Колумнисты

Ну не ставил он «о развратных пионерках»

Страна продолжает обсуждать «дело Серебренникова»

Этот материал вышел в № 97 от 4 сентября 2017
ЧитатьЧитать номер
Культура

Елена Дьяковаобозреватель

10

«Дело «Седьмой студии» (особенно после судебного заседания 23 августа и заключения Кирилла Серебренникова под домашний арест) оказалось знаковым. Задело множество болевых точек страны. Умное письмо в защиту режиссера опубликовали в Сети 30 августа молодые деятели культуры (свыше тысячи подписей). Там отмечен новый аспект скандала: «Ситуация с делом «Седьмой студии» уже серьезно навредила репутации нашей страны в международном сообществе — комментарии МИД разных государств и обращения известных европейских режиссеров, артистов и драматургов это подтверждают».

А правда: кому нужно было из проблемы обналички средств в московском театре делать жупел, пятно на облике страны, звонкий аргумент в пользу того, что «в тоталитарной России все по-прежнему»?! Ценный вклад в «мягкую силу» Отечества внесли граждане патриоты…

Очень жесткое, очень внятное письмо гуляет по ФБ с 23 августа: «Извините, но просто не могу промолчать. Гражданская позиция рвется наружу из всех отверстий. …Мне кажется, что подавляющая часть страны, которая получает по 15–25 тысяч в месяц и ежедневно из всех СМИ, ТВ и интернета наблюдает за тем, как наши «великие деятели искусства» швыряют деньги налево и направо… просто обязана скинуться, да что там скинуться, выйти на улицу с плакатами «Свободу попугаям!»

<…>И кто-то еще спрашивает, почему мы в Армавире не можем себе оборудование купить новое? Потому что декорации к одному спектаклю в Москве стоят как весь наш завод с людьми и всем нашим скарбом. Нам кредиты под 15% годовых с пятикратным залогом и обязательствами в трех томах, им просто деньги в виде приданого… Вообще промышленникам надо краснеть от таких новостей! Клоуны в стаи сбиваются в считанные часы, а заводы душат один за одним, и никто никогда друг за друга слово не замолвит. Так и живем среди «великих», которые всю страну быдлом считают.

P.S. Мне кажется, что никель, золото и молибден продают за границу тоже великие люди? А как иначе?»

Четко видно, кстати: «дело «Седьмой студии» становится средством (и работающим) канализовать накипевшее. Накипело — ​против зарплат и пенсий, против кредитов, описанных выше, против бесстыжего телегламура, против «Платона» и цен на масло. А козлом отпущения, «буржуем номер раз» в РФ оказывается К.С. Ну и его защитники.

А еще автор письма повторяет новый миф: «великие актеры испражняются на сцене», а «темные, забитые рабы» (то бишь все народонаселение) оплачивают это из бюджета.

И спасибо, что не повторяет другие ФБ-страшилки: Серебренников ставил спектакль «о развратной пионерке»… нет, о пионерке, которую насилуют советские солдаты, а она становится полковой проституткой… и еще в «Пластилине» героя насилуют мать и двое мужчин… и вообще: сплошь на сцене грязь, кровь, цинизм, треш и хоррор.

В постах обычно есть и фото из спектаклей К.С. Особо популярна сцена из «Мертвых душ». Сообщим: это Ноздрев и его собаки. Да, два «щенка» — ​голые выше пояса. Разврат!

С 2001 года, когда вышел дебютный «Пластилин», отдел культуры «Новой» смотрел почти все премьеры Серебренникова. Ну не испражнялись там. И страшная пьеса Василия Сигарева «Пластилин» была о «хрущобном» пригороде России 1990-х, о почти или совсем брошенных родителями подростках, о ранних смертях, об общем ожесточении. И насиловали двух мальчишек блатные шестерки, ужас квартала. И тогда — ​неистовая горечь пьесы точно отвечала общему ощущению времени.

Жестким и честным был «Терроризм» по пьесе братьев Пресняковых на Малой сцене МХТ. О том, что все формы насилия — ​от издевательств над котом до взрыва в аэропорту — ​начинаются с вопля матери в лицо девятилетнему сыну: «Ты тупарь ваще, да?!» Перехватывали горло сцены «Господ Головлевых», рассказ Матрены Тимофеевны в «Кому на Руси жить хорошо». И те минуты в «Мертвых душах», когда бабы из усадьбы Коробочки несли и несли Чичикову истертые газетные вырезки о трудовых и боевых подвигах своих «мертвых душ», траурные фото молодых советских мужиков с честными лицами.

Собственно — ​именно о том, о чем пишет заводчанин из Армавира, была эта сцена.

И — «Голая пионерка». Ну нет там групповых изнасилований советскими солдатами! (В «Тихом Доне» — ​есть: там насилуют казаки Первой мировой. Но никто, к счастью, до сих пор не зачислил Шолохова в очернители Родины).

В «Голой пионерке» по роману Михаила Кононова — ​15-летняя ленинградка, дочь энкавэдэшника Маша Мухина попадает на фронт. Она пулеметчица. И одна из немногих женщин в полку. Короткие любови с мальчишками-однополчанами, идущими завтра на смерть, кажутся Маше частью ее долга, частью безумной тяжести войны, которую рядовые тащат на себе. Такой же частью невыносимой тяжести войны, как блокада. Как весь путь пехоты до Берлина.

Перед выходом спектакля, в 2005-м, «Новая» брала интервью у Чулпан Хаматовой, игравшей Машу Мухину, и Кирилла Серебренникова. Вот отрывки:

Чулпан Хаматова: «Какая-то абсолютная антилогика живет в русском человеке. Есть такое слово «надо»! Надо победить — значит, победим… Для меня 9 Мая — святой день. Но с Мухой дело не в том. Ее веру блаженную, юродивую: вот мы в узел завяжемся и прорвемся, — я не через войну понимаю. Просто понимаю. Никуда это не ушло. Есть и во мне.
Книга невероятно трагичная… и нет в ней ничего, что бы оскорбляло память войны. Наоборот. Там гибнут в каждой главе душ по десять молодых ребят. А она их всех жалеет. Последней жалостью. И — через свое «не могу-у».
Что у Кононова может шокировать сегодняшнего человека? ...И как можно не увидеть там бесконечной любви?»
Кирилл Серебренников: «А победили ведь убиенные. Муха победила. Ведь это чудо было явлено. Велено было не умереть — поэтому и выжили. Все сословия вместе собрались. Достали откуда-то последние силы, к этому времени непонятно откуда и взявшиеся, если учесть, что творилось в России с 1914 года. Вытащили из горла что-то такое: «Мы-ы… Ы-ы-ы…» — и победили.
Победа — это чудо. О ней так и надо, видимо, говорить. И не спекулировать. Не говорить о патриотическом воспитании… Уж тем более — о патриотизме-национализме. Просто стариков надо благодарить 9 Мая. И еще благодарить Бога тихонечко».

Серебренников — ​очень русский режиссер. Он не от Пушкина и Бунина, да. Он — ​от кошмаров Гоголя, Щедрина, Достоевского. И «новой драмы» с жестким воздухом 1990-х. Его театр бывал страшен. Но, кажется, не бывал циничен. И дичь, ползущая по ФБ, от тех, кто «спектаклей не видели, но скажут», — ​из воспаленных фантазий защитников морали.

«Новая» выкладывает заново на сайт часть текстов 2002–2016 гг., часть рецензий на премьеры Серебренникова и интервью с ним. От «Терроризма» до «Машины Мюллер» с кордебалетом обнаженных перформеров.

Это — ​было. Правда, кружение тел по сцене и тогда приводило на ум не свальный грех, а газовую камеру. Зрители до 18 лет в «Гоголь-центр» не допускались. «Новая» писала в марте 2016-го: «Вторым действием «Машины Мюллер», возможно, станет реакция на спектакль охранителей общественной морали. Но в этом отношении пока — ​антракт. Мхатовская пауза». К сожалению, второй акт начался.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera