Колумнисты

Курентзис и спецназ

Уход знаменитого дирижера из Пермской оперы ставит вопросы и перед фанатами, и перед властью

Теодор Курентзис. Фото: Вячеслав Прокофьев/ТАСС

Этот материал вышел в № 68 от 26 июня 2019
ЧитатьЧитать номер
Культура

Алексей МокроусовСпециально для «Новой»

1
 

«Не дадим Курентзису уехать!», «Крупный скандал» и даже «Падение Вавилонской башни» — как только не реагировала пресса на новость о том, что Теодор Курентзис покидает пост худрука Пермского театра оперы и балета.

Самые спокойные, правда, напомнили, что разговоры о конце пермского периода в биографии русско-греческого дирижера ходили давно, ежегодный Дягилевский фестиваль, регулярное участие в фестивале в Зальцбурге и назначение главным дирижером оркестра в Штутгарте не оставляли времени на уральский театр. Премьеры под управлением Курентзиса становились все реже, признаки тихого конфликта с властями проявились в конце прошлого года. Сперва комиссия при губернаторе не наградила дирижера званием почетного гражданина Пермского края, хотя в списках кандидатов он был.

Затем краевая контрольно-счетная палата провела по запросу УФСБ по Пермскому краю проверку театра и нашла недостатки, в результате театр обязали вернуть в казну около 20 млн рублей. Поводом для запроса, считают многие, стала статья на сайте ИА Regnum —

пермский корреспондент страдает стойким неприятием Курентзиса, но в истории новейшей России случаи, когда публикация в СМИ приводит к запросу ФСБ, немногочисленны.

Финансовое давление на театр продолжилось в декабре, краевой министр культуры отказал в финансировании главной премьеры Дягилевского фестиваля — «Лулу» Альбана Берга. Как рассказал несостоявшийся режиссер оперы Максим Диденко, причиной было названо то, что Берг слишком далек от пермского зрителя.

Театр отбивался, пресс-служба заявила, что 20 млн не проблема, что «Лулу» перенесут на 2020-й, но конфликт уже было не скрыть. «Мы вас любим, но вы бываете у нас мало» — на упрек властей возразить дирижеру нечего.

В этих условиях обидится и менее сложный человек, чем Курентзис, хотя в свое время его неожиданный отъезд из Новосибирска от отличного театрального директора Бориса Мездрича произвел неприятное впечатление (правда, при атаке на Мездрича после «Тангейзера» он выступил в его защиту).

Курентзису позволено многое, это редкий сегодня тип дирижера было вымершего караяновского типа. Курентзис кутается в тогу демиурга и чувствует себя в ней неплохо, умение принимать статуарные позы сочетается с выдающимися музыкальными результатами, иначе это был бы просто плохой вкус. Впрочем, может ли вкус быть плохим, если последний конфликт разгорелся после появления в Перми Владимира Кехмана? Он, кстати, и нападал на Мездрича, от него Курентзис защищал культуру.

Кехман неожиданно подключился к долгим разговорам о новой сцене пермского театра, к проекту классика архитектуры Дэвида Чипперфильда присоединилась как возможный застройщик связанная с ним фирма. Курентзис сразу сказал, что с Кехманом работать не станет, понять его можно. После появления у Министерства культуры универсального пугала по имени Кехман кадровые решения в стране упростилась. Куда ни пошли экс-торговца бананами, обанкротившегося не только как физическое лицо, людей охватывает печаль, немногие готовы с ним сотрудничать, тем более если речь о художниках мирового уровня. Культурную политику можно вершить одним приездом Кехмана, черную метку не поймет лишь ленивый. Кехман выполняет роль культурного спецназа, его оружие — слова

«я как человек верующий, крещеный, православный, как еврей воспринимаю это как оскорбление. Это демонстрация внутреннего нечестия в стиле и духе союза воинствующих безбожников».

Прозвучавший на минкультовском обсуждении «Тангейзера» текст вошел в историю не только незабываемой красотой. Кехман вскоре получил в управление оперу Новосибирска, став единственным в стране худруком двух театров. Интересное начинание, его легко перенять и в футболе — тренировать сразу «Спартак» и «Зенит», и во внутренней политике: быть губернатором одновременно Красноярского и Краснодарского краев, чем не счастье? Следом — параллельное управление Россией и Панамой, впрочем, разговоры о наших удачах во внешней политике сегодня не в чести.

Курентзис ушел бы из театра и сам, он неважный, судя по всему, администратор. Последнее время не занимался репертуаром, международная карьера ему интереснее Перми, не случайно хор musicAeterna, по сведениям Forbes, уже зарегистрирован как юридическое лицо в Дании, филиал Дягилевского фестиваля создан в Париже при театре Шатле. Но характерно, что катализатором в процессе расставания выступил Кехман, выполняющий в культуре ту же роль, что в общественной жизни играют завсегдатаи «качалок» в Екатеринбурге (те помогали церковникам в борьбе за землю для храма) и активисты движения «Лев против». Власть настаивает: других партнеров для диалога с обществом у меня нет.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.

Топ 6

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera