Комментарии

Ни в какие храмы?

Протестующим повезло: они случайно нашли единственное в Москве «сакральное убежище»

Фото: Юлия Захарова

Этот материал вышел в № 83 от 31 июля 2019
ЧитатьЧитать номер
Общество

Александр Солдатовспециально для «Новой»

3
 

В традиционных культурах был распространен обычай «сакрального убежища». Это когда власть признает неприкосновенность храма, и под его спасительной сенью могут укрыться преследуемые и гонимые — не важно, справедливо, по закону или по злому навету. Ну почти такая же неприкосновенность, как у современных депутатов или судей. Только основанная на Божественном присутствии, а не на политической конъюнктуре.

Время от времени выясняется, что столь древний институт вполне себе «работает» и в некоторых современных демократиях. Совсем недавно в одном из храмов Гааги укрылась целая армянская семья, пытавшаяся спастись от депортации. Пасторы решили продолжать богослужение до тех пор, пока угроза депортации не исчезнет. И королевская полиция терпеливо ждала несколько недель, не смея прервать богослужение и нарушить неприкосновенность святого места.

В средневековой русской культуре тоже существовала подобная практика. Но была она не очень устойчивой в силу предельной зависимости местной церковной власти от государственной.

В эпоху империи российская церковь и вовсе превратилась в государственный политико-идеологический департамент, когда закон даже обязывал священников раскрывать тайну исповеди в случае «угрозы государственной безопасности».

Естественно, что от какого-либо уважения к «сакральному убежищу» после 1917 года в России не осталось и следа. Никто не чаял его увидеть и в современной РФ, являющейся юридическим правопреемником режима, созданного Октябрьской революцией и стремящейся изо всех сил гордиться своим мифологизированным советским прошлым.

К тому же «симфония» церковной и государственной власти при патриархе Кирилле достигла своего исторического максимума, превзойдя советские масштабы.

Тогда все-таки РПЦ была силой задавлена атеистической властью, а сейчас добровольно согласилась оправдывать и поддерживать все «решения партии и правительства», несмотря на четко прописанный в церковном уставе «долг печалования» за угнетенных и униженных.

На таком историческом фоне возвращение хотя бы одному храму РПЦ (хотя бы ненадолго) статуса «сакрального убежища» стало подлинной сенсацией. Произошло это в центре Москвы, в Столешниковом переулке, и прямо в разгар противостояния москвичей с агрессивными силовиками днем 27 июля. Загнанные во дворы и подворотни, протестующие против надругательства над идеей выборов в Мосгордуму уперлись в забор храма святых бессребреников Космы и Дамиана. Словно ангел с неба, навстречу загнанным людям вышел священник. Он помог преодолеть церковный забор, укрыться в храме, успокоил, утешил и отслужил молебен «Об умягчении злых сердец».

Фото: Юлия Захарова

Глядя на столь умилительную картину, приходится, увы, сделать несколько оговорок. Во-первых, храм святых Космы и Дамиана напротив мэрии Москвы — не совсем обычный. Еще в начале 90-х, когда в РПЦ заявило о себе демократическое реформаторское движение, патриарх Алексий II решил создать для него своего рода гетто: собрать всех церковных демократов в одном приходе, чтобы они не «мутили воду» в остальных. Популярный среди московской либеральной интеллигенции священник Александр Борисов был назначен настоятелем храма святых Космы и Дамиана, а костяк его прихода составили духовные чада убиенного о. Александра Меня. Долгое время храм напротив мэрии был единственным местом в Москве, где можно было купить все произведения Меня — весьма спорного с точки зрения церковных консерваторов проповедника, чуть ли не еретика. На всенощных читал шестопсалмие в собственном переводе на современный русский язык академик С.С. Аверинцев…

Во-вторых, протестующих укрыл в храме 27 июля даже не его «либеральный» настоятель, который сейчас находится в отпуске за пределами России. А был это итальянец, несколько лет назад перешедший в православие, — иеромонах Иоанн (Джованни Гуайта).

Столь экзотический статус дает о. Иоанну дополнительный уровень защиты от возможных репрессий патриархии, которого нет у обычного русского батюшки.

При этом иеромонах отмечал в своих интервью после случившегося, что принимал в храме не только протестующих, но и омоновцев, которые пользовались церковным туалетом.

Фото: Юлия Захарова

Московская патриархия, которая привычно «не замечает» как сам протест, так и причины, его породившие, попыталась сразу обесценить случившееся в храме. Глава информационного отдела патриархии Владимир Легойда осудил «героизацию» поступка о. Джованни: «Пошли интерпретации, что священник чуть ли не укрывал людей и так далее. Это было не так. Просто люди заходили в храм. Я не вижу ничего экстраординарного в этой ситуации». Беспокойство Легойды объясняет религиовед, эксперт Международного института гуманитарно-политических исследований Михаил Жеребятьев: «Патриархия воспринимает произошедшее как потенциально черную метку во взаимоотношениях с властью…

Если бы, скажем, точно так же поступил священник-католик с паспортом иностранного государства, можно, не задумываясь, сказать: был бы выслан в 24 часа». 

Храм святых Космы и Дамиана является пока единственным в Москве, про который, хоть и с оговорками, можно сказать, что он «встал на сторону народа». Красноречива фотография, размещенная на главной странице официального сайта прихода: толпа мирных людей (в основном молодежь) и напирающее на нее грозной черной тучей войско полиции. А слева, прямо на «линии размежевания», храм святых Космы и Дамиана.

Фото: МБХ Медиа

Парамилитарное движение «Сорок сороков» (СС), известное своими драками с москвичами на местах строительства спорных храмов РПЦ в парках и скверах, уже пообещало свое содействие силовикам в подавлении московской «цветной революции». Скорее всего, эти «православные бойцы» не будут церемониться с «сакральным статусом» храма, где они давно уже чувствуют себя хозяевами, и не позволят укрываться там всяким недовольным. В отличие от — как ни странно это прозвучит — обычных полицейских, пока еще не знающих, что делать с такой формой самообороны гражданского общества.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.

Топ 6

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera