Сюжеты

Линия Ж

Сколько явной радости в тайных слезах

Фото автора

Этот материал вышел в № 5 от 19 января 2018
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Представляем историю из собрания Русфонда, старейшего благотворительного фонда в России, который около 20 лет помогает тяжелобольным детям. Это обычный семейный портрет и простой рассказ о том, как люди преодолевают самое сложное, что может быть в жизни, — недуг собственных детей.

Если все было, а теперь его не стало — беда ли это? И так ли хорошо, когда не было ничего, а вдруг появилось? Допустим, у Юшковых водились когда-то деньги, и вот больше их нету. Занимались бизнесом — пришлось бросить. Была машина — сожгли конкуренты. Жили нормально, а теперь ютятся в лачуге на окраине Новосибирска, в садовом товариществе, где главная улица называется линия Ж. Плохо Юшковым от того, что у них так много убавилось? Если рассуждать логически, то конечно. Но вот у дочери их Лизы ничего не было, и вдруг, на тебе, новости — на голени появилась какая-то шишка. Думали вначале — это из-за того, что девочка подвернула ногу на физкультуре. Но потом выяснилось, что это опухоль, саркома Юинга. Потребовалась не просто химиотерапия, а нужно было удалить кость и на ее место установить имплант. Не было у Юшковых на это денег, а они вдруг появились — нашлись через Русфонд, им помогли люди. Стало от этого лучше? Если опять подумать, то ничего подобного. Навалились на людей проблемы, одна страшней другой, сами уже не справляются. Выходит, как ни рассуждай, а худо и от того, чего не стало, и от того, что появилось. Получается, одно спасение у людей — искать свое счастье не в прошлом и надеждах на будущее, а только в том, что есть прямо сейчас, на линии Ж. Дочь пока что хромает, но здорова и, кажется, влюблена. Муж ковыряется в гараже, строит магазин — думает, весной приедут дачники, может, и наладятся дела, заведутся деньжата, станет маленько потеплей. Жизнь всегда продолжается, всегда идет своим чередом. О ней мы и разговариваем с матерью семейства Ниной Юшковой:

«Я родилась в селе в Читинской области, это Забайкалье. В семье было двенадцать человек детей: два мальчика, остальные — девочки. Жили мы бедненько. Но хорошо, дом был большой, четыре комнаты. Размещались как-то. Кто-то замуж выходил, уезжал. А братья оставались с родителями. Я была предпоследняя из всех, так что мне приходилось все делать. Младшая-то у нас ничего не делала, она была самая любимая, самая изнеженная. Время пришло, я уехала. К сестре в Алтайский край. Там вышла замуж, но первый муж у меня умер, на машине разбился. Познакомились тогда мы с Геннадием. Как-то по-простому, в кафе. Познакомились, родилась Лиза. А потом он уехал на заработки сюда, в Новосибирск, и нас с собой забрал, так мы здесь и живем.

Работали тут риелторами. Снимали сначала частные дома, потом немного разжились, двухкомнатную квартиру сняли, потом переехали в другую, получше. Подзаработали — купили машину. Но ее сожгли конкуренты. Объявления же клеишь все время свои, а чужие сдираешь, что же делать. Вот и получается конкуренция. Решили перебраться сюда, на правый берег. Был у нас материнский капитал — родилась же вторая дочь, Ангелина. Ну и деньги кое-какие еще были отложены. Купили здесь недостроенный дом, второй этаж уже сами достраивали. Думали еще сделать ремонт, да не успели, начались все эти проблемы с Лизой, стало не до работы и не до ремонта. Я по больницам с ней все время. Муж пошел по стройкам зарабатывать, но там много не наживешь. Пробовали открыть тут магазин, но все у нас ушло на то, чтобы аренду заплатить. Так что мы съехали оттуда. Сейчас вот в гараже муж пытается что-то построить — может, к весне будет у нас свой магазин, а там посмотрим. Пока перебиваемся, справляемся с черной полосой.

С Лизой как вышло. Было ей четырнадцать лет, и вот летом, где-то в июне, случился у нее единичный приступ эпилепсии. Она на улице стояла, и вдруг ее всю закорежило, она упала, забилась вся. Увезли ее, проверили всю, нашли только шишечку на левой ноге, такой бугорок. Она ногу до этого подвернула на физкультуре. Я еще сказала тогда: вы нам просветите ее, эту шишечку. А врач говорит: это не наши проблемы. Так мне ответила. Выпишем, говорит, и идите к хирургу. Мы и пошли. В конце августа это уже было. Сделали там снимок, и сразу подозрение на саркому. А потом уже все анализы подтвердились. Саркома второй стадии.

Я не знала, что такое саркома. Искала. И в Москву обращалась, и в Германию — везде. А потом как-то приехала к соседу за одним документом, он мне говорит: тут в Новосибирске есть хирург, который делал уже операцию с саркомой, только на руке. Я побежала туда, записалась к этому хирургу. Он нас посмотрел и дал свое согласие. Нужно было удалить поврежденную кость и на это место поставить специальный протез — имплант из Германии. И вот с этим протезом нам, спасибо, помогли добрые люди через Русфонд, денег у нас на него не было.

До операции мы сделали восемь курсов химиотерапии и после операции еще восемь. Сейчас вот уже почти год прошел, мы анализы снова сдали все, поедем скоро смотреть, что и как. Будут врачи решать — либо нам поддержку назначать, новую химию, это если с ножкой все хорошо. Либо, может, лучевую терапию. Нам вот говорили, что после операции хромать Лиза будет месяца четыре, не более, а она у меня до сих пор почему-то хромает. Тяжело ей. Где-то около часа приходится нам с ней до школы ковылять пешком. А так-то туда идти отсюда минут пятнадцать-двадцать.

Но мы не унываем. Что унывать-то? Лиза — она вообще молодец. Я, когда обо всем этом узнала, бывает, выбегу из больницы, где мы с ней лежали, и на улице поплачу. А она ничего. Сильная девочка. Тоже, наверное, как я. Бывает, зайду к ней в комнату, она слезы — раз — быстренько так вытрет, и все у нее хорошо. Вот так — втихушечку, никогда меня не расстраивает. Так и живем. Немножко тяжеловато, конечно, но это просто время такое пришло. Оно, конечно, страшно иногда. Но и от страшного есть толк. Я, например, пока Лиза на химии лежала, на двадцать килограмм похудела на нервной почве. А муж на пятнадцать. Это же хорошо. Лучше, чем толстыми ходить. Будем худыми и красивыми. Так вот. Жизнь — она и есть жизнь. Какая есть, той и радуемся».

Для тех, кто впервые знакомится с деятельностью Русфонда

Благотворительный фонд Русфонд (Российский фонд помощи) создан осенью 1996 года для помощи авторам отчаянных писем в «Коммерсантъ». Решив помочь, вы сами выбираете на rusfond.ru способ пожертвования. За эти годы частные лица и компании пожертвовали в Русфонд 10,972 млрд руб. В 2018 году (на 17.01.2018) собрано 38 333 073 руб. С начала проекта Русфонда в «Новой газете» (с 25.02.2016) читатели «Новой газеты» помогли (на 17.01.2018) 82 детям на 449 603 руб.

ПОМОГАЕМ ПОМОГАТЬ

Вика Козлова, 17 лет, врожденная мышечная дистрофия, требуется операция

Цена помощи 418 940 руб.

У Вики с рождения серьезные неврологические проблемы. Сначала врачи нам говорили, что это последствия родовой травмы: роды были тяжелые, ребенка выдавливали и повредили шейный отдел позвоночника. Затем выяснилось, что у Вики наследственное заболевание, вызванное мутацией генов, — врожденная мышечная дистрофия. Вика не может самостоятельно стоять и ходить, сидит только с опорой, у нее искривлен позвоночник, деформирована грудная клетка. Год назад Вику консультировал ортопед-травматолог из московской клиники. Он рекомендовал укрепить позвоночник металлоконструкцией. Летом дочку прооперировали в московском Научно-практическом центре (НПЦ) им. В.Ф. Войно-Ясенецкого. Позвоночник выпрямили, Вике стало удобнее сидеть и легче дышать. Лечение помог оплатить благотворитель. Но нужна еще одна операция — по устранению контрактур суставов. После нее Вика сможет стоять с помощью вертикализатора. Это лечение для нас тоже платное, а у нас с мужем нет денег, чтобы заплатить за лечение. Помогите, пожалуйста!

Ирина МИХЕЕВА, мама Вики, Таврический район, Омская область

ПОМОЧЬ ВИКЕ КОЗЛОВОЙ

Реквизиты для помощи

Благотворительный фонд Русфонд
ИНН 7743089883
КПП 774301001
Р/с 40703810700001449489 в АО «Райффайзенбанк», г. Москва
К/с 30101810200000000700
БИК 044525700

Назначение платежа: организация лечения, фамилия и имя ребенка (НДС не облагается). Возможны переводы с кредитных карт, электронной наличностью. Вы можете также помочь детям, пожертвовав через приложение для iPhone: rusfond.ru/app, или сделав SMS-пожертвование, отправив слово ФОНД (FOND) на номер 5542. Стоимость сообщения 75 рублей. Абонентам МТС и Теле2 нужно подтверждать отправку SMS.

Адрес фонда: 125315, г. Москва, а/я 110; rusfond.ru
e-mail: rusfond@rusfond.ru
Телефон 8 800 250-75-25 (звонок по России бесплатный, благотворительная линия от МТС), факс 8 495 926-35-63 с 10.00 до 20.00

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Благодаря вашей помощи, мы и дальше сможем рассказывать правду о важнейших событиях в стране. Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас. Примите участие в судьбе «Новой газеты».

Становитесь соучастниками!
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera