Колумнисты

Чем Каталония отличается от Крыма

Предисловие к референдуму, который состоится 1 октября

Фото: EPA

Этот материал вышел в № 108 от 29 сентября 2017
ЧитатьЧитать номер
Политика

Александр МинеевСоб. корр. в Брюсселе

26

В Испании — самый глубокий кризис со времени восстановления там демократии после 40-летней фашистской диктатуры. Он сулит еще одно трудное испытание Европейскому союзу, может создать правовой прецедент для других стран, в которых есть сепаратистские устремления регионов.

Читайте также

Почему каталонцы хотят независимости. Вводный курс

Правительство Каталонии решило провести 1 октября референдум о ее независимости, конституционный суд Испании признал его незаконным, центральное правительство в Мадриде запретило и делает все, чтобы сорвать. Пока противостояние центра и мятежного региона носит сравнительно мирный характер, но напряженность растет и может вылиться в столкновения.

Одной из главных причин референдумов стало затягивание конституционным судом Испании подтверждения устава Автономной области Каталония от 2006 года, который определял ее новые полномочия, включая определение каталонцев как отдельной нации. После утверждения текста устава парламентами Каталонии и Испании он был принят к рассмотрению для окончательного решения. Рассмотрение затягивалось — недовольство в каталонском обществе росло.

В последние недели правительство Мадрида приняло правовые меры по предотвращению назначенного на 1 октября референдума. Установлен особый контроль за использованием государственных средств в Каталонии, арестованы местные чиновники. Более 10 тысяч полицейских и бойцов гражданской гвардии дополнительно переброшены в Барселону и другие каталонские города.

Мадрид пригрозил штрафами чиновникам, работающим в региональной избирательной комиссии, распущенной на прошлой неделе. Конфискован весь тираж напечатанных избирательных бюллетеней, государственной почте запрещено распространять сведения о местах голосования. Задача — сделать все, чтобы результаты референдума, если он состоится, были как можно менее легитимными.

Эти действия спровоцировали массовые демонстрации.

20 сентября несколько тысяч демонстрантов заполнили центральную Гран-Виа в Барселоне. Демонстрация произошла после того, как были арестованы 14 каталонских правительственных чиновников, в том числе министр экономики региона Жозеп Мария Жове. Их обвиняют в организации незаконного референдума. 22 сентября государственный прокурор Испании предъявил обвинение в мятеже демонстрантам: они пытались помешать государственным должностным лицам выполнять законные обязанности. Это от четырех до восьми лет тюрьмы.

Каталонская полиция, которая приказом из Мадрида временно переподчинена центральной власти, предупредила в среду об опасности беспорядков. Ее численность — 16 800 человек, и она находится в деликатном положении, потому что большинство муниципалитетов, которым она обычно подчиняется, выступают за референдум.

Фото: EPA

На фоне этого кризиса напрашиваются аналогии с другими референдумами о национальном самоопределении: шотландским и крымским.

Намеченный на 1 октября каталонский референдум отличается от референдума об отделении Шотландии от Великобритании, проведенного в сентябре 2014 года, прежде всего тем, что он незаконный по существующим нормам. Он противоречит конституции Испании — страны, территориальная целостность которой будет в одностороннем порядке нарушена в случае отделения Каталонии.

Шотландский референдум был юридически признан Лондоном. Если бы за отделение проголосовали более половины жителей Шотландии, она могла стать независимым государством в марте 2016 года. Этого не произошло — более 55% шотландцев проголосовали против.

Как в шотландском, так и в каталонском случаях нет языковой проблемы. В Шотландии преобладает английский язык, а в школах Каталонии одинаково учат каталанский и кастильский (государственный испанский). В Крыму языковая проблема — главный довод сторонников отделения.

Крымский и каталонский референдумы роднит прежде всего то, что оба они незаконны, потому что противоречат конституциям стран, из которых выходят регионы, потому что им не предшествовала нормальная агитационная кампания с участием тех, кто «за» и кто «против».

И там и там — присутствие посторонних силовиков. Но если в Крыму это были «вежливые люди» без опознавательных знаков, которые прикрывали народное волеизъявление в пользу выхода региона из страны, то в Каталонии испанская гражданская гвардия находится с ясным приказом предотвратить голосование.

И, пожалуй, главное, чем шотландский и каталонский референдумы отличаются от крымского: в них не идет речь ни об отделении от одной страны для присоединения к другой, ни о выходе из системы (ЕС, НАТО), смене ценностей (стандартов прав человека и принципов демократии, либеральной экономики). Каталония не хочет уходить из ЕС, как не хотела и Шотландия.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera