теперь жизнь прожить, чтобы ответить».

Для тех, кто впервые знакомится с деятельностью Русфонда

Для тех, кто впервые знакомится с деятельностью Русфонда Благотворительный фонд Русфонд (Российский фонд помощи) создан осенью 1996 года для помощи авторам отчаянных писем в «Коммерсантъ». Решив помочь, вы сами выбираете на rusfond.ru способ пожертвования. За эти годы частные лица и компании пожертвовали в Русфонд 9,865 млрд руб. В 2017 году (на 27 июня 2017) собрано 794 517 950 руб., помощь получили 1082 ребенка, протипировано 4511 потенциальных доноров костного мозга для Национального регистра. С начала проекта Русфонда в «Новой газете» (с 25.02.2016) 4833 читателя «Новой газеты» помогли (на 27.06.2017) 59 детям на 333 404 руб.

НУЖНА ПОМОЩЬ

Василиса Овсянникова, 3 года, детский церебральный паралич, требуется лечение

199 430 руб.

Дочка родилась раньше срока, слабенькой, не могла самостоятельно дышать и есть — у нее не было сосательного рефлекса. На третий день Василису перевели в реанимацию перинатального центра, подключили к аппарату искусственной вентиляции легких, кормили дочку через зонд. Выписали лишь через два с половиной месяца без каких-либо рекомендаций. Василиса отставала в развитии, поздно начала держать голову, плохо набирала вес. В девять месяцев дочке поставили диагноз ДЦП. С тех пор Василиса прошла несколько курсов восстановительного лечения в разных клиниках. И появились результаты: дочка может сама сидеть, стоит у опоры, начала говорить. Лечение надо продолжать. Я узнала, что в московском Институте медицинских технологий помогают детям с таким диагнозом, обратилась туда. Нас проконсультировали, готовы лечить. Но в семье не осталось средств: мы еще не расплатились по кредитам за предыдущее лечение. У нас двое несовершеннолетних детей. Живем на небольшую зарплату мужа и пенсию дочери по инвалидности. Помогите, пожалуйста!

Светлана ОВСЯННИКОВА,
мама Василисы, г. Лесной, Свердловская область

ПОМОЧЬ ВАСИЛИСЕ ОВСЯННИКОВОЙ

Реквизиты для помощи

Благотворительный фонд Русфонд
ИНН 7743089883
КПП 774301001
Р/с 40703810700001449489 в АО «Райффайзенбанк», г. Москва
К/с 30101810200000000700
БИК 044525700

Назначение платежа: организация лечения, фамилия и имя ребенка (НДС не облагается). Возможны переводы с кредитных карт, электронной наличностью. Вы можете также помочь детям, пожертвовав через приложение для iPhone: rusfond.ru/app, или сделав SMS-пожертвование, отправив слово ФОНД (FOND) на номер 5542. Стоимость сообщения 75 рублей. Абонентам МТС и Теле2 нужно подтверждать отправку SMS.

Адрес фонда: 125315, г. Москва, а/я 110; rusfond.ru
e-mail: rusfond@rusfond.ru
Телефон 8 800 250-75-25 (звонок по России бесплатный, благотворительная линия от МТС), факс 8 495 926-35-63
с 10.00 до 20.00

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera