×
Репортажи

«Они заставили меня на коленях читать УК РФ»

Свидетель по делу «Сети» рассказал, как его вынудили оговорить подсудимых

Фото: Андрей Карев — специально для «Новой»

Общество

Андрей Каревкорреспондент судебного отдела

1
 

На выездном заседании Приволжского окружного военного суда в Пензе продолжают допрос свидетелей обвинения по уголовному делу «Сети» (организация признана террористической и запрещена в РФ). Почти все свидетели обвинения заявили, что следователи исказили их показания в протоколах. Один из свидетелей вовсе рассказал, что оговорил подсудимых под пытками. По его словам, во время обыска его избили, перед допросом в ФСБ поставили на колени и заставили читать Уголовный кодекс РФ, потом принудили подписать протоколы допросов.

По пензенскому делу, напомним, проходят семеро: Максим Иванкин, Василий Куксов, Михаил Кульков, Дмитрий Пчелинцев, Арман Сагынбаев, Андрей Чернов и Илья Шакурский. Всем им вменяют организацию и участие в террористическом сообществе. Отдельно Шакурскому, Пчелинцеву и Куксову инкриминируют «незаконный оборот оружия». В Петербурге рассматривают аналогичное дело «Сети» в отношении Виктора Филинкова и Юлия Бояршинова. 

В Пензенском областном суде процесс ведет тройка судей из Приволжского окружного военного суда. Сейчас стадия представления доказательств стороны обвинения. Прокурор Сергей Семеренко на этой неделе вызвал несколько свидетелей, в основном, показания давали друзья и знакомые подсудимых.

На одном из первых заседаний в суде допросили студентку Алену Машенцеву и ее молодого человека Евгения Смагина. Они рассказали, что среди всех подсудимых знают только Пчелинцева, с которым познакомились в августе 2017 года на открытии чайного дома в Пензе. Там Пчелинцев был вместе с женой Ангелиной. Они разговаривали о музыке и чае, «потом просто гуляли». Никакие политические темы не обсуждали, Пчелинцев не внушал им никакие идеи. Осенью 2018 года в квартиру, где Машенцева жила со Смагиным, нагрянули «высокие и здоровые сотрудники». Как оказалось, они были из ФСБ. Они показали ей записку от Пчелинцева. «За какой-то одной книгой приходили, но ее не нашли», — добавила она.

После допроса свидетеля гособвинитель огласил показания Машенцевой, которые она давала старшему следователю управления ФСБ по Пензенской области Валерию Токареву. Согласно протоколу допроса, в записке Пчелинцев просил передать сотрудникам ФСБ две книги, которые оставил у Смагина — учебник русского языка для 6 класса и книгу про Курдистан.

«Я нашла книжку «Русский язык для 6 класса» и книгу в обложке Виктора Пелевина «Затворник и шестипалый», внутри которого была замаскирована книга Питера Гелдерлооса «Консенсус: принятие решений в свободном обществе». Я решила добровольно выдать эти книги сотрудникам ФСБ и проехала с ними», — говорилось в протоколе допроса.

«Половину этих слов я не говорила и не знаю, откуда они взялись. Я  показала им книги, они их посмотрели, и все. Брали они их или нет, я не помню», — удивилась свидетельница в суде.

Девушка лишь подтвердила, что в тот день действительно проезжала с сотрудниками ФСБ для дачи показаний. Давления, по ее словам, не оказывалось. «Мне показали записку и сразу повезли на допрос. Я  не понимала, что происходит», — отмечала в суде Машенцева.

Пчелинцев подтвердил, что писал записку Машенцевой из СИЗО с просьбой передать его книги. «Мне продиктовали текст записки, и я ее подписал. Но я просил выдать учебник и книжку о Курдистане. Возможно, сотрудникам ФСБ вторая книжка не подошла, и впоследствии заменили ее на книгу по консенсусу», — предположил подсудимый.

Свидетель Смагин подтвердил, что он знаком с Пчелинцевым с 2017 года. Они часто гуляли, собирались дома на чайные церемонии. Действительно, у него дома Пчелинцев оставлял книги и одну из них он пытался прочесть. «Я помню, что одну из них начал читать и отложил. Автор одной из книг пытался манипулировать и разжечь какой-то негатив. Но Пчелинцев не заставлял меня читать эти книги, моим мнением о прочитанном не интересовался», — пояснял свидетель.

В тот момент, когда к ним пришли из ФСБ он был в командировке в Перу. О визите оперативников его девушка Машенцева сообщила ему по СМС. После возвращения в Россию, по словам Смагина, он сам связался со следователем и дал показания.

После оглашения протокола допроса свидетель также заявил, что его слова исказили.

Фото: Андрей Карев — специально для «Новой»

Как следовало из протокола допроса Смагина, Пчелинцев «на одной из встреч завел с ним разговоры о том, что Россия недостаточно свободна, в стране преобладает коррупция, что скоро все изменится к лучшему, грядут перемены и скоро общество будет свободным». Смагин удивился этим показаниям и заметил, что книги, которые оставил у него Пчелинцев и которые потом изъяли — это разные книги.

5 июня еще один свидетель обвинения Анатолий Уваров рассказал, что знаком со всеми подсудимыми кроме Сагынбаева. В частности, с Пчелинцевым познакомился еще в школе, а с Шакурским в 2010 году — на концерте.

— Были у вас дискуссии по политическому устройству, недовольства, били каких-то соперников? — спросил у Уварова гособвинитель.

— Дороги плохие, ну новости какие-то обсуждали, что каждый день что-то меняется, — вспоминал свидетель и признался, что его также задерживали по подозрению в том, что он якобы состоит в террористическом движении. По словам Уварова, на него оказывали давление, и ему пришлось оговорить подсудимых.

«Оперативникам не нравилось, как я отвечаю, они били меня по ребрам, по голове. Потом это продолжалось уже в управлении ФСБ. Меня шантажировали, что подкинут наркотики, если я не дам показания, которые им нужны», — голос Уварова дрожал.

Он рассказал, что его также били во время обыска дома. В этот момент там находились следователь и два оперативника в масках. Как утверждает Уваров, ему наносили удары, когда тот пытался задавать им вопросы: «Они хотели, чтобы я замолчал <…> Били по местам, на которых не остается следов, били тыльной стороной ладони».

Он запомнил, что за три часа ему нанесли около 10 ударов. Но точно не помнил, присутствовали при этом понятые. После обыска у свидетеля изъяли все электронные устройства.

«На меня надели наручники и около часа я лежал на полу. Потом неделю не чувствовал большие пальцы, их сильно стянули и долго держали», — рассказывал Уваров.  

В ходе обыска, вспоминал он, к нему внезапно пришли в гости друзья.

«Им открыли дверь оперативники, очень жестко кинули их на пол обоих. Начали спрашивать, то же самое, что и меня. Затем повезли вместе со мной в отделение», — продолжал Уваров.

По его словам, когда его с друзьями привезли в ФСБ, там он увидел Шакурского и Куксова. Уваров заметил на их лицах «свежие ссадины»: «Все были запуганы и не понимали, что происходит». Потом его с задержанными друзьями поставили на колени у стены:

«Заставили вслух читать Уголовный кодекс, статью про терроризм. Потом пересказывать».

Ожидаемо прокурор огласил показания Уварова на предварительном следствии. В протоколе допроса, составленном следователем Болтышовым, говорилось, что в конце 2014 года Спайк (прозвище Шакурского) рассказал, что создается организация «Восход». Ее цель — объединение и координация анархистских движений в городах России.

Фото: Андрей Карев — специально для «Новой»

«Спайк рассказал мне, что одним из направлений деятельности «Восхода» является внесение дестабилизации в текущий государственный строй путем массовых беспорядков, вооруженных нападений на сотрудников полиции. Спайк назвал эти нападения акциями прямого действия», — зачитал показания свидетеля прокурор.

Участниками «Восхода» в протоколе допроса назывались Куксов, Егор Зорин и девушка Шакурского Виктория Фролова. В суде Уваров отказался признать эти показания:

«Единственное, что правда из всего прочитанного, это то, что я когда-то помогал Спайку писать какие-то черновики, но никакого названия «Восход» не было. Все остальное — не правда».

Свидетель также обратил внимание, что во время допроса просил следователя дать возможность сделать один звонок и предоставить адвоката. Защитника не предоставили, а до мамы он смог дозвониться только к утру. Уваров думал, что его отправят в СИЗО. Но его отпустили около 6 утра, а ближе к вечеру снова вызвали в ФСБ. Ему пообещали, что вернут всю изъятую технику, но там составили протокол допроса, который как раз огласил прокурор на заседании, заметил Уваров.

— Получается, Вы вынужденно оговорили присутствующих здесь лиц? — в конце допроса спросил судья у свидетеля.

— Да.

— Вы понимаете, что это может расцениваться как совершение преступления?

— Я понимаю, что следователь совершил намного худшее преступление: на меня давили и заставили подписать протоколы.

Следующее заседание по делу «Сети» пройдет в Пензе 7 июня.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera