Репортажи

Утечка президента

О скандальном бегстве экс-главы Приднестровья спецкору «Новой» рассказали победившие оппоненты и сам Евгений Шевчук

Фото: Зураб Джавахадзе / ТАСС

Этот материал вышел в № 70 от 3 июля 2017
ЧитатьЧитать номер
Политика

7

Сотрудник ГАИ остановил машину бывшего президента непризнанной Республики Приднестровье Евгения Шевчука днем 27 июня в центре Тирасполя. Из автомобиля, остановившегося рядом, выбежала девушка с конвертом и попросила расписаться за него. Так бывшему президенту вручили приглашение на заседание Верховного совета Приднестровской Молдавской Республики (ПМР).

Днем позже подавляющим большинством голосов депутатов Шевчука лишили политической неприкосновенности. Против него были возбуждены пять уголовных дел о коррупции, контрабанде и хищении, вместе тянущие на 12 лет тюрьмы.

Сессии Верховного совета экс-президент не дождался. По версии депутатов ПМР, той же ночью на левом берегу Днестра он сел на катер, благополучно выплыл на правом берегу и укрылся в Кишиневе.

Эдуард Харунжен, генеральный прокурор Молдовы, не признающей независимость ПМР, саркастически заявил, что экстрадировать беглого президента не собирается: для экстрадиции нужны два субъекта международного права, а в случае с Молдовой и непризнанной ПМР субъект один.

На следующий день экс-президент заявил, что покинул республику не на катере и «не на подводной лодке», а узнав, что в Приднестровье готовится его ликвидация, заказанная президентом крупнейшего в республике холдинга «Шериф» Виктором Гушаном, выехал в Молдову на такси.

«Я проехал через границу так, чтобы минимизировать риски с точки зрения безопасности», — объяснил Евгений Шевчук «Новой газете». — Я был президентом, и у меня остались оперативные контакты, которые сообщили мне, что еще в феврале Гушан начал думать, как меня заказать».

Днем позже я прихожу в Верховный совет ПМР, и депутат Олег Василатий откровенно смеется: «Да на лодке он ушел, на лодке. Катер у друга взял, Сергея Пагу (бывший депутат Верховного совета. — Е. Р.). Хотя мог бы пешком уйти. Даже если бы он ехал в Кишинев на своей машине, на границе его бы никто не остановил. Приднестровье — правовое государство».

Увы: с правовым государством, кажется, в ПМР немного поторопились. Из разговоров с чиновниками в Тирасполе складывается ощущение, что президенту неслучайно позволили уйти. При этом у обеих сторон конфликта были веские поводы ненавидеть друг друга.

Коррупция, контрабанда, откаты

В чем обвиняют Евгения Шевчука? Пунктов пять: хищение $7,5 млн из Стабфонда, сокращение зарплат и пенсий бюджетников на 30% с марта 2015 года из-за дефицита бюджета; незаконная амнистия заключенных; контрабанда акцизных товаров на $140 млн; откаты от схемы лжеэкспорта спирта…

Евгений Шевчук не признает ни одно из обвинений. В интервью «Новой» он заявил, что предоставит СМИ факты по каждому, и считает, что обвинения базируются исключительно на показаниях, полученных силой и шантажом.

— Должны быть веские доказательства: аудио, видеозаписи, отпечатки пальцев на деньгах. А строить доказательную базу на том, что кто-то про меня что-то сказал… — мы с Шевчуком говорим по телефону, раскрывать свое местонахождение он не хочет. — Разные знакомые предупреждали меня: «Извини, Евгений Васильевич, так уж вышло. Нас вызвали, сказали: занесите денег, чтобы вас не трогали, и напишите на Шевчука то-то и то-то, а то посадим, запишем на вас героин. Не выкобенивайтесь, тогда мы вас трогать не будем.

На Приднестровском ТВ бегство Евгения Шевчука было показано почти как исчезновение Виктора Януковича из Украины. Первый Приднестровский (официальный телеканал ПМР), по которому еще полгода назад Шевчук мочил конкурентов на выборах, переключился на расследование преступлений бывшего президента, показ его загородной резиденции, комментарии возмущенных граждан и обвинения в связях с вражеской Молдовой. Авторы сюжетов выражали надежду, что беглец образумится и вернется в руки правосудия ПМР, а действующий президент Вадим Красносельский заявлял, что суд над его предшественником будет «максимально открытым» и, «как гарант конституции», обещал ему «законность при данном процессе». Я прихожу в Верховный совет через день после побега экс-президента.

— Удар мы получили сумасшедший, оправляться будем долго, — говорит депутат Олег Василатий и вздыхает. — Просто… как хорек в курятнике.

— Этот процесс — проверка нашей страны на зрелость, — не соглашается спикер Александр Щерба. — Я спрашиваю, почему Евгения Шевчука не задержали до предъявления обвинений, и спикер, кажется, радуется вопросу.

— Нарушение неприкосновенности личности, жилища или переписки — это беззаконие, и нельзя малым нарушением бороться с большим. При Шевчуке человека сначала хватали, потом собирали материалы на него. Это время кончилось.

Депутаты улыбаются — и я понимаю: они победители. Вся полнота власти теперь принадлежит стоящей за ними силе. Она долго к этому шла.

Бизнес и свобода

Евгений Шевчук стал президентом пять лет назад. На выборах 2011 года он победил прошлого главу республики Игоря Смирнова, баллотировавшегося в пятый раз, и Анатолия Каминского, кандидата от холдинга «Шериф» — супермонополии, которая контролирует около 60% официальной экономики республики и, как говорят, 60% — теневой.

Директор «Шерифа» Виктор Гушан стоит почти за каждым крупным событием в стране. Он всегда стремился контролировать власть в республике. Проигрыш кандидата от «Шерифа» стал для холдинга ударом. Естественно, на следующих выборах между Шевчуком и новым кандидатом от Гушана, в прошлом министром МВД и начальником службы безопасности «Шерифа», а затем председателем Верховного совета Вадимом Красносельским развернулась борьба не на жизнь, а насмерть.

Говоря о своем противнике, Красносельский заявлял, что «вор должен сидеть в тюрьме». Шевчук активно намекал на реприватизацию и необходимость возврата «Шерифом» $250 миллионов — льгот, предоставленных холдингу в 2006–2011 годах и через короткометражки в эфире Первого Приднестровского обвинял Гушана и его ближний круг в организации заказных убийств.

Еще в декабре аналитики предполагали, что эти фильмы Шевчуку не простят.

«Шевчук тут крутился один»

В этом конфликте есть и третья сторона: Россия. По словам источника «Новой» в команде Шевчука, еще перед выборами Москва потребовала от обоих кандидатов в случае победы не сводить счеты с проигравшим противником. «Шериф» требование не выполнил.

Первым осудили бывшего главу КГБ Николая Земцова. За ним под суд отправились бывший глава таможни Юрий Гервазюк и глава Приднестровского республиканского банка Эдуард Косовский. По словам Олега Василатия, под следствием оказались сотрудники таможни и милиции среднего уровня, а несколько крупных чиновников из команды Шевчука — председатель правительства Татьяна Туранская, министр экономики Майя Парнас — вовремя покинули страну. «Все сбежали, — говорит Олег Василатий. — Только Шевчук тут крутился один. Думал, его пост даст ему индульгенцию».

Что изменилось в Приднестровье за полгода после выборов? Как в разговоре с «Новой» утверждал сам Шевчук, в республике произошло перераспределение сил. Все главные должности оказались заняты выходцами из «Шерифа».

 «Генеральный прокурор Анатолий Гурецкий исполнял обязанности руководителя правового управления структуры «Шерифа», — говорит Евгений Шевчук. — Министр Внутренних дел Руслан Мова был начальником Службы безопасности Агробанка, структуры Виктора Грушана. Следственный комитет возглавляет Вячеслав Брынзарь, штатный адвокат структур «Шерифа». Эта организованная группа людей работала на обеспечение прибыли конкретному человеку. Сейчас они вновь при должностях».

По информации «Новой», не контролируются «Шерифом» в республике только два ведомства: КГБ и МИД. Главы обоих назначаются Россией.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera