Колумнисты

Последний аргумент

Шестун будет голодать до конца

Александр Шестун сейчас и полгода назад

Этот материал вышел в № 98 от 4 сентября 2019
ЧитатьЧитать номер
Политика

Леонид Никитинскийобозреватель, член СПЧ

5
 

Жена экс-главы Серпуховского района Александра Шестуна опубликовала в Сети фотографию мужа, полученную ею от анонимного пользователя и сделанную, по ее мнению, около двух недель назад в спецблоке городской больницы № 20, куда ее муж был временно переведен из СИЗО-1. На фото, которое было снято тайком сзади (очевидно, телефоном кем-то из медперсонала), в инвалидном кресле сидит совершенно изможденный человек, почти мумия.

Александр Шестун под конвоем в медучреждении во время длительной голодовки. Фото выложила в сеть жена Александра Юлия

Голодовка Шестуна с небольшим перерывом продолжается уже 170 дней. Периодически он соглашается пить воду и разрешает ставить себе капельницы, но затем снова объявляет «сухую». Он падает в обмороки во время ознакомления с материалами дела, которые следствие тоже предоставляет, как издевательские капельницы: дозированно, начиная с первых томов, где пока содержатся только общие документы, — из них нельзя сделать вывод по существу доказательств, которыми обвинение собирается оперировать в суде.

Не считая адвокатов и однажды получившей свидание жены, разговаривает с Шестуном только Михаил Федотов, навещавший его в следственных изоляторах 9 раз (последний — 28 августа). Он уговаривает заключенного прекратить голодовку и старается выполнить те из его требований или просьб, которые в принципе выполнимы: так, именно по настоянию главы СПЧ в больнице № 20 было проведено полное обследование его организма.

Но обследование — не лечение и тем более не спасение для человека, который принял решение умереть и прямо заявляет об этом.

Он не может окончательно сформулировать требования, в случае выполнения которых готов прекратить голодовку. Конечно, ему страшно, конечно, его разум ему подчиняется уже не вполне, и это ни в коей мере не насмешка, а клиническая картина. Но если бы Шестун мог разложить свои претензии к безжалостной судебно-следственной системе по пунктам, тогда и не было бы нужды прибегать к такому крайнему средству. Это тот же общий протест, который летом этого года вывел на улицы тысячи москвичей: вопль о правде и справедливости перед лицом Левиафана — а у того даже нет органов, с помощью которых он мог бы это услышать.

Государство в принципе забыло, как слушать людей и разговаривать с ними, его символ — это киборг в «скафандре» без лица.

«Убейся об стену. Хочешь? — Убейся!»... Так для кого-то будет даже проще (там так думают).

В фейсбуке Александра Шестуна жена сообщает о его здоровье. Сообщения от 28 августа

Шестун не ребенок, чтобы «требовать» справедливого рассмотрения своего уголовного дела. Оно предрешено, и это уже показал «гражданский иск», с помощью которого Генпрокуратура и Следственный комитет, не считаясь ни с какими принципами права, выжгли все пути, по которым к Шестуну и его семье могла поступить помощь. И никакой СПЧ ему не поможет, не надо иллюзий: все, на что хватило сил у Федотова, — доставить в камеру телевизор, позаимствованный на собственной даче. Мы, конечно, еще будем обсуждать подробности обвинения, когда они станут более понятны, но это ни на что не повлияет, и не факт, что сам Шестун до этого доживет.

Я его достаточно хорошо узнал со времени первой публикации (10 лет). Он обсуждал со мной и возможность обнародования аудиозаписей из администрации президента, которая, видимо, и предрешила его судьбу. Эта ставка не выиграла, но он по своему характеру не мог ее не сделать, полагая, что это его последний козырь.

«Я не могу сломаться, — объяснял он мне свои резоны. — Как я тогда буду смотреть в глаза людям?»

По-старинному это называлось «честь», и за нее умирали. Оказывается, тот козырь был еще не последний, есть в запасе еще один: собственная жизнь. Он не может просто сидеть и ждать, когда они соблаговолят вынести ему обвинительный приговор. Книжку в тюрьме он уже написал — что же остается еще? И он делает свою ставку без всяких скидок.

Разумеется, я ни в коей мере не желаю ему смерти, хотя и не считаю себя вправе отговаривать его от этого последнего аргумента. В отличие от аргументов следствия, как минимум односторонних, он правовой. Что и кому он этим докажет? А вот тогда и посмотрим.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera