Колумнисты

Из жизни охранителей

Воскресенье Петра Толстого на фоне боярышника

Кадр Первого канала

Этот материал вышел в № 112 от 10 октября 2018
ЧитатьЧитать номер
Общество

Слава ТарощинаОбозреватель «Новой»

35
 

Первый канал представил новый проект Петра Толстого «Толстой. Воскресенье». Уже само название развеяло остатки сомнений: нет в природе такого оттенка пошлости, мимо которого прошло бы российское ТВ.

Воскресенье Петра Олеговича случилось 7 октября — в день рождения Путина. Жест вполне осмысленный: рейтинг президента падает, о чем свидетельствуют даже прикормленные социологи. На предотвращение падения брошены лучшие люди ТВ, выжившие в результате естественного кремлевского отбора. Канал «Россия 1» привычно прикрылся Соловьевым с его осенней премьерой «Москва. Кремль. Путин»; Первый — вновь мобилизованным и призванным вице-спикером Госдумы Толстым. Носители славных фамилий демонстрируют разный жанровый подход к делу. Соловьева рабочий график президента возбуждает до поэмы экстаза. Толстой слагает поэму ненависти ко всему окружающему миру.

Так было не всегда. Петр Олегович начинал в 90-х, был относительно мягок, склонялся к либерализму. Означенную склонность решительно отменил с приходом нового века и нового начальства. Резво ринулся в гору, пока не оставил ТВ и не дошел до высокого поста зампреда Госдумы. Тогда-то в нем и забулькало неприятие всего чужеродного. Спектр гнева безбрежен: от потомков тех, кто «выскочил из черты оседлости с наганом в 17-м году», до тех, кто жаждет импортных лекарств, игнорируя чудодейственный отечественный боярышник.

В свое первое воскресенье Толстого особенно расстроила Украина. Впрочем, он настаивает: нет такого государства, его наспех слепили советские вожди. И Голодомора не было, это миф. И с украинским языком проблемы, полагает праправнук великого писателя: у него даже литературной нормы нет, есть только искусственный суржик. Мысль гостя программы, корифея всех наук Жириновского, о том, что Украина — это недогосударство, согрела опаленную душу Толстого. Ведь прозвучала его любимая словесная конструкция. Он еще на праймериз классифицировал Россию как отдельную цивилизацию, а «не недоразвитый придаток Запада».

И так почти два часа. На арене все те же, от Кургиняна до Шахназарова, говорят все о том же: Украина, танцующая Тереза Мэй, развал дела Скрипалей, беспочвенные атаки Запада и для финала — впавший в патриотизм банкир Костин с дедолларизацией. Анонсы обещали невиданный симбиоз информационно-аналитической программы и общественно-политического шоу. Как всегда, обманули. Форма есть, содержания нет. Обогащенный думским опытом Толстой утратил способность к диалогу со своими даже тщательно отобранными оппонентами. Вот он решительно глаголет о закрытии русских школ на Украине. Журналистка Соколовская робко пытается возражать, мол, это неправда, мои дети учатся в русской школе, но Толстой не слышит аргументов, противоречащих его стройной теории.

Петр Олегович в некоторой степени человек уникальный. Он — заслуженный ветеран двух информационных войн. Первая была междоусобной. Экран полыхал кислотными красками. Даже невозмутимый в ту пору Толстой отметился передачей «Скандалы недели». Ельцинская эпоха ковалась в атмосфере идеологического вакуума. И эта пустота оказалась плодотворной для развития телеаналитики. Разнообразные итоговые передачи грешили публицистичностью, нарциссизмом ведущих, этической ущербностью «программ влияния». Но в лучших из них была энергия мысли, столкновение позиций, индивидуальность стиля.

С зачисткой вертикали междоусобные войны прекратились, на ТВ воцарилось единомыслие. Публичная политика переместилась в тишь комфортных кабинетов, где рождались элитные образцы пропаганды. Казалось, так будет всегда, однако грянул Майдан, а вслед за ним — информационная война с внешним миром. Тут уж наш герой развернулся на передовой во всю свою мощь.

Когда-то Эрнст справедливо утверждал: на ТВ аналитика невозможна, это всего лишь игра. Какую игру он затеял с воскресением Толстого? Первый канал, прежде тяготеющий к аполитичности, теперь догнал своего заклятого друга — канал «Россия 1». Шейнин с Кузичевым просто живут в кадре. Недавно стартовала ежевечерняя политическая программа «Большая игра» с Никоновым и Саймсом. Хранители «Времени» тоже не дремлют: спокойную Андрееву снова сменил пассионарный Клейменов. Зачем понадобился еще и Толстой с его жвачкой мысли и сюжетами, обглоданными в течение недели вышеупомянутыми коллегами? Отличие только одно — в градусе ненависти. На фоне раздувающегося от гнева Толстого даже Шейнин выглядит едва ли не умиротворенным.

Говорят, у нас нет идеологии. А как называется то, чем денно и нощно живет политическое вещание? Тут любая программа построена по одному принципу: уничтожение тех (пока, к счастью, только вербальное), кто не согласен с ведущим. И ведь ясно, что эта призрачная охранительная мера не дает результатов. Почему же тогда множатся ряды искателей ненависти в телевизоре? Ответа нет. Выход пока один: все искатели, начиная с Толстого, должны перед эфиром пить боярышник и закусывать корой дуба. Просветление гарантировано.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.

Топ 6

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera