Колумнисты

Постпост

Я б написал, что он хороший, а оказалось — он живой!

Этот материал вышел в № 58 от 4 июня 2018
ЧитатьЧитать номер
Общество

Дмитрий Быковобозреватель

6
 
Петр Саруханов / «Новая газета». Перейти на сайт художника

Распространился слух, что умер Драгунский. Мертвый он стал мгновенно и так горестно, так мраморно прекрасен, так глубоко значителен, человечески привлекателен, так слезно нужен, что теперь его живое, вульгарное, источающее шумную, неопрятную жизнь существо просто непереносимо. Живой Драгунский в подметки не годится Драгунскому — покойнику.

Юрий Нагибин, дневник

В отличье от друзей отдельных, в моих изданиях родных, я публикуюсь в понедельник, пишу во время выходных — и не веду при этом блога (стихи и проза — вот мой блог). И потому я некролога писать о Бабченко не мог. Вообще как только кто-то помер, улегся в смертную кровать, писать об этом срочно в номер — не лучший способ горевать. Случилось дивное спасенье, похерив скорбные труды, и мы дождались воскресенья прекрасным вечером среды. Какая чудная судьба, блин! Холодным вечером, в гостях, я промолчал — и был избавлен от полоскания в Сетях. И как бы мне с такою ношей таскаться летнею Москвой? Я б написал, что он хороший, а оказалось — он живой!

В душе, конечно, мы пираньи. Уже свирепствует в Сети такое разочарованье, что просто Господи прости, и объясняют — вот расплата — иные грешные уста спецоперацией Пилата факт воскресения Христа. Не знаю, кто еще не цыкнул на порошенковскую власть, не обозвал базарным цирком, не посоветовал упасть, и Кох одернул их сурово, и европейская печать… но как-то мне охота снова на эту тему промолчать. Уже и масса, и элита в сознанье этом заодно: сегодня пишешь — дно пробито, а завтра выйдет, что не дно. Сегодня зрители едины (и с ними я уже един), что оправданья Украины звучат смешней, чем мистер Бин; визжит когорта негодяев, освоив неприличный жест, про тридцать восемь попугаев и сорок семь сакральных жертв… О травля, о собачьи свадьбы! И не поймет иной простак, что дней бы пару промолчать бы — и все окажется не так. Вот мы хихикаем, а хрен нам! Случится новый поворот — и вдруг окажется, что Герман агент кремлевских поваров, и аргументами придавят, и всех ославят по делам, и сеть шпионскую предъявят как раз под самый мундиаль…

От журналистского азарта свободен мой смиренный нрав: а вдруг окажется назавтра, что прокурор Луценко прав? Признаем главную потерю, урон критичному уму: нет ничего, во что не верю, причем не верю ничему. Любой из нас — агент разведок, заложник подковерных драк; сегодня так, а завтра эдак, а послезавтра снова так… Нет веры в мужество Сенцова и в незамаранность Немцова, не только веса нет у слова (при слове «слово» я зевнул), не только ничего святого, но на панели Вельзевул. Нет аргумента выше травли. Пришла эпоха общей травмы — эпоха черных лебедей, гибридных войн, гибридной правды, вождей, …, «Дождей», Дудей… Засада спереди и сзади; ни репутаций, ни защит, и если кто не хочет в … — пускай действительно молчит. Газет и так уже немного, и тем мерещится финал…

Но, кстати, жанра некролога пока никто не отменял. Вот так подставишься в печали, отделишь зерна от плевел — а оказалось, откачали, а может быть, и не болел. Я не хотел бы шуткой сальной кого-то смазать по лицу — ищу шаблон универсальный для приношенья мертвецу. Ведь я и сам когда-то сдохну, и что вам мучиться тогда, мешая киноварь и охру, слова презренья и стыда? Уже и Господу обрыдло-с: привыкли ничего не сметь, и правит бал одна гибридность — не окончательна и смерть. Ведь это даже неприлично — взахлеб наплакавшись сперва, дезавуировать публично все эти добрые слова. У нас пристрастие к могилам — увы, при жизни мы не мед: покойник был ужасно милым, но лишь тогда, когда был мертв. При жизни из-за всяких всячин все на него имели зуб; он слишком был неоднозначен. (Кто однозначен? Только труп). Неоднозначен и Аркадий в неровном авторском строю, его ругают много дядей, но жанр он создал, зуб даю. Его пример — другим наука: о каждой личности второй писать, что если жив, то сука, а если умер, то герой.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera