Репортажи

Театр имени Росгвардии

Как актера Павла Устинова судят за то, что он оказался на пути омоновцев

Этот материал вышел в № 103 от 16 сентября 2019
ЧитатьЧитать номер
Общество

Татьяна Васильчуккорреспондент

6
 

Судебный процесс над актером Павлом Устиновым напоминает спектакль. Устинова судят за то, что он «вывихнул плечо» росгвардейцу при задержании 3 августа во время акции в центре Москвы, о которой Павел даже не знал. На суде прокурор хихикала почти над каждым аргументом адвоката, часто фыркала и эмоционально повышала голос в ответ на слова обвиняемого. Судья Алексей Криворучко, фигурант «списка Магнитского», отказался смотреть видео, доказывающие, что Устинов не кричал лозунгов до задержания. В ответ на коллективный вздох зала Криворучко грозился «удалять слушателей рядами».

Павел Устинов в суде. Фото: Виктория Одиссонова / «Новая газета»

Приговор Павлу, которому грозит шесть лет лишения свободы, должны были вынести в пятницу, 13 сентября, на следующий день после главного заседания. Но утром выяснилось, что оглашение перенесли на понедельник.

«Произошла беда с хорошо знакомым мне, близким человеком. Павел Устинов, бывший студент Высшей школы сценических искусств, где я — художественный руководитель (два года назад он выпустился), попал в очень тяжелую ситуацию, — говорит в своем видеообращении в поддержку Павла народный артист России Константин Райкин. — Я очень хотел бы, чтобы человеку не ломали судьбу, не ломали ему жизнь. Я совершенно уверен — я хорошо его знаю, — что он ни в чем не виноват. <...> Это недоразумение, которое может окончиться трагически. Я прошу всех помочь и сделать все, чтобы этого не случилось».

Константин Райкин принес в суд свое личное поручительство. Положительную характеристику на Павла оставил и профессор кафедры актерского мастерства Сергей Шенталинский. Павел сразу заметил своего бывшего преподавателя — он сидел ближе всех к «аквариуму». Молодой человек осторожно улыбнулся.

Поддержать Павла также пришли бывшие обвиняемые по делу о «массовых беспорядках» Валерий Костенок и Владислав Барабанов. Они просидели в суде с 10 утра до 6 вечера.

Под конец крайне эмоционального дня прокурор Светлана Кожекина запросила для Устинова наказание в виде шести лет лишения свободы. Ранее Кожекина участвовала в деле уже осужденного Данилы Беглеца, еще одного случайного человека на митинге. В процессе над Беглецом она, в частности, сказала: «Посмотрите, как Беглец расставил свои жизненные приоритеты: на установление отцовства у него времени нет (в паспорте Беглеца нет отметки о рождении дочери; она родилась три месяца назад «Новая»), а на участие в несогласованной акции есть».

20 секунд, которые изобличают потерпевшего

Напомним историю, которая произошла с Павлом. 3 августа он договорился встретиться с другом в районе «Пушкинской», чтобы поговорить о работе. Пока Павел ждал его у здания «Известий», рядом проходила несогласованная акция протеста за допуск независимых кандидатов на выборы в Мосгордуму. В какой-то момент на молодого человека набросились четверо росгвардейцев в черных масках. Они повалили Устинова на асфальт и стали бить дубинками по спине. После того как Павла отвели в автозак, один из росгвардейцев пожаловался на боль в плече.

Потерпевший «полицейский боец» (так он сам представился в суде) Александр Лягин весь в черном выходит отвечать на вопросы судьи и прокурора. Ростом он выше Павла примерно на две головы.

«В этот день по прибытии на службу мы [росгвардейцы] выдвинулись на Пушкинскую площадь в целях пресечения несанкционированного митинга. Мы когда прибыли — было спокойно, потом [начались] лозунги, провокации со стороны граждан», — пересказывает свое 3 августа Лягин.

— Видели ли вы в этот день Устинова? — спрашивает прокурор Кожекина. — Какие действия он осуществлял?

— Да, он стоял с телефоном в руке. Но выкрикивал лозунги в адрес власти.

— Он был активным участником [акции]?

— Да, активным.

— Лозунги какого характера?

— Такого характера... Неуместно здесь произносить.

К допросу Лягина приступает сам Павел:

— Александр, скажите, на каком основании вы меня задержали?

— Задержали, Павел, потому что вы скандировали лозунги.

— Я скандировал лозунги? — на этом моменте Павел внимательно смотрит в глаза Лягину. Повторяет вопрос, как бы спрашивая: «Серьезно?»

Павел Устинов и его адвокат Дмитрий Чешков. Фото: Виктория Одиссонова / «Новая газета»

Прокурора коробит. Женщина резко вскакивает с места и, взяв на себя полномочия судьи, восклицает: «Вопрос дублирующий. Снимается». Судья поддерживает — вопрос снят.

Омоновец Михаил Корюгин также отвечает на вопросы Павла.

— Вы предъявляли мне требования при задержании? — спрашивает Устинов. По его словам, сотрудники без опознавательных знаков и нашивок просто набросились на него, ничего не объяснив.

— Из-за ситуации не было возможности.

— Кто вас ограничивал?

— Сложившаяся ситуация.

Прокурор снова вскакивает с места и, повышая голос, объясняет: «Ситуация требовала!» Реагирует даже судья: «Минуточку, государственный обвинитель…»

Стоит заметить, что ни на одной видеозаписи, которые сняты с разных ракурсов и с разницей в несколько секунд, Павел не кричит лозунгов. Он только стоит и смотрит в телефон. Однако прокурор выступает против всех ходатайств о просмотре видео свидетелей защиты. Кожекина только повторяет: «Мы уже посмотрели видео, там все видно», хотя на единственной просмотренной в суде видеозаписи задержание зафиксировано не с самого начала. Адвокат Устинова Дмитрий Чешков просит: «Там есть те 20 секунд, где видно, что перед задержанием он ничего не кричит, 20 секунд, которые изобличают потерпевшего во лжи». «Все и так понятно», — улыбается прокурор.

Видео, о которых говорит Чешков, сняты журналистом «Дождя» Василием Полонским и фрилансером Олегом Козловским.

— Я был вплотную к нему в этот момент. Устинов начал терять равновесие, сотрудник полиции тоже. Сотрудник упал, Устинов остался стоять на ногах. Потом к нему подбежали другие и стали избивать дубинками, непонятно на основании чего, — рассказывает Полонский.

Прокурор вдруг интересуется у журналиста, принес ли тот с собой редакционное задание с митинга. Получив ответ «нет», разводит руками, говорит: «Ну, раз нет редакционного задания, как мы будем смотреть…» Полонский отвечает: «Я могу принести его завтра, если суд попросит. Как юрист я знаю, что редакционное задание требуется, только когда в стране военное положение или контртеррористическая операция. В остальное время оно не требуется. У меня есть журналистское удостоверение — его хватает». Прокурору этих аргументов тоже хватает, она перестает интересоваться редакционным заданием. И тем не менее все равно просит в ходатайстве отказать, потому что, снова напоминает она, «все уже всё видели». Судья отказывает в просмотре.

«Это не суд», — говорит кто-то из группы поддержки Устинова и выходит из зала. Криворучко строго спрашивает присутствующих: «Кто еще желает выйти, может?». С задних рядов слышны бранные слова на решение об отказе смотреть видео задержания.

Криворучко не выдерживает и переходит почти на крик: «Если я еще хоть слово услышу, удалять буду рядами, это понятно?»

Прокурор Кожекина продолжает странный диалог с Полонским.

— Устинов стоял, его взяли под руку и повели? — интересуется она.

— Сотрудник полиции накинулся на человека.

— Который стоял и смотрел в телефон, угу, — Кожекина саркастически улыбается. — Мы видели видео, что он вырывается.

— Я этого не видел.

— Каждый видит, что хочет, — улыбаясь, комментирует ответ Полонского прокурор.

«Мой сын — абсолютно аполитичный человек»

В суде выступают старшая сестра Павла Юля, его мама Татьяна Павловна, девушка Катя. Все они несколько раз повторяют для судьи, что Павел никогда не интересовался политикой.

— Он добрый и отзывчивый парень. У него много друзей, причем такие, которые за него просто горой. Никогда никого не обижал. Он хороший парень, — у Юли дрожит голос.

Мама Павла Татьяна Павловна выступает уверенно:

— Он очень ответственный, очень надежный молодой человек, которым я могу гордиться. Я — мать, у меня пятеро детей. Мы очень много с ним прошли. Никогда о политике он разговаривать не любил. Я в шоке. Надо понимать, какое было мое состояние, когда я читала эту ложь.

Какие лозунги? Он даже не знает этих лозунгов. Он ни кошку, ни собаку никогда не пнул. Что он делает в СИЗО? Я считаю, что на него напали без предупреждения.

Татьяна Павловна рассказывает, что слышала об акции 27 июля и просила Павла не посещать такие митинги: «Наверное, материнское чутье мне подсказало, что эти события стали роковыми в моей жизни. Я предупредила его, чтобы нигде он не появлялся, потому что обстановка накаленная. Он мне сказал, что он нигде не был и не собирается. Мой сын абсолютно аполитичный человек».

Прокурор решает зацепиться за слова матери:

— Вы зачем его предупреждали, если он отношения к ним [акциям] не имеет?

— Я — мать, — строго отвечает Татьяна Павловна — Я не могла своего ребенка не предупредить. Мне не хотелось, чтобы сын участвовал в этих акциях. Он в них и не участвовал. Он должен был там встретиться с другом.

— У вас не вызывает вопросов, почему сын встречался с другом в месте, где люди кричали лозунги? Это удобное место для деловой встречи?

— Он мне не докладывает. Я сама хожу везде.

Адвокат заявляет отвод судье Криворучко. Устинов поддерживает.

—Мнение потерпевшего? — спрашивает судья.

— Поддерживаю, — с ходу отвечает росгвардеец Лягин.

— Вы отвод судьи поддерживаете? — помогает с ответом прокурор.

— А, нет, не поддерживаю, — исправляется Лягин.

«Нет здесь вывиха»

Прения сторон. Прокурор Кожекина встает с места и начинает выразительный монолог: «Почему свидетели [защиты] обратили такое пристальное внимание к Устинову? А я считаю, что он привлекал внимание! Человек договаривается о встрече. Ну да, ты в наушниках, не слышишь громкоговорители. Но глаза-то ты не закрываешь. Я думаю, что человек для деловой беседы выберет другое место встречи».

Прокурор просит шесть лет колонии общего режима.

Выступает адвокат Дмитрий Чешков: «Показания потерпевшего о том, что при задержании Павла Устинова он якобы почувствовал боль, и после того, как Устинова отвели в автозак, шоковое состояние [у росгвардейца] прошло, и рука отнялась, — это по меньшей мере нелепо. На видео я усматриваю нападение на моего подзащитного. Я прошу суд повысить ничтожно малый процент статистики по оправдательным приговорам и его оправдать».

Прокурора Кожекину как будто оскорбляет реплика про «нелепость» показаний потерпевшего, она снова вскакивает с места:

«У нас есть объективные доказательства, что в результате действий Устинова Лягину причинен вывих средней тяжести. Это тяжелое заболевание.

Стороне защиты должно быть известно, что даже если вред легкой тяжести — он является опасным для здоровья. Говорить «нелепые показания потерпевшего» — это, мягко говоря, некорректно».

Судья Криворучко спрашивает адвоката, есть ли ему что ответить на это. «Нет, уважаемый суд, я даже отвечать не хочу. Нет здесь вывиха. Не осуществлял он в отношении Лягина никаких физических действий. Не толкал его», — уверенно отвечает Чешков.

«Смешно», — фыркает в ответ прокурор Кожекина и закатывает глаза.

Устинову предоставляют последнее слово. Он пытался задавать сегодня вопросы и потерпевшему, и свидетелям обвинения. Чаще всего судья их отклонял, потому что Устинов только повторял: «Это я выкрикивал лозунги?» — и всматривался в глаза отвечающим. Никто не смотрел на него в ответ.

— Первый сотрудник, который на меня напал, отличается от пропорций Лягина. У меня есть сомнения, что это был он, — неожиданно заявляет Устинов.

Увидев Лягина в суде вживую, многие слушатели кивают на это замечание. На видео росгвардеец примерно одного роста с Устиновым, а Лягин заметно выше его. Но человек на видео — в маске, и опознать достоверно, кто это был, нельзя.

— Я считаю, что я не наносил никакого физического вреда. Александр это прекрасно знает. Он сидит с опущенной головой, потому что он это прекрасно знает, — Павел заканчивает свою речь тихо. Он уже очень устал доказывать свою невиновность.

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera