Комментарии

«Поддержать тех, кто в тюрьмах»

Зачем люди пришли на марш в поддержку Голунова после того, как журналиста освободили. Прямая речь

Фото: Анна Артемьева/«Новая газета»

Этот материал вышел в № 63 от 14 июня 2019
ЧитатьЧитать номер
Общество

Виктория МикишаНовая газета

4
 
Варя Горностаева
Сооснователь, издатель и редактор издательства
«Corpus»

Мне кажется, что после вчерашнего (когда стало окончательно известно, что марш не согласован, и Ивана Голунова отпустили. Прим. «Новой») каждый решает сам идти или не идти. Невозможно осуждать за то, что придут, и за то, что не придут.

Мы все страшно рады, что Ивана отпустили, но меня неприятно поразило заявление главных редакторов «Медузы» и других изданий, которое в сущности звучало как «Всем спасибо, все свободны». Мне кажется, что это огромное неуважение к людям, которые впервые за долгое время проявили такую невероятную солидарность и были исполнены решимости выдрать Ивана из этой пасти, и выдрали. Реакция общества была потрясающей, давно такого не было.

При этом вчера был суд над «Новым величием», и люди, которые там были, писали, что там звучала абсолютно сталинская лексика и сталинские формулировки в этих обвинениях.

Эта общая солидарность, чувство плеча и прочее не могут так пропасть. Поэтому, мне кажется, что люди, которые чувствуют так же, как я, сегодня выйдут. Вопрос — сколько нас?

Я вышла из чувства солидарности с теми, кто страдает, страдал, уже погиб из-за этой власти. А кроме того, мне кажется, что нельзя пропустить такой момент, когда люди продвинулись. После истории с Голуновым граница гражданского терпения, общественного терпения сместилась. Она передвинулась. Нельзя опять сдать назад. Нельзя сдать и сдаться.

Twitter
Александра Баева
Общественный защитник

Ко мне подошел полицейский, пробубнил свое имя, я не услышала даже. Сказал, что здесь будет акция несогласованная, что он делает мне предупреждение. Это так мило.

Я выходила к Петровке, 38 не за Ваню, а за всех ребят, которые пострадали от сфабрикованных дел, подброшенных наркотиков, думаю, что статистика гораздо больше, чем мы можем себе представить. У меня есть знакомые, которым тоже подкидывали наркотики, и у одной моей знакомой будет суд в понедельник.

За Ваню вышли, молодцы. А не за Ваню выйдут вообще? Это большой вопрос.

Павел Черных
Предприниматель

В памяти всплывают Титиев, Волков, Голубев. Имен, если посмотреть на «Медиазону», тысячи. Это видно, что нарисованные дела. Я за этим слежу с тех пор, как Владимир Владимирович к власти пришел. Это же не только Голунов, это вопрос о том беспределе, который творится, о той системе, которая выстроена.

Эту систему все равно кто-то построил: суды, которые по выдуманным делам пишут приговоры под копирочку. Сам факт, что мы идем вместе, что каждый из нас не один, не сам по себе это уже хорошо.

Копытов Александр
переводчик

Вы знаете, свершилось чудо, Мордор вчера отступил на один шаг, но это всего лишь один шаг, и мы сегодня должны выйти, потому что много людей сидит по этой статье. Посадил Голунова не Кремль, а силовики средней руки московские. Поэтому они их так сдают легко. Нужно, чтобы не было ажиотажа перед «Прямой линией», хотя им давно уже на все наплевать.

Мы сегодня выходим за всех нас. Мы живем в полицейском государстве, и дальше будет хуже. Они закроют и Facebook, и YouTube, мы должны показать свою солидарность хотя бы так.

Было бы хорошо, если бы мы сегодня шли с портретами всех людей, которые сидят по 228. За всех нас.

Лиза Захарова
студентка, учится в Голландии, 19 лет, пришла c другом, оба в футболках «Я/Мы Иван Голунов»

Я знаю людей, которым тоже подкинули наркотики по 228.  И когда это так срезонировало с Голуновым, я очень обрадовалась, что случилась общественная реакция. Мне кажется, что сейчас выйти на улицу, это единственный способ вне интернета что-то показать.

Я хочу сказать, что правоприменение в России не учитывает права и свободы человека, и что у нас произвол власти. Что 228-я статья нуждается в пересмотре.
 

Виктор Кифлухин
математик, 70 лет

Я приходил в 91-м, приходил в 89-м,  и сегодня пришел. Но сейчас мы живем в цивилизованном обществе. Те клопы, которые на Россию насели, они цивилизованные, в отличие от тех, которые в 90-е убивали.

У меня внук, вот как эти ребята здесь, двадцатилетние. Я пришел, чтобы быть среди этих людей, просто чтобы потолкаться здесь. Сейчас поднимается энергия. Вокруг меня люди и это главное. Я вышел за людей.
 

Елена
бухгалтер

Мы пришли поддержать тех, кто находится в тюрьмах по 228-й статье.

Этот протест в защиту Голунова закончился благоприятно, его отпустили. Но в обществе есть проблемы, связанные с этой статьей. Мы обсуждали это на работе, и каждый вспомнил такую ситуацию, когда подбрасывали.

Приходилось или платить большие деньги, или вызванивать знакомых в органах, или собирать подписи. Слава Богу, не в тюрьме эти случаи, но их много по стране — тех, кто в тюрьме.

Юрий Мешков
программист, 38 лет

Я пришел ради освобождения всех политзаключенных. В частности Леонида Волкова, Анастасии Шевченко, всех по делу «Нового величия» и «Сети» (запрещена в РФ. — Ред.), защитников Шиеса и прочих.

Я регулярно бываю на митингах, но это дело Голунова явилось катализатором. В некотором смысле испытываю воодушевление, потому что наконец лед тронулся.

Пенсионерка
бывший педагог

Мне радостно что здесь много молодежи, за свое будущее надо стоять. А я пришла за будущее своих внуков. «Эхо Москвы» я регулярно слушаю, я более-менее в курсе.

Это протест против незаконного задержания Ивана, его отпустили, но не наказали тех, кто в этом виноват.

К сожалению, внучка у меня не ходит, она не политизированная, поэтому я за нее хожу. Хорошо, что не жарко, хорошо, что не бьют, я у них (у полиции. – Ред.) спросила, они сказали, что не будут бабусек бить.

Вадим
во время разговора к нему подходят полицейские и уводят в автозак

Для меня дело Голунова не закрыто. Я хочу увидеть людей, которые, служа государству, при погонах, подбрасывают наркотики, я хочу знать, кто это заказал. То, что Колокольцев выступил вчера, сказал, что написал ходатайство, чтобы двух генералов сняли не устал он писать?

А потом я увижу, что они в другом округе тоже генералы. А почему они не на нарах? Я хочу, чтобы по телевизору их показали, как они в зале суда сидят, в клетке.

Татьяна
журналист

Я журналист, но вышла сюда не как журналист. Я считаю, что то, что Ваню отпустили, это безусловно хорошо, но тысячи людей сидят по сфабрикованным таким же гнилым обвинениям. И раз сейчас появился запрос в обществе на пересмотр этой ситуации, мы должны сплотиться и вытащить как можно больше невиновных людей. Я думаю, что власть слышит нас, но нет гарантии, что они будут действовать.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.

Топ 6

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera