Колумнисты

Психосоматика оптимизации

Почему любые реформы в медицине вызывают протесты граждан

Этот материал вышел в № 22 от 27 февраля 2019
ЧитатьЧитать номер
Общество

Наталья Черноваобозреватель

6
 

Конфликт вокруг закрытия московского роддома № 10 в Зюзино разгорается. Можно сказать, уже горит синим пламенем, и в этом агрегатном состоянии вряд ли имеет шанс затухнуть. Для тех, кто не в теме. В ноябре прошлого года работа роддома была внезапно приостановлена контролирующими органами. Официальная версия — неисправная вентиляция. Предполагалось, что за три месяца вентиляцию исправят и все вернется на круги своя. Но ремонт так и не начался, втихую из роддома начали вывозить оборудование, сотрудникам сообщили, что роддом сливается (то есть оптимизируется) с соседствующим Центром планирования семьи, и что гарантия трудоустройства на новом месте будет светить не всем.

Схема рабочая, используемая повсеместно в России. Но (сейчас я выскажу крамольную мысль) далеко не всегда закрытие объекта медпомощи потенциально равно ущербу в оказании этой самой помощи. Во всяком случае, в изначальном «стерильном» посыле.

Некоторое время назад у меня был разговор на эту тему с одним из ведущих специалистов в московском здравоохранении. Кроме того, что он более тридцати лет имеет дело с онкобольными, он еще и редкий для отрасли специалист с экономическим образованием. То есть умеет считать не только койко-места, но и их реальную эффективность.

По его мнению, закрытие районных онкоотделений (как впрочем, и иных узкопрофильных отделений) в Подмосковье, как это ни парадоксально прозвучит для пациентов, помощь может сделать эффективнее и дешевле. А при отработанной системе записи и приема еще и доступнее — то есть без очередей. Его аргументы такие:

«Онкоотделение в районе рядом с домом только выглядит доступнее. А на самом деле, что мы имеем? Имеем место, в котором работает онкохирург, который оперирует 15 раз в год, потому что больше больных на его участке просто нет. Пресловутые койки работают с загруженностью 30%, аппаратура, если даже купить туда новейшую, использоваться толком не будет по той же самой причине. Нам ведь нужно, чтобы не просто томограф мощный место занимал, а чтобы врач умел «читать» данные обследований. А для того, чтобы это качественно делать, нужно, чтобы этих обследований через него в день проходило не меньше десяти. И хирург должен оперировать не два раза в месяц, а двадцать. Только тогда он может считаться профессионалом. Логичнее для бюджета выстроить такую систему, при которой один высокотехнологичный центр, работая на потоке, будет оказывать реально качественную помощь. Но для этого нужно создать идеальную систему логистики. Чтобы человек, потратив время на дорогу туда, за один день мог получить максимум обследований и, желательно, без очередей… А вот это как раз самое проблематичное сегодня. Поэтому людям и страшно лишаться ближайшей к дому больницы…».

Получается, что с точки зрения более эффективного расходования средств и пользы для пациента такая модель, действительно, оптимальна. И пресловутая оптимизация — не ругательная фигура речи, а необходимый процесс. Но это если считать только деньги.

Безболезненному закрытию Зюзинского роддома, как и множеству других отечественных роддомов, сельских больниц, ФАПов, мешает социальная «психосоматика» пациента.

Она неизлечима и незыблема, потому что государство сделало все, чтобы ее закрепить. Для нашего человека оптимизация — это разрушение, а не созидание. Это про то, чтобы лишить хоть и плохонького, пьющего и криворукого, но своего хирурга, который — чем черт ни шутит, в минуты профессионального просветления вырежет аппендикс без риска для жизни больного.

Это про то, что если уж случатся стремительные роды, скорая непременно застрянет в бездорожье и не довезет в новый стерильный и прекрасный большой центр, где есть все, чтобы старт материнства не стал опытом выживания. А рожать доведется в раздолбанной машине под крики матерящегося от досады смертельно уставшего доктора.

Это про то, что в поездке с намытой шеей в этот самый высокотехнологичный центр обязательно что-то пойдет не так, и, пролистав историю болезни на первом приеме, врач скажет: «А что ж вы печать вашей поликлиники на направлении не поставили, да и ваш анализ крови уже второй день как просрочен?» И после этого уже в этот центр ни ногой, и пусть пропадет пропадом это подозрение вашего участкового на онкологию.

Оптимизация здравоохранения в России должна была начинаться со строительства дорог, уничтожения медицинской бюрократии, переобучения или создания банка вакансий для ставших «лишними» докторов, качественного медицинского образования. У нас же оптимизация началась со строительства крупных, иногда даже слишком крупных профильных медцентров, которые дали возможность не только качественно лечить, но и не менее эффективно «пилить» бюджеты.

И еще.

История противостояния защитников Зюзинского роддома со всей наглядностью демонстрирует, что власть не умеет и не хочет по-человечески разговаривать с людьми.

Слушать их доводы и опасения, идти на компромисс, не врать в глаза, не манипулировать и не унижать. Жители Зюзино стали отстаивать свой старый роддом, потому что они ни секунды не верят, что изменения приведут к лучшему. Ни для рожениц, ни для врачей, половина из которых уже, считай, лишилась работы, а призывы администрации переучиваться на «лифтеров» выглядят прямым оскорблением.

Зюзинский роддом — это, если хотите, собирательный образ уничтоженной социальной гарантии. Поэтому и градус борьбы зашкаливает. Подливают масла в огонь слухи, что освободившаяся земля будет выгодно продана под строительство торгового центра. И даже если через несколько лет выяснится (поправка на чудо), что качество помощи для жителей не ухудшилось, а вовсе наоборот, ощущение унижения и попранного права останется. Особенно если рядом откроется новый торговый центр.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera