Колумнисты

Выйди вон со смартфоном!

В российских школах планируют запретить мобильные телефоны: что не так?

Фото: РИА Новости

Этот материал вышел в № 73 от 8 июля 2019
ЧитатьЧитать номер
Общество

Ирина Лукьяноваучитель, обозреватель «Новой»

4
 

В российских школах собираются запретить мобильные телефоны. С такой инициативой выступила председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко на заседании Президентского совета по госполитике в сфере защиты семьи и детей. Роспотребнадзор, по словам его главы Анны Поповой, создаст рабочую группу и в течение месяца подготовит предложения по запрету телефонов на территории школ.

Корреспондент «Вестей», рассказывая об этом, сообщила телезителям: «угрозой для школьного информационного пространства давно и устойчиво стали смартфоны, в которых школьник проводит жизнь». Учительская и родительская общественность, если верить новостям, чуть не единогласно требует запрета, и запрет этот обсуждается уже давно. Впрочем, еще год назад министр просвещения Ольга Васильева, комментируя аналогичный запрет во Франции, сказала, что не считает эту меру нужной: пусть лучше телефоны будут для связи, но во время урока лежат где-нибудь в шкафчике.

Действительно, телефоны отвлекают детей на уроках и на переменах, и это знает каждый учитель.

Кроме того, дети снимают на видео друг друга, учителей, невкусную еду в столовой, а потом выкладывают в Сеть.

Одни надеются, что запрет на телефоны поможет защитить учителя и детей от травли. Другие замечают, что это единственное средство для ребенка защититься от учительского произвола.

А еще смартфоны негде хранить. Запирающихся шкафчиков в большинстве российских школ нет, а значит, телефон могут стащить. Собирать телефоны на уроке в коробку на учительском столе — тоже не выход: один зазвонит, на другой неловко уронят третий — кто должен отвечать?

Школа отвечать за дорогие гаджеты не хочет.

Поэтому легче всего, в самом деле, просто вообще запретить.

Но родители не в восторге. Им телефоны нужны для связи с ребенком — и для безопасности этого самого ребенка. Если с ребенком что-то случилось в школе, у него должна быть возможность связаться с родителями. Если у родителей вдруг случилось что-то непредвиденное, и они должны предупредить ребенка, — у них должна быть возможность сделать это напрямую, а не через классного руководителя, как предлагают сторонники запрета. Классный руководитель может быть на уроке, а телефон его выключен.

Коллега рассказала непростую историю с участием смартфона, произошедшую в этом году в одной московской школе. Девочка скучала на уроке и пролистывала инстаграмные «сториз». И увидела, что ее подружка, ученица той же школы, постит из дома фотографии, свидетельствующие о суицидальных намерениях. Девочка отпросилась с урока, побежала к школьному психологу, та связалась с родителями — и ребенка успели спасти.

Да и не все учителя — сторонники однозначного запрета смартфонов в классе. Я, например, учитель литературы.

На уроке мы работаем с текстами. Но у ребенка дома может не быть нужного материала, родители далеко не всегда радуются идее купить ребенку все программные произведения, электронные книги есть не у всех, а в школьной библиотеке может не быть достаточно копий «Фауста» в нужном переводе или «Женитьбы Фигаро» на весь класс. Распечатывать объемные произведения — тоже не выход. Интерактивной доски в классе может не быть, а городская система контент-фильтрации для школ непредсказуемо блокирует сайты с текстами. Поэтому попросить класс открыть нужный текст на телефонах — действительно выход.

Многие учителя дают классу на уроках задания погуглить то-то, найти информацию о том-то, поискать ответы на вопросы. Заодно учат основам информационной грамотности: каким сайтам можно доверять, каким нет, как проверять и перепроверять информацию, как отличать достоверные источники от недостоверных.

Я разрешаю писать классные сочинения, пользуясь любыми источниками в интернете:

мне важно научить школьников грамотно их использовать и корректно на них ссылаться — вместо того, чтобы исподтишка скатывать неизвестно кем написанные готовые работы. Это часть обучения, это те навыки, которым мне надо обучить учеников, если я хочу научить их думать и работать с информацией, а не копипастить.

Если говорить о мировом опыте, то в нем есть не только запреты, которые перенять легче всего. В некоторых странах организации, занимающиеся обеспечением школьного интернета, предлагают типовые решения в области информационной безопасности. Школам предлагается разработанный профессионалами документ, в котором прописаны нормы поведения в интернете для всех, кто имеет отношение к школе и доступ к ее вайфаю (от порядка разрешения конфликтов родителей с учителями до плагиата в ученических работах, от разных степеней допуска к школьным компьютерам и адресам до использования в учебных целях документов, которые может блокировать школьная система контент-фильтрации).

К примеру, такой типовой документ, разработанный для британских школ организацией South West Gridfor Learning (SWGfL), можно найти здесь.

Гибкая система с разными уровнями решений — один для младших учеников, другой для старших, третий для учителей — сложнее, чем однозначный запрет, но дает куда больше степеней свободы. Разработать школьный курс, обучающий детей ответственному поведению и безопасности в интернете — тоже сложнее, чем просто запретить. Представление о том, что делать, если тебя травят в соцсетях, и как не пойматься на фишинг, не менее важны для завтрашних граждан, чем сведения о том, как определить, где север, если ты заблудился в лесу. В конце концов, большинству городских школьников в Сети заблудиться гораздо реальнее. И это вполне достойно курсов ОБЖ и информатики.

Вот тут, например, можно найти готовые планы уроков для 12-летнего курса школьного обучения киберграмотности Digital Citizenship, разработанного американской организацией Common Sense Education.

Этот опыт доступен, детей можно учить вести себя в киберпространстве цивилизованно. Стихийную телефонную вольницу вполне можно ввести в границы разумного.

Но пока взрослые пугаются, считают новые технологии угрозой, а запрет — лучшей мерой с этой угрозой справиться, никакая цифровая цивилизованность нам не грозит. А уж способ обойти запрет дети найдут, не сомневайтесь.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera