Репортажи

Женщины Дона, сидите дома!

Как чеченские брачные традиции попали в большую политику и как за их изучение можно сесть в тюрьму

Этот материал вышел в № 72 от 7 июля 2017
ЧитатьЧитать номер
Общество

Ольга Боброваредактор отдела спецрепортажей

3
Валентина Череватенко

В Новочеркасске от кафе «Кофе-чай» до офиса Союза «Женщины Дона» — метров, наверное, пятьсот. Пока мы с Валентиной Череватенко, купив кофе и сочники, преодолеваем эти полкилометра, к ней дважды подходят прохожие.

— Здрааавствуйте! — расплывается в широкой улыбке пожилой мужчина в сандалиях советского образца. — Ну что, отвязались там от вас? Сняты претензии?

И еще дама в химических кудряшках на переходе:

— Ой, Валентина Ивановна, только недавно про вас вспоминали!

От этой частоты узнаваний у меня, конечно, складывается впечатление, что Череватенко (а вместе с ней и Союз «Женщины Дона») знает весь Новочеркасск. Что, конечно, неточно. Потому что ее знают не только в Новочеркасске — но и в России, и в мире. «Женщины Дона» — одна из старейших и авторитетнейших российских НКО, сейчас переживает тяжелые времена.

«Это все ваши заявители?» — спрашиваю я. «И сочувствующие», — коротко добавляет Череватенко, не тратя лишних слов. Они, в «Женщинах Дона», вообще, по-моему, экономны на слова — полагаю, потому что дело занимает много сил. С 1993 года, когда появился Союз, через их руки прошло такое количество человеческих судеб, такое огромное количество жизней было здесь подштопано, поправлено, что все слова как-то теряют смысл на фоне масштаба этой работы.

И вот теперь Валентина Череватенко, лауреат международной премии имени Анны Политковской, координатор Российской общественной организации «Союз «Женщины Дона», стала первым в России человеком, попавшим под уголовное преследование в связи с неисполнением закона «об иностранных агентах». В июне ей было предъявлено обвинение. Если дело дойдет до суда, Валентине угрожает до двух лет лишения свободы.

Основное направление работы Союза «Женщины Дона» — это защита прав человека, и конкретно — прав женщин, прав детей и миротворчество (так записано в уставе). Эта работа, к сожалению, очень востребована. История новой России богата на трагедии, а уж юг на этой карте вообще сплошь замазан кроваво-красным. Так вот, не было на юге страны такой беды, такой войны, в которой «Женщины Дона» не выступили бы на стороне людей.

Во время чеченских войн они работали в госпиталях, помогали отчаявшимся матерям искать своих сыновей, живых и мертвых; помогали осиротевшим детям находить новые семьи. Многие годы работали с беженцами — мирили ингушей с осетинами после отчаянного межнационального конфликта. Нашлось им дело и в Беслане, где два года специалисты оказывали помошь жителям искалеченного города. Когда случилась грузинская война, именно Союз «Женщины Дона» нашел единственный возможный в той ситуации повод для диалога между народами — русская литература! Чтобы убедить себя, свои народы, своих детей в том, что вражда России и Грузии — страшный морок, российские учителя приезжали в Грузию, а грузинские — в Россию.

Позже к направлениям командировок добавилась еще и Украина.

«Наша работа — сшивать разорванное одеяло», — так Валя Череватенко говорит о деле, которое тащит ее организация.

Помимо этой работы, Союз делал и много другой — домашней, повседневной. Проводил семинары по местному самоуправлению, заставляя людей пробуждаться от вечной гражданской спячки. Затевал для молодежи тренинги по защите своих прав в судах; знакомил горожан с участковыми. А любая гражданская активность в нашей стране, как известно, — минное поле. Прогулки тут не приветствуются. В 2011 году, зимой, кто-то побил стекла в офисе «Женщин Дона» и написал из баллончика на стенах: «Приемная Госдепа США».

«Окна нам Седой Валентин Кон­стан­тинович вставил, известный наш предприниматель, — вспоминает Валентина. — Просто ехал мимо, увидел, что у нас такое. Зашел: «Что у вас здесь, Валентина Ивановна?» И в тот же день — замерщики, доставка».

А надпись про приемную они решили не закрашивать. Убрали ее, только когда город уже отсмеялся; когда уже и таксисты, веселые донские казаки, обжили новый топоним: «Это тебе, выходит, до приемной Госдепа — а там первый поворот налево».

Потом зачастили к «Женщинам Дона» проверки. Приходили и СЭС, и пожарные, и, конечно, прокуратура. Искали разного рода нарушения. Ну а тут как раз подоспел закон «об иностранных агентах».

Принятый в 2012 году закон предусматривает, что организация может быть признана иностранным агентом при одновременном соблюдении двух непременных обстоятельств: наличие иностранного финансирования, а также участие в политической деятельности. Как выяснилось уже совсем скоро, политическая деятельность — это буквально все. И вот прокуратура вынесла представление о том, что в работе «Женщин Дона» обнаружены признаки политической деятельности, к каковой приравняли их участие в круглых столах по реформе милиции, куда их охотно приглашали. До кучи прокуратура вменила организации еще и то, что она, будучи региональной, работала за пределами региона, указанного в уставных документах, — то есть не в Ростовской области.

Координационный Совет союза «Женщины Дона» с претензиями прокуратуры не согласился. Было принято решение о созыве внеочередной Конференции — высшего руководящего органа в организации. Союз — сетевая структура, и решения, имеющие для его существования принципиальное значение, могут быть приняты только Конференцией.

Чтобы снять претензии по поводу регионов работы, Конференция приняла решение о создании новой организации, у которой не было бы ограничений по географии деятельности. Так был образован Фонд содействия развитию гражданского общества и правам человека «Женщины Дона». (Название решили сохранить — за ним история, доверие, традиции.) А по поводу претензий к якобы «политической деятельности» —  Союз решил бороться, доказывать, что таковой не занимается.

И все же в 2014 году Минюст в принудительном порядке включил Союз в реестр иностранных агентов — хотя в его финансировании на тот момент давно не было денег из-за рубежа. Организации присудили даже штраф за нежелание добровольно включаться в реестр. Позже Союзу удалось добиться исключения из реестра.

История с включением в реестр иноагентов повторилась и в отношении Фонда «Женщины Дона». Обжегшись на Союзе, «Женщины Дона» соблюдали все предосторожности, чтобы такое не случилось с Фондом. «Очень его берегли, проверяли каждую запятую в программах — чтобы не было ничего, что можно было бы истолковать как политическую деятельность», — говорит Череватенко.

У Фонда было тогда небольшое сотрудничество с Фондом Генриха Белля, в рамках которого он проводил среди северокавказских женских организаций конкурс гуманитарных проектов. Был, например, проект «Культура межнационального общения для старшеклассников». Или другой — «Счастье нужно уметь построить», тоже для молодежи, про традиции добрачного ухаживания у чеченцев.

Вот в этих проектах Минюст и усмотрел признаки политической деятельности, на основании чего Фонд «Женщины Дона» также был внесен в реестр иностранных агентов.

Конечно же, вновь ни Правление Фонда, ни его Попечительский совет с этим не согласились, и теперь уже у Фонда  «Женщины Дона» идут суды, вплоть до ЕСПЧ. Однако всем понятно, что дело вовсе не в проектах про ухаживания — а в том, что миротворческая и гражданская работа, которую ведут «Женщины Дона», кому-то очень не нравится.

Кому?

В 2016 году Следственный комитет возбудил уголовное дело против Валентины Череватенко — по факту злостного неисполнения закона «об иностранных агентах». Основанием для возбуждения дела стал соответствующий донос от сотрудника ФСБ, который обратился в СК. Казуистическая логика этого уголовного дела такова, что Череватенко, якобы однажды столкнувшись с включением Союза «Женщины Дона» в реестр, специально зарегистрировала одноименный фонд, чтобы его в этом реестре не было, — «имея преступный умысел, чтобы избежать исполнения закона «об иностранных агентах». «Но ведь Фонд создавался именно для того, чтобы избежать претензий со стороны закона, — удивляется Череватенко. — Чтобы Союз работал внутри Ростовской области, а Фонд, имея те же цели и задачи, — вовне».

То обстоятельство, что устав организаций не наделяет Череватенко правом принятия единоличного решения, что все решения, касающиеся Фонда или Союза, принимались коллегиальными органами, на следствие впечатления не производит. И уголовное дело возбуждено конкретно и лично против Валентины Череватенко.

Это, конечно, удобно всем. Городским руководителям совсем не нужна эта фабрика по производству «шибко умных», которые потом приходят в администрацию и спрашивают с нее; ФСБ нервничает из-за активности «Женщин Дона» в политически тревожных направлениях (Украина, Грузия — и кто знает, что дальше?); областные власти тревожатся, как бы чего не вышло на подведомственной территории. Ну а России давно, наверное, нужна такая показательная расправа, чтобы никто не думал, что закон «об иноагентах» — это баловство. Что это как надпись «приемная Госдепа» на стене, над которой посмеялись — и забыли, перестали принимать всерьез.

Но нет. Тут просто так не забудете.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera