Сюжеты

«Солнце, у нас такая жизнь…»

Рада перехитрила улицу. Как провалилась попытка лишить депутатов Украины неприкосновенности

Фото: РИА Новости

Политика

Ольга Мусафировасобкор в Киеве

1

…Вестибюль гостиницы «Киев» — она в шаге от Рады — как привет из времен Майдана. Пахнет адреналином, дымом и мокрой одеждой. Люди теснятся на подоконниках, на полу. Некоторые ухитрились прилечь и вздремнуть, не снимая дождевиков. На улице хлещет ливень. Там дежурит вторая смена митингующих — блокируют входы-выходы из здания парламента, чтобы депутаты не сбежали на обеденный перерыв или на телеэфиры. «Не проголосуют за отмену (неприкосновенности. — О. М.) — не выйдут вообще никогда. Гарантирую!» — произносит мужчина в камуфляже и с боевой медалью. Твердость намерений уже подтверждена стычками с полицией, а также петардами и дымовыми шашками, от которых правительственный квартал заволокло сизым, едким. С понедельника у Рады — законные летние каникулы.

В лобби соседнего отеля «Национальный», где обычно деловые господа пьют кофе с членами парламента, тоже негде яблоку упасть. Бармен за стойкой страдает от того, кто нынче отдыхает на атласных диванах, облокотившись на мраморные столешницы.

— Может, ну… Чтобы помещение освободили? — вполголоса советуется он с полноватым парнем с бейджем, похоже, менеджером отеля.

— Ага, два раза, — еще тише и безнадежней отвечает менеджер.

Силовой, извне, нажим на Раду похож на всплеск отчаяния, скоординированный с нажимом изнутри, в сессионном зале. Революционной меры, то есть полного отказа от иммунитета и равенства граждан перед законом, требуют от коллег через мегафон «еврооптимисты»: бывшие журналисты Мустафа Найем и Сергей Лещенко, которые прошли по списку Блока Петра Порошенко, часть «Самопомощи» и несколько внефракционных. Узок круг этих политиков. Их обвиняют в популизме.

Акции протеста у Верховной рады. Фото: РИА Новости

С тем, что в Украине существует рукотворное зло, не меньшее, чем война на Донбассе, согласны и «верхи», и «низы», и европейские партнеры, и визитеры от новой американской администрации, цитирующие госсекретаря США Рекса Тиллерсона:

«Нам нет смысла бороться за тело украинского государства, в том числе и на востоке, если оно потеряет свою душу из-за коррупции».

Зато любая практическая попытка назвать конкретных носителей зла встречает отпор и объявляется сведением политических счетов. Коррупция в стране есть, а коррупционеров нет, такая вот история. Законодательный орган вызывает наибольшие подозрения. Улица до приговоров уверена: здешние традиции круговой поруки и безнаказанности «перемалывают» каждого, включая выдвиженцев Майдана, сажай подряд — не ошибешься. Выводы Регламентного комитета не настолько категоричны.

В зале разворачивается борьба хотя бы за программу-минимум: поддержать представления ГПУ — добиться лишения неприкосновенности шестерых депутатов из разных фракций, чтобы дела добрались до нереформированных судов. Да, судьи защищены иммунитетом. Да, их объективность и неподкупность, если мягко, тоже под вопросом…

Провалено голосование по экс-комбату, «народнофронтовцу», одесситу Евгению Дейдею. Друзья и побратимы демонстративно обнимают Евгения: наших бить?! Прокуроры вменяли в вину незаконное обогащение, покупку дорогих машин и квартир, стоимость которых многократно превысила совокупный доход семьи депутата. О «дореволюционном» уголовном деле Дейдея, связанном с разбоем и рекетом, — ни слова, ни вздоха.

В прошлом секретарь Киевсовета, мажоритарщик Олесь Довгий, напротив, призвал проголосовать за никчемный в юридическом смысле, по его мнению, документ. Уверен, что опровергнет наветы — мол, десять лет назад торговал, сообразно должности, киевской землей направо и налево. Довгому, чей депутатский фальцет звучит преимущественно в унисон с Блоком Петра Порошенко, пошли навстречу. Задержать и арестовать себя, разумеется, Олесь не просит, надо и меру знать.

Крупным планом попал в телекамеры следующий кандидат в коррупционеры, по версии ГПУ, Андрей Лозовой из фракции Радикальной партии. Молодой человек нервничал — обмахивался листами заготовленного текста выступления, вытирал руки и лоб салфеткой, дул себе за ворот рубашки-поло, крестился. А генпрокурор Луценко обращал внимание зала на цифры: смешные, которыми исчислялись доходы гражданина Лозового за годы его предыдущей трудовой деятельности, и громадные, отраженные в электронной декларации нардепа. Подозревали парламентария, однако, лишь в недоплате налогов.

Лозовой, в свою очередь, возмутился богохульством ГПУ. Ладно — коллекции картин, икон, элитных вин и антикварной мебели английского и голландского производства.

Но оценивать, тем более в гривнах, святые мощи XIII века, доставшиеся ему в наследство от дедушки!..

Снять неприкосновенность с «коллекционера» Рада не рискнула. Прислушалась к возгласу Игоря Мосийчука, однопартийца Лозового: «Это по вам звонит колокол!» В переводе с языка патетики: «Лишите иммунитета шестерых — посыплются представления и на остальных, за каждым есть грехи, большие или меньшие!» И представители партий Майдана, с гадливостью поглядывая в сторону Оппоблока, нажали на те же кнопки спасения шкур, что и политические враги.

Наиболее подготовленным и, вне сомнения, самым сенсационным и зрелищным оказалось представление на Борислава Розенблата из БПП и Максима Полякова из «Народного фронта». Неделю назад в открытый доступ выложили не анонимные диктофонные записи «из-под дивана», а тизер, если так можно выразиться, документального видеофильма авторства САП (Специализированной антикоррупционной прокуратуры) и НАБУ (Национального Антикоррупционного Бюро Украины), при участии привлеченных к расследованию специалистов из ФБР, которые в титры не попали. Работали скрытой камерой.

Параллельно Рада (и не только она) узнала: негласное снятие информации со средств коммуникации производилось в Украине, по крайней мере, с осени 2016-го года, — героев «вели» долго. Их объединял интерес к добыче янтаря на территории Житомирской области. Сюжетная линия тянулась от переговоров о содействии некоей зарубежной компании до передачи 200 тысяч долларов кэшем. В кино о том, как при помощи взятки включить механизм продвижения законодательных инициатив, играли Розенблат, Поляков, помощники депутатов и невидимый зрителю спецагент под прикрытием по имени Катерина.

Генпрокурор Луценко, сверяясь с распечаткой, воспроизвел сцену в киевском ресторане «Три вилки», где Борислав Розенблат жалуется Катерине: «Солнце, у нас такая жизнь, (ругательство), с этой дебильной страной…»

Накануне киноманы фракции БПП предусмотрительно исключили Розенблата из своих рядов. Парламент разрешил привлечь его и Полякова к уголовной ответственности. Задерживать и арестовывать, правда, не позволил.

Михаил Добкин. Фото: РИА Новости

Все перечисленные опции в пакете достались Михаилу Добкину из Оппоблока. Добкин не расстроился и сообщил прессе: бежать за границу или прятаться в больнице не станет, «тревожный чемоданчик» лежит в машине, адвокаты наготове, дело против него бесперспективно и рассыплется в прах. Действительно, публичные усилия харьковского тандема Добкина—Кернеса на ниве сепаратизма в 2013—2014 годах прокуратура не исследовала. Зато бывшему мэру Харькова выдвинули обвинение в земельных аферах десятилетней давности.

Драматургия событий в парламенте строилась так, чтобы в итоге улица получила повод отпраздновать хоть локальную, но победу. Тем более ливень кончился. Осаду Рады сняли, последние «дымовухи» зажгли уже в качестве салюта, демонтировали сцену, собрали плакаты и мусор…

Гораздо меньше общественного интереса и резонанса вызвал саммит «Украина-ЕС», который в те же дни проходил в Киеве и завершился без совместного заявления сторон. По правилам дипломатии, это означает глубокий кризис в отношениях — лидеры встретились, а договориться не смогли. На сей раз, утверждают наблюдатели, возникла проблема иного свойства. Евросоюз поставил под сомнение сам факт того, что Украина стремится к интеграции с ЕС, а не имитирует желание. Как именно? Читай выше.

Киев

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera