Репортажи

«Может, договор от продажи теленка покажете?»

13 квартир в Москве у полковника Захарченко объяснили доходами от «подсобного хозяйства» в Ростовской области

Дмитрий Захарченко. Фото: РИА Новости

Этот материал вышел в № 126 от 13 ноября 2017
ЧитатьЧитать номер
Общество

Вера Челищеварепортер, глава отдела судебной информации

35

В Никулинском суде столицы 10 ноября начал рассматриваться гражданский иск Генпрокуратуры о конфискации имущества полковника Дмитрия Захарченко и членов его семьи в пользу государства. Полицейского, работавшего в антикоррупционном главке МВД, подозревают в получении взятки в 7 миллионов рублей. В общей сложности имущество Захарченко оценивается в сумму около 9 миллиардов рублей, которыми Генпрокуратура рассчитывает пополнить бюджет.

Изъять в пользу государства планируют 27 объектов недвижимости — речь идет о квартирах и машино-местах, расположенных в элитных районах Москвы. Также прокуратура просит конфисковать четыре машины премиум-класса, золотой слиток и средства на сумму около 8 миллиардов рублей. Значительная часть собственности была оформлена на родственников и близких полковника, включая родителей, сестру, гражданских жен, подруг и несовершеннолетних дочь и сына.

10 ноября зал Никулинского суда был забит полностью. Однако не столько за счет журналистов (хотя и их пришло немало), сколько за счет адвокатов, представляющих интересы Захарченко и остальных соответчиков. Всего адвокатов было порядка 10.

Генпрокуратуру представляли два прокурора.

В качестве третьей стороны в зале сидели сотрудники Росимущества, Федерального казначейства и Гохрана. Все они поддержали иск.

Самого Дмитрия Захарченко на заседании не было, его находящегося под стражей отца — тоже. Хотя последний просил о личном присутствии, но судья Кузнецова отказала. Находящиеся на свободе другие соответчики в суд не явились. 

Виктор Захарченко, отец Дмитрия Захарченко, в настоящее время под арестом. Фото: Михаил Почуев / ТАСС

—  Генпрокуратура просит удовлетворить иск в полном объеме. Поводом для иска стало то, что было выявлено значительное имущество и суммы денежных средств, которые несоразмерны с официальным доходом Дмитрия Викторовича Захарченко, — объяснял судье Кузнецовой молодой прокурор Бочкарев. — Что касается соответчиков, то Захарченко прибегал к их помощи по регистрации на них имущества. При этом соответчики знали о незаконном характере получения Захарченко денежных средств и не задавались вопросом, почему зарплата у него одна, а расходы во много раз ее превышают. Соответчики пользуются этим имуществом и расходуют его. Его мать в прошлом — педагогический сотрудник, отец — пенсионер, сестра — тоже педагогический сотрудник, несовершеннолетняя дочь — понятно, нигде не работала, и она располагает имуществом на сумму более 77 миллионов рублей. Его бывшая гражданская супруга Семонина обладает машинами стоимостью 16 миллионов рублей, Пестрикова (еще одна бывшая гражданская супругаРед.) обладает недвижимостью стоимостью 16 миллионов долларов США, Саратовцева (еще одна бывшая законная супругаРед.) имеет имущество стоимостью более 70 миллионов рублей...

Упоминалась еще дама по фамилии Петрушина, с которой, по информации Генпрокуратуры, Захарченко также состоял в близких отношениях и оформил на нее дорогостоящую недвижимость.

—  Они (женщины ЗахарченкоРед.) знали, с кем знакомы — с Дмитрием Захарченко. И знали, какое имущество на них оформляется. Они содействовали коррупционеру, — настаивал прокурор.

Журналисты в дамах сердца часто путались, как и в стоимости недвижимости и денежных суммах. Судья же Кузнецова, у которой такое гражданское разбирательство, по всей видимости, было впервые, собрала волю в кулак и вела процесс так, что все стороны вынуждены были говорить исключительно по существу, не уходить в дебри и не затрагивать еще расследующееся уголовное дело.

—  Господа, у меня гражданский процесс. А вы все пытаетесь увести меня в уголовное разбирательство, —  строго и лаконично говорила она, но при этом требовала от представителей Захарченко предоставлять в суде документы из дела, которые могли бы подтвердить их доводы.

Судья замечала, что, согласно имеющимся документам, дочь Захарченко Ульяна 2008 г.р. получила квартиру в дар от деда. Прокурор отметил, что сделку все равно профинансировал Захарченко-младший, чему есть доказательства в деле. Что касается оформленных квартир на дам сердца, то следователи нашли доказательства, что фактически квартиры принадлежали Захарченко — платежки за коммунальные услуги оплачивал именно он.

Отдельно прокурор обвинял мать и сестру Захарченко в сокрытии денежных средств:

— Незаконно нажитое Захарченко и его семья хранили в квартирах на Ломоносовском проспекте и на Мичуринском проспекте... Часы «Ролекс», украшения, 19 миллионов рублей, 600 тысяч евро, — молодой прокурор говорил все это, уже глядя не на судью, а в зал на журналистов. — Его сестра и мать обеспечивали сохранность этого имущества, а также его передвижение.

Представитель матери Захарченко Валентины Николаевны отмечал, что объекты недвижимости (на общую сумму в 104 миллиона рублей) та смогла приобрести благодаря договорам займа, доходам от «ведения подсобного сельского хозяйства» в Ростовской области и некоему наследству, полученному ею в 1990 годы.

Однако соответствующие документы о вступлении в наследство представители полковника Захарченко в глаза не видели.

— Мне даже страшно, но я спрошу — в какой же сумме было выдано наследство, что можно было купить... раз, два... Семь объектов недвижимости? — спросила судья.

— Более одного миллиона долларов на тот момент (1990-е гг.Ред.), — ответил адвокат.

—  А чем занимаются в подсобном хозяйстве? —  перешла к другому озвученному источнику дохода судья.

—  Выращивают овощи, фрукты... — представитель Захарченко не был подробен.

—  А как-то документально подтверждено это подсобное хозяйство? —  не отставала Кузнецова.

—  Законодательно не требуется...

— Я требую, — четко проговорила судья. — Ну, я не знаю, может, договор от продажи теленка какой есть?

—  Нету.

Терпение прокурора Бочкарева лопнуло:

—  Это каким же подсобным хозяйством нужно обладать?! —  спросил он представителя матери Захарченко. —  А супруг, трудившийся рядом с ней на огороде, купил шесть объектов недвижимости в Москве. И не только на Мичуринском проспекте. Есть на Пречистенской набережной. Я в своей практике таких тружеников сельского хозяйства еще не встречал.

Инфографика: Надежда Мироненко, специально для «Новой газеты»

До 2005 года, т.е. до перевода Захарченко на службу из Ростова в Москву, у семьи Захарченко, как выразился прокурор, «несметных богатств» не было.

Оформлял все эти богатства на родных и близких Захарченко с целью «благополучного существования на земле российской».

При этом, по информации истцов, члены семьи на непредвиденные случаи передавали друг другу права наследства на имущество, которое на них оформлял Захарченко.

Адвокат Захарченко-младшего спрашивал у прокуроров, какими доказательствами подтверждено, что Семонина, мать его несовершеннолетней дочери,  в официальном браке получила имеющееся у нее имущество. Оказалось, что формально в браке они вообще никогда не были.

— Что мы тогда обсуждаем?! — резюмировала судья.

Представитель Захарченко перешла к другой гражданской жене полковника — Саратовцевой, с которой он в браке был, но развелся в марте 2015 года. Адвокаты спрашивали, на чем основан довод о том, что Семонина и Саратовцева не могли приобрести имущество на собственные средства.

— Да потому что у их не было таких средств! — отвечал прокурор, подчеркивая, что информация проверялась через налоговую, пенсионный фонд и т.д.

— А в 2013 году в феврале Захарченко вместе с Саратовцевой летал в Нью-Йорк, они вместе пересекали границу... — несколько обиженным тоном рассказывал ставшие известными ему детали представитель Генпрокуратуры.

Публика засмеялась.

Заговорили о соответчице Петрушиной, также бывшей гражданской жене Захарченко до 2010 года. Представители ответчика требовали доказательств, что на момент регистрации имущества на Петрушину в 2011 Захарченко состоял с ней в отношениях. Прокурор отмечал, что Захарченко передал той деньги до расставания.

— Это подтверждается материалами дела, показаниями той же Петрушиной, — сказал прокурор. — Все соответчики до момента знакомства с Захарченко не обладали таким имуществом. И точно также после расставания с Захарченко они уже не могли обеспечивать себя, как раньше. Даже «Порше-кайен» не могли содержать...

Представители ответчика и соответчиков естественно просили иск Генпрокуратуры полностью отклонить, по-прежнему называя намерение ведомства отобрать собственность «антиконституционным», «беспрецедентным по жестокости шагом» и «правовым беспределом», поскольку суд над Захарченко еще продолжается и виновным его пока не признали. Адвокаты также подчеркивали, что прокуратура нарушает закон, требуя конфискации собственности у людей, связанных с Захарченко.

— Закон не содержит ограничения, каким количеством имущества можно обладать. Вы сами понимаете, — обратился адвокат матери Захарченко к прокурорам, — что бывает и больше имущества у людей!

Как ожидается, свое решение по иску Генпрокуратуры судья вынесет на следующем заседании.

P.S.

Под конец дня в суд пришла одна из соответчиц — бывшая дама сердца Захарченко Анастасия Пестрикова.

Следствие изъяло у нее 16 миллионов долларов, полагая, что они принадлежат полковнику. 

— У меня не было никаких отношений с Захарченко! — заявила суду Пестрикова.

— А ваш общий ребенок? — удивился прокурор.

— Это проблема одной ночи! — ответила женщина.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera