×
Репортажи

За что нам эта пламенеющая готика

Репортаж из Парижа, где сгорел Нотр-Дам. И рухнул мир, на котором держится французская мечта

Фото: Reuters

Этот материал вышел в № 42 от 17 апреля 2019
ЧитатьЧитать номер
Общество

Юрий Сафроновобозреватель «Новой», журналист RFI, Париж

27
 

Собор Парижской Богоматери загорелся вечером в понедельник, 15 апреля. Над городом кружились вопли сирен. Плотный желтый клуб дыма, поднимаясь от шпиля и восточной части собора (ближайшей к острову Сен-Луи) медленно и нагло плыл на запад города, к Булонскому лесу. Рушился мир, на котором для многих держится мечта о Париже.

Монтаж: Глеб Лиманский / «Новая газета»; съемка: Юрий Сафронов / «Новая газета», также в сюжете использованы видео из соцсетей

Полиция перекрыла подходы к Нотр-Даму, но несколько тысяч человек столпившись на Левом берегу с разных сторон по периметру и, подняв смартфоны над головами, фиксировали событие для «святой троицы» наших дней — инстаграма, фейсбука и твиттера. В какой-то момент, с девяти до одиннадцати вечера примерно, интернет пропал на пару часов из-за перегрузки: все отправляли фото и видео.

Я тоже был там, бродил вокруг периметра безопасности, время от времени проникая с картой журналиста на запретную территорию, очерченную по воздуху красно-белыми полицейскими лентами.

Фото: EPA

Но все-таки нас, любопытных зевак, было меньшинство. Вокруг продолжалось обычное броуновское движение туристов, в основном, безучастных к этой драме. Туристы стояли в очередях за мороженым, французы, вперемежку с туристами, выпивали на террасах, сидя спиной к безмолвным экранам, где шла прямая трансляция информационного канала BFMTV. На набережной — пикники, там же трое или четверо парней лабали что-то веселое на гитарах, трубе и барабане.

Было около девяти вечера, пожару исполнилось уже два часа, и видеокамера, снимавшая с неба, показала, что

на месте крыши Нотр-Дама возник огромный алый крест, подчеркнувший структуру собора.

Съемка с дрона. Крыша собора Нотр-Дам обвалилась

На улице Сен-Жюльен-Ле-Повр, у одноименной церкви и магазина «Shakespeare & Co», верующие, стоя на коленях, хором тянули молитвы и песни, обращаясь к Деве Марии, чтоб она уж как-нибудь «простила нам грехи наши».

Были плачущие, которые не могли утешиться, ибо смартфоны принесли недобрую весть: госсекретарь при министре внутренних дел заявил, что Собор, может, и не удастся спасти. «Ближайший час станет решающим», — подчеркнул главный парижский пожарный, генерал Жан-Клод Галле.

К тому моменту президент Макрон в сопровождении почти всего высшего руководства страны и города, кажется, уже завершил первый визит к Собору. Мне сейчас трудно сопоставить минуты, потому что я этой ночью был в состоянии приглушенного шока. И еще остаюсь. Может быть, и вы это испытали, как и многие в мире.

Парижане молятся за Нотр-Дам. Пожар в самом разгаре. 15 апреля 2019 года. Фото: EPA

Той же ночью Французский фонд культурного наследия объявил «международную кампанию по сбору средств».

И скоро, в ближайшее время, мы увидим, как будут собраны большие деньги на реконструкцию сокровища.

Но как могли его потерять? Если выяснится, что в 2019 году пожар в Таком Месте случился из-за несоблюдения условий безопасности во время ремонтных работ, это будет хотя и неудивительно, но непростительно. Прокуратура вечером завела дело о «непредумышленном поджоге». Той же ночью полиция провела первые допросы рабочих, занимавшихся ремонтом. Утром стало известно, что расследованием занимаются 50 сотрудников уголовной полиции.

Мишель Пико, президент ассоциации «Друзья Нотр-Дама», когда огонь был в самом разгаре, рассказал журналистам о том, что реновация собора началась в прошлом году и «должна была длиться около десяти лет». На нее государство дало 150 миллионов евро, а еще 10 миллионов собрали благотворители, «из них 3,8 миллиона в конце прошлого года было выделено на реставрацию шпиля».

Теперь его нет. Об этом мне первыми «сообщили» двое неизвестных мужчин в баре на Левом берегу, куда я зашел зарядить телефон. Со смущенной гордостью в голосе один мужчина сказал другому:

«Старик, этот шпиль упал на моих глазах. Вот так накренился и рухнул».

Примерно в эти же минуты председатель Конференции католических епископов Франции монсеньор де Муленс-Бофор написал в твиттер о том, что «падение шпиля имеет невероятное символическое значение, потому что он символизирует палец, протянутый к Господу, молниеприемник, который передает нам Божью благодать».

Чуть позже, около девяти вечера огонь перекинулся на «левую» (если стоять лицом к фасаду) колокольню. Это с той стороны, где вход для туристов, желающих подняться наверх и посмотреть на город с точки зрения химер и гаргулий. Не всем удавалось выдержать часы в очереди на жаре или холоде, чтобы подняться, помните? Мои близкие так и не попали туда по этой причине. Хотя, говорят, в последнее время с очередями навели порядок. В любом случае, теперь уже нескоро у нас появится шанс.

Кто-то говорит, что на восстановление собора уйдут «долгие годы», кто-то — «десятилетия».

Ну, а миттерановский министр культуры Жак Ланг на следующее утро воскликнет: «Я со вчерашнего вечера слышу, что понадобится десятилетие, но это смешно! Нужно дать себе короткий срок, как это делалось раньше в случаях исключительных строек». Ланг предложил стиснуть зубы и управиться за 3 года.

Каркас собора Парижской Богоматери устоял благодаря действиям пожарных. Фото: EPA

Но накануне вечером речь еще шла о том, что Собор может рухнуть. Наконец, примерно в 22.50 госсекретарь Нуньес объявил о том, что Нотр-Дам устоял, «его структуру удалось спасти».

Минут через двадцать к месту героической борьбы пожарных за культурное наследие нации снова приехал президент Макрон. Приехал с женой и в сопровождении почти всего высшего руководства страны и города. Президент сказал: «Нотр-Дам — это наша история, наша литература. Это эпицентр нашей жизни, точка, от которой измеряются все наши расстояния … Это собор всех французов, даже тех, кто в нем никогда не был». Президент пообещал: «Мы обратимся к самым талантливым» (специалистам) и «вместе его восстановим». Настроение у руководства было торжественно-приподнятое. Президент стал обнимать стоявших рядом священников, потом еще кого-то, потом как-то все стали обниматься, похлопывая друг друга по плечу: мол, держитесь, самое страшное позади.

Наутро после пожара. Так выглядит интерьер пережившего страшный пожар собора Нотр-Дам. Фото: Reuters

Примерно в это же время семья французских миллиардеров Пино объявила, что передаст на восстановление храма 100 миллионов евро. Утром свой веский ответ дала семья миллиардеров Арно: 200 миллионов. Администрация региона Иль-де Франс: 10 миллионов. Мэрия Парижа – 50 млн…

Около полуночи настоятель Нотр-Дама, монсеньор Патрик Шове, подойдя к журналистам вместе с мэром, Анн Идальго, и сказав, что испытывает «глубокую печаль», добавил:

— Я спрашиваю у милостивого Господа: «За что?». Вуаля. За что? Потому что сейчас Святой понедельник, Великая неделя. И я говорю: «Господи, ну почему?».

Не делая риторической паузы, настоятель сразу же пояснил, что в этой жизни ждать ясности, в общем-то, не стоит:

— Я думаю, что получу ответ, когда попаду на небо, — сказал монсеньор, и поджав, губы, повернулся к госпоже градоначальнице. Мадам мэр, так же поджав губы, покачала головой в знак сострадательного согласия.

(Собственно, этот вопрос мог бы задать высшим силам и президент Франции, у которого в этот же день на 20.00 было назначено обращение к нации: Эммануэль Макрон собирался объявить об исторических изменениях, которые будут предприняты в ответ на протесты и чаяния французов. Но в 18.50 загорелся собор).

Ну, а настоятель Нотр-Дама, получив моральную поддержку мэра, перешел к добрым вестям и провел маленькую инвентаризацию: «мы спасли Терновый венец Христа, тунику Святого Людовика», «Сокровищница не пострадала», «мы спасли несколько живописных работ»…

Интерьер собора Нотр-Дам де Пари до пожара. Фото: РИА Новости

Рядом в это время работали герои-пожарные (всего их было больше четырехсот), которых, слава тебе господи, постепенно отпускали по казармам. Это был хороший знак. И когда уезжала очередная красная машина или автомобиль «скорой помощи», ему вслед доносились овации, крики «Мерси!» и прочие возгласы положительного свойства.

В начале второго часа ночи главный парижский пожарный, генерал Жан-Клод Галле, уже вовсю искрился радостью. «Главное сделано», — сказал он, подведя журналистов ко входу в собор, откуда на нас капельками скатывалась вода, пожал журналистам руки, принял поздравления и удалился. В это время с северной, восточной и южной стороны Нотр-Дама подчиненные генерала продолжали лить тонны воды, чтоб заставить пламя затихнуть.

С нашей стороны, у центрального фасада, «на западе», в это время пожарные прочесывали с фонариками обе колокольни и смотровую площадку (ту самую, на которую нам с вами еще нескоро удастся подняться).

Жан-Клод Галле, главный парижский пожарный, на площади перед Нотр-Дамом утром 16 апреля. Фото: EPA

Рядом, на опорах, стояла пожарная машина, но, когда я ее видел издали, казалось что она висит в воздухе и при этом ее лестница, как и положено, уходит вверх, то есть, в небо. Это производило сильное впечатление, согласились со мной трое пожарных, которые отдыхали рядом с Нотр-Дамом, облокотившись на мост. «Это мы всегда так делаем, машину поднимаем для стабилизации», — успокоили они меня и сказали, что «пожар, наверное, удастся потушить к шести утра, в худшем случае – к десяти».

— Трудный, — спрашиваю, — сегодня случай с чисто технической точки зрения (о том, что он был трудным с «моральной» мы уже согласились, все четверо)?

— Да, очень нелегко, — ответил старший, у которого «стаж 13 лет». И сказал, что «еще дня два нам нужно будет дежурить, чтоб не допустить нового возгорания».

Правда, католическая молодежь уже вовсю пела зажигательные религиозные хиты, собравшись около фонтана Сен-Мишель. По другую сторону от бульвара, у магазина «Shakespeare & Co» верующие продолжали, обнявшись стоять и петь на коленях.

В 3.45 власти объявили, что пожар в целом ликвидирован, остаются только «незначительные спорадические очаги». Около десяти утра огонь «был потушен окончательно». Выходит, «мои» пожарные как в воду глядели.

Часов в семь утра госсекретарь Нуньес на фоне Нотр-Дама говорил о том, что,

на самом-то деле, о его спасении еще говорить рано. И вообще-то устойчивость спасенного остова собора еще нужно проверять.

«Будет восьмичасовое совещание с экспертами, архитекторами, чтобы попытаться определить, стабильна ли конструкция», и можно ли оставаться внутри, чтобы продолжать работу.

Парижане утром после пожара в соборе. Фото: РИА Новости

Но уже сейчас ясно, что сильнее всего выгорела самая современная часть собора, та, что была, в основном, построена в конце XIII, начале XIV вв. Но если «скелет» устоял, то остальное как-нибудь восстановят, хоть это и будет уже другой Нотр-Дам. Но не впервые. Напомню, что еще Гюго его спасал. И в 1944-м был пожар, хоть и поменьше…

А пока собор стоит обугленный, я советую вам, когда будете в Париже, не смотреть на него со стороны острова Сен-Луи и с левого берега. Приходите лучше вечером, когда стемнеет, и только к западной стороне, к главному фасаду. Не подходите ближе, чем на 50-100 метров, постарайтесь, отрешившись от суеты, забыть, что был в истории такой день, 15.04.2019, и тогда, взглянув на фасад, вы, может быть, на секунду поверите, что это тот же самый, милый сердцу Нотр-Дам.

P.S.

Прокурор Парижа во вторник, 16 апреля, заявил, что основной версией следствия по делу о пожаре в Нотр-Даме остается непредумышленное возгорание

«Хочу со всей ясностью отметить: ничто на данный момент не указывает на умышленные действия, поэтому версия несчастного случая остается приоритетной на данном этапе», — подчеркнул Реми Эйтс, которого цитирует RFI.

Прокурор также рассказал, «первый сигнал тревоги» поступил в 18 часов 20 минут, но последовавшая процедура проверки не выявила возгорания. Второй сигнал был получен в 18 часов 43 минуты — очаг возгорания был обнаружен в деревянном каркасе, с которого и началось возгорание. Прокурор предупредил, что «расследование будет долгим и сложным».

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera