Сюжеты

Меру пресечения не избирают?

Во что превратились суды о продлении срока содержания под стражей. Разбираем на примере «дела Магомедовых»

Фото: Дмитрий Серебряков / ТАСС

Этот материал вышел в № 84 от 6 августа 2018
ЧитатьЧитать номер
Общество

Вера Челищеварепортер, глава отдела судебной информации

9
 

Судебные заседания по избранию и продлению меры пресечения считаются чем-то похожими на открытые тренировки у спортсменов или генеральную репетицию в театре: вроде как прелюдия к основному действию. Но процессуально это совершенно самостоятельный процесс, на котором тоже решается судьба человека, пусть и не на несколько лет, а на несколько месяцев. Такие суды стали восприниматься как рутина. Потому что стороны находятся в неравных условиях. Суд практически всегда удовлетворяет ходатайство следствия, независимо от качества и количества аргументов, а вот доводы защиты не слышит, даже если они сильные или вовсе — убийственные.

На громких процессах, впрочем, следствие старается чуть ответственнее подходить к соблюдению ритуала, и тогда возникает даже иллюзия состязательности сторон. Если бы, конечно, в эту композицию добавить независимый суд…

Процессы о продлении срока заключения под стражей редко собирают много журналистов и освещаются в информационном ключе: «Следователь привел стандартные доводы: может скрыться, оказать давление на свидетелей»; довод адвоката о плохом состоянии здоровья и отсутствии загранпаспорта суд не впечатлил. Потому мы решили, что читателям было бы полезно узнать в деталях — из чего состоит эта «рутина».

На прошлой неделе суд оставил за решеткой предпринимателей Магомеда и Зиявудина Магомедовых, а также бизнесмена Артура Максидова. Этот процесс мы и решили использовать в качестве примера. «Новая» — для сравнения — приводит выступления следователя Николая Будило и адвоката Александра Гофштейна.

Итак, 1 августа Тверской районный суд Москвы до 5 ноября оставил под арестом главу группы компаний «Сумма» миллиардера Зиявудина Магомедова, его брата Магомеда Магомедова, а также главу входящей в холдинг компании «Интэкс» Артура Максидова. Их обвиняют в хищениях, создании и участии в «преступном сообществе» (сокращенно — ОПС).

На заседании следователь Николай Будило1, настаивавший на продлении стражи еще на полгода, рассказал о новых участниках этого ОПС. По версии Следственного комитета, в преступное сообщество также входил бывший финансист холдинга Александр Кабанов. Выяснилось, что его арестовали еще в феврале по обвинению в мошенничестве, но недавно обвинили еще и в участии в ОПС братьев Магомедовых.

Аналогичные обвинения («мошенничество» и участие в ОПС) СК вменил и сбежавшим в ОАЭ двум другим фигурантам: бывшему гендиректору компании «Глобалэлектросервис» Эльдару Нагаплову и экс-главе ее дочерней фирмы, ООО «УПТК», Вячеславу Кочетову. Следователь Будило упирал на то, что значительное число юридических лиц в группе «Сумма» Зиявудина Магомедова «оформлялось на водителей и охранников».

Братья Магомедовы и предприниматель Максидов, которые отказываются признавать свою вину, просили перевести их под домашний арест, либо отпустить под залог. Зиявудин Магомедов подверг критике претензии следствия, отметив, что все они носят экономический характер и их можно решить, для чего необязательно держать людей в СИЗО и придумывать «сакральные обвинения» про ОПС.

Защита же отмечала, что братьев трудно назвать «сообщниками», поскольку они из-за разногласий в бизнесе не общались (даже по телефону) 6 лет, и Магомед Магомедов к тому же никогда не был совладельцем группы «Сумма»: «Как они могли быть сообщниками? Посредством телепатической связи?»

Однако судья Ольга Затомская, как и остальные ее коллеги по Тверскому суду ранее, ожидаемо продлила Магомедовым и Максидову арест.

1Н.Н. Будило входит в «список Магнитского» (также известный как «Список сенатора Кардина») — перечень лиц, согласно позиции его составителей, ответственных за содержание под стражей, жестокое обращение и смерть в СИЗО аудитора Сергея Магнитского, а также другие грубые нарушения прав человека в Российской Федерации, и серию крупных хищений денежных средств из российского бюджета под видом возврата налогов, раскрытых группой юристов и аудиторов, включая Магнитского. Про Будило, который на момент публикации списка в 2010 году являлся старшим следователем по ОВД СЧ при ГУ МВД РФ по ЦФО, в документе говорится: «Осуществлял фальсификацию доказательств и незаконное преследование юристов и сотрудников инвестфонда Hermitage Capital, которые заявили о мошенничестве против государства, осуществленным рядом сотрудников МВД РФ».

Справка «Новой»

Следствие квалифицирует действия братьев Зиявудина и Магомеда Магомедовых как организацию преступного сообщества, мошенничество и растрату в особо крупном размере (ч. 1 ст. 210, ч. 4 ст. 159 и ч. 4 ст. 160 УК). Кроме того, Магомеду Магомедову инкриминируется незаконный оборот оружия (ч. 2 ст. 222 УК). Предприниматель Артур Максидов обвиняется в участии в преступном сообществе и в хищении путем мошенничества (ч. 3 ст. 210 и ч. 4 ст. 159 УК). Все трое под арестом с 31 марта 2018 года. Арест наложен на счета и доли в уставных капиталах десятков компаний, подконтрольных, как считает следствие, братьям Магомедовым.

Всего в деле семь эпизодов хищений. Они связаны со строительством стадиона «Арена Балтика» и аэропорта «Храброво» в Калининграде, намыве участка 16 га у Крестовского острова в Санкт-Петербурге. Братьям Магомедовым вменяется хищение 2,5 млрд рублей, Максидову — более 668 млн руб.

Следователь Николай Будило: «Установлено значительное количество имущества, принадлежащего данным лицам»

– Ваша честь, по уголовному делу назначен ряд экспертиз: финансово-экономическая, согласовываются две строительные экспертизы. В связи с тем, что бизнес группы «Сумма» строился на офшорных компаниях, нами направлен ряд запросов о правовой помощи в разные страны: Кипр, Багамы, Британские Виргинские острова. Срок исполнения данных запросов — от нескольких месяцев. В части найденного (у М. Магомедова.В. Ч.) незарегистрированного оружия — запросы о правовой помощи направлены в Южную Осетию и Абхазию.

Судья Ольга Затомская: Фактические следственные действия проводятся по уголовному делу?

Следователь Николай Будило: Да, Ваша честь! В установленном порядке следственные действия проводятся в соответствии с планом расследования. Прокуратурой волокита не установлена. Практически в отношении всех обвиняемых, в том числе в отношении обвиняемых, которые находятся в розыске, следствием переквалифицированы действия на более тяжкую статью — 210-ю УК РФ («Организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней)».  В. Ч.). И добавлены новые эпизоды преступной деятельности.

В этой связи направлены запросы о правовой помощи в иностранные государства, связанные со скорейшим задержанием лиц, объявленных в розыск, для последующей экстрадиции, так как они скрываются от предварительного следствия за границей.

Помимо этого допрошены дополнительно обвиняемые Кабанов, Эристова. Кабанову тоже переквалифицировано обвинение по 210-й статье. Это один из бывших финансистов группы компании «Сумма». В настоящее время находится под стражей. С ним проводятся следственные действия. Назначен ряд почерковедческих экспертиз.

Дополнительно подготовлен запрос о правовой помощи в Республику Кипр. Проведен ряд обысков по месту офисов Магомедова Магомеда Гаджиевича, где обнаружен ряд документов, подтверждающих, что в его собственности имеется ряд офшорных компаний, которые управляются и откуда, в том числе, переводятся денежные средства за границу, где у него находятся дети, — во Францию. Есть ряд документов, подтверждающих нахождение имущества за границей.

Кроме того, Ваша честь, следственная группа направлялась в служебную командировку в Кабардино-Балкарию, где проведено свыше 40 обысков. Отрабатывались эпизоды, связанные с Нагапловым (экс-гендиректором «Глобалэлектросервис» Эльдаром Нагапловым. В. Ч.) и лицами, которые фактически привлекались Магомедовыми в качестве руководителей ряда компаний. Таких как: «Интек», «Глобалэлектросервис», «Стройэкспертиза», «Энергострой». Допрошены в ходе этих обысков свыше 40 свидетелей. И есть другие доказательства, подтверждающие причастность к совершенным преступлениям, в том числе разыскиваемого Нагаплова, Эристова (находится под стражей и с ним тоже проводились следственные действия), Кочетова (экс-глава ООО «УПТК», Вячеслав Кочетов. В. Ч.) и других лиц. В частности, установленные обстоятельства подтверждают, что такая организация, как ООО «УПТК» находилась под полным контролем гражданина Нагаплова, а ее руководителем был водитель Нагаплова.

В принципе, довольно распространенная в группе компаний «Сумма» практика, когда водители, работники, охранники являются руководителями значительного количества юридических лиц. Свидетель, который был допрошен, являлся водителем Нагаплова и в то же время являлся руководителем офшорной компании и руководителем ООО «УПТК» — общества, через которое поступало значительное количество материалов для строительства таких объектов, как искусственный остров в Санкт-Петербурге, аэропорт Храброво, стадион в Калининграде и других строек, в которых участвовал «Глобалэлектросервис».

Кроме того, Ваша честь, за период, прошедший с последнего продления, было установлено значительное количество имущества, принадлежащего данным лицам, находящегося за границей, в связи с чем в настоящее время проводится ряд мер по аресту этого имущества.

Судья Ольга Затомская: Ваши доводы по ходатайству о продлении?

СледовательНиколай Будило:

— Уважаемый суд! Ходатайство о продлении срока содержания под стражей обвиняемых поддерживаю и прошу его удовлетворить — на три месяца, всего до семи месяцев, то есть до 5 ноября 2018 года в отношении каждого обвиняемого. Полагаю, что оснований для изменения действующей меры пресечения на иную, не связанную с содержанием под стражей, не имеется. Обвиняемые расследованию вменяемых преступлений не способствуют, мер для заглаживания преступления не принимают. Их действия являются не предпринимательской деятельностью, так как направлены не на извлечение прибыли, а на преступную деятельность.

Адвокат Александр Гофштейн: «Ваша честь, а Вы меня лишите слова! Скажите, что Вам надоело!»

РИА Новости

– Ваша честь! Ходатайство следователя обладает как минимум двумя пороками. Во-первых, оно абсолютно голословно. А во-вторых, оно вуалирует недостаточную волокиту, явно допускаемую нарочно.

Можно сколько угодно говорить о риске побега. Но когда срок заключения под стражу превышает полгода, следователь обязан представить доказательства реальности таких опасений. Таких доказательств Вам не представлено.

Дело даже не в том, что мнение вышестоящих судов (Верховного суда. В. Ч.) относительно непригодности оперативных справок (ФСБ и следствия о том, что обвиняемые могут скрыться. В. Ч.) уже набили оскомину. А дело в том, что, судя по материалам, которые представлены суду сегодня, авторы ходатайства сами стесняются своего авторства, поскольку осознают явную недостоверность сообщаемых сведений.

Посмотрите, Ваша честь: в Ваше распоряжение предоставлена оперативная справка от ФСБ. Там нет даты и нет подписи. В конце справки написано: «Управление «К» ФСБ Российской Федерации», вместо автора, вместо должностного лица, которое должно нести ответственность за сообщаемые сведения. Вы, Ваша честь, когда будете выносить постановление, не подпишете же его: «Тверской районный суд города Москвы»?! Вы поставите свою фамилию, поскольку будете готовы, вероятно, нести ответственность за каждое слово в документе. А чем отличаются требования к документу, предъявляемому Федеральной службой безопасности? Да ничем! Тем не менее почему-то для подтверждения, ни больше, ни меньше, «риска побега» представляют такую, извините, анонимку, которую по Конституции и рассматривать нельзя.

Точно так же, Ваша честь, можно сколько угодно говорить о существующем риске «давления на свидетелей». Но в уголовном процессе существует индикатор, показывающий действительность таких опасений. Этот индикатор указан в статье 11-й ч. 3 УПК РФ. Если следователь действительно опасается того, что на свидетелей будут давить, он должен поставить суд в известность о том, к скольким свидетелям и в связи с какими фактами применены меры безопасности. Поскольку речь идет о продлении срока содержания под стражей на срок свыше полугода, такие требования являются обязательными. Но в ходатайстве следователя ничего по этому поводу нет.

И вот, когда ничего не остается, Ваша честь, тогда в ход идут следующие аргументы. Я прошу Вас, Ваша честь, вдумайтесь в то, что написано в ходатайстве. Что Зиявудин Магомедов должен остаться в тюрьме потому, что не способствует расследованию. Хотя именно автор ходатайства ранее разъяснял Зиявудину Магомедову — ты можешь давать показания, ты можешь не давать показания, это твое право. Ты можешь нам способствовать, а можешь не способствовать, это тоже твое право. Все это вытекает из закона. Разъясненным правом Магомедов воспользовался. То есть действовал правомерно. В такой ситуации возникает вопрос: каким образом его правомерные действия способны продлить его нахождение под стражей?

При таких обстоятельствах попытка обосновать дальнейшее содержание Магомедова под стражей его правомерными действиями не свидетельствуют ни о чем, кроме дефицита у следствия действительных правовых аргументов.

Точно так же, Ваша честь, не выдерживает никакой критики содержащееся в ходатайстве указание на то, что Зиявудин Магомедов подлежит оставлению под стражей в связи с тем, что располагает каким-то незарегистрированным оружием. Что значит «располагает незарегистрированным оружием?» Ему предъявлено обвинение по ст. 222 УК («Незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, его основных частей, боеприпасов». Это обвинение предъявлено Магомеду Магомедову, а не его брату.  В. Ч.)? В отношении Зиявудина Магомедова возбуждено дело в связи с хранением или использованием незарегистрированного оружия? Нет!

То же можно сказать и про «самолет». Следователь проявляет крайнюю непоследовательность. С одной стороны, он, не мы (!), представляет в Ваше распоряжение справку о том, что никаких летательных транспортных средств за Зиявудином Магомедовым не зарегистрировано. С другой стороны — пишет в ходатайстве, что самолет, использования которого он так боится, находится за пределами Российской Федерации.

Куда ни плюнь, что называется, какую часть аргументации следователя ни используй (то ли то, что самолет за рубежом, то ли то, что его вообще юридически к Магомедову нельзя приписать) — ни один из аргументов не может рассматриваться как достоверный и разумный для обоснования продления срока содержания под стражей.

Теперь о волоките, допускаемой по делу. Я буду опираться на документы из дела. Что очень важно — подписаны они не только следователем, но и другим, значительно более высокопоставленным должностным лицом. Имею в виду заместителя руководителя следственного департамента МВД РФ генерала полиции Краковского. В материалах дела имеется постановление следователя о продлении срока предварительного следствия. Дата: 13 июня 2018 года. Полтора месяца назад. В этом постановлении следователь не только указывает срок, на который он просит продлить предварительное следствие, он пишет, для чего ему нужно это:

  • необходимо уголовное дело соединить с другим;
  • предъявить обвинение Эристову и допросить его;
  • дополнительно допросить Кабанова, Магомедовых и Максидова;
  • подвергнуть приводу и допросить 70 свидетелей;
  • провести значительное количество обысков;
  • завершить осмотр изъятых предметов, документов;
  • получить ответы из компетентных органов Нидерландов, Эмиратов, Греции, Кипра, Британских Виргинских островов, Багамских островов;
  • получить и направить поручения.

Вот план работы, который нужно было начать выполнять 13 июня 2018 года. Прошло полтора месяца, и следователь, тот же следователь, пришел к Вам с ходатайством о продлении срока содержания под стражей. Для чего? Он просит о продлении, потому что тому же Эристову нужно предъявить обвинение. Полтора месяца назад нужно было предъявить обвинение, и сейчас нужно предъявить обвинение.

Требуется в отношении того же Эристова выделить уголовное дело. Полтора месяца назад это процессуальное действие было не сделано, и сейчас оно тоже не выполнено.

Дальше. Дополнительно допросить Магомедовых и Максидова. Полтора месяца назад эта невыполнимая задача стояла перед следствием, и сейчас она тоже не решена. И под это все трое должны до ноября содержаться в тюрьме!

В июне 2018 года следователь просил продлить срок предварительного следствия для допроса 70 свидетелей. Сейчас, спустя полтора месяца, в ходатайстве снова читаем — «для необходимости допроса 70 свидетелей»… Та же цифра. Парадокс?

Судья: А нельзя было более компактно все это сказать, что оснований для продления меры пресечения нет?

Адвокат Гофштейн: Ваша честь, а Вы меня прервите, лишите слова! Скажите, что Вам надоело! Если Вы считаете, что я говорю не по делу, то Вы сделайте мне замечание, занесите его в протокол. Я могу продолжать?

Судья:  Да, пожалуйста!

Адвокат Гофштейн: Спасибо! Я слышал о том, что говорил Николай Николаевич Будило Вам о допрошенных. И я даже не знаю, как к этому относиться, но я знаю, что генералы не врут. И если генерал полиции в июне пишет, что 70 нужно допросить, и в конце июля пишет, что тоже нужно допросить тех же 70, то значит, что за полтора месяца не сделали ничего. <...>

Как Вы знаете, согласно постановлению пленума Верховного суда № 41 «О практике применения законодательства, регулирующего правила применения меры пресечения» все вопросы, связанные с избранием и продлением меры пресечения, должны решаться с позиции презумпции невиновности. Мне же, Ваша честь, из анализа этих документов, подписанных двумя ответственными должностными лицами в звании полковника и генерала, совершенно ясно: объем заявленной процессуальной работы по сравнению с серединой июня 2018 года остался прежним. И никакой другой причины, кроме неэффективности действий следствия, в данном случае существовать не может. Если это так, то возникшая коллизия между действительностью и законом должна быть разрешена в соответствии с постановлением пленума Верховного суда, о котором я только что говорил и которое допускает при таких обстоятельствах оставление ходатайства следователя без удовлетворения. В этом и заключается просьба защиты.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Благодаря вашей помощи, мы и дальше сможем рассказывать правду о важнейших событиях в стране. Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас. Примите участие в судьбе «Новой газеты».

Становитесь соучастниками!

Топ 6

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera