Сюжеты

Камикадзе больше не осталось

Спецдокладчику ПАСЕ по вопросам соблюдения прав человека на Северном Кавказе не с кем говорить в Грозном

Фрэнк Швабе. Фото: imago images/Christian Spicker/TASS

Этот материал вышел в № 105 от 20 сентября 2019
ЧитатьЧитать номер
Общество

Елена Милашинаредактор отдела спецпроектов

6
 

В среду после пятилетнего перерыва в Россию приехал Фрэнк Швабе, спецдокладчик Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ) по вопросам соблюдения прав человека на Северном Кавказе. Господин Швабе посетит Москву и Чечню, итогом его поездки должен стать доклад и рекомендации правительству России, которые он представит на заседании в ПАСЕ, очевидно, в следующем году.

Последний раз спецдокладчик ПАСЕ посещал северо-кавказские республики более 9 лет назад. Это был швейцарский парламентарий Дик Марти. Он общался не только с федеральными властями и чиновниками северо-кавказских республик, но, в первую очередь, с местными правозащитными организациями, активистами и простыми жителями. В итоге, доклад Дика Марти был признан одним из лучших в истории ПАСЕ по этой теме. Причем ситуация с соблюдением прав человека в регионе в целом и особенно в Чечне и в Ингушетии уже тогда была довольно скверной.

На тот момент в Чечне только за год убили и похитили четырех правозащитников и активистов. В Москве шел судебный процесс по заявлению главы Чечни Рамзана Кадырова, который обвинил в клевете руководителя программы «Горячие точки» ПЦ «Мемориала» Олега Орлова, возложившего на Кадырова ответственность за убийство Натальи Эстемировой. В Ингушетии как раз в эти годы был пик террористической активности, велась активная и жесткая борьба с подпольем.

Тем не менее, несмотря на жесткость экспертизы Дика Марти, за принятие резолюции по докладу проголосовала даже российская делегация, положительную оценку доклад получил и от специального гостя ПАСЕ — главы Ингушетии Юнус-Бека Евкурова.

Однако с тех пор спецдокладчикам ПАСЕ в доступе в Россию отказывали, что, конечно же, было связано с приостановлением участия российской делегации в работе ПАСЕ из-за аннексии Крыма.

В июне этого года полномочия российской делегации в ПАСЕ были полностью восстановлены, и поездка господина Швабе стала символическим сигналом готовности России к сотрудничеству в области прав человека. Однако краткость, а также географическая ограниченность визита спецдокладчика (он проработает только в Москве и Грозном в общей сложности всего три дня) пока не позволяют сделать вывод о том, что Россия действительно готова к конструктивному сотрудничеству, а спецдокладчик ПАСЕ — к аргументированной критике.

Так, из сообщений государственных российских СМИ о первом дне работы господина Швабе становится понятно, почему Россия впустила спецдокладчика ПАСЕ, какие надежды возлагает на его миссию и какими методами будет реализовывать поставленную задачу. Интерфакс (а вслед за ним и другие агентства) уже назвали господина Швабе «докладчиком ПАСЕ по правам ЛГБТ в Чечне», а вице-спикер Госдумы Петр Толстой заявил со всей однозначностью о том, что репрессии против представителей ЛГБТ в Чечне — «вранье», и докладчик убедится в этом, когда «совместно с главой <Чеченской> Республики все эти вопросы обсудят».

Озабоченность Толстого (и российской власти) чеченскими геями понять можно. За пять лет отсутствия российской делегации в ПАСЕ преследование ЛГБТ-сообщества в Чечне стало одним из самых острых кризисов с правами человека в России. Однако поездка и работа Фрэнка Швабе не сводится только к этой теме, по-прежнему крайне актуальной. Более того, не сводится она даже к Чечне, так как зона ответственности спецдокладчика ПАСЕ — весь Кавказ.

Из того факта, что миссию Швабе уже свели к конкретной теме и при этом ограничили его поездку только одним днем и только одной (хотя и самой проблемной) кавказской республикой, можно сделать вывод, что принимающая сторона очень хочет, чтобы спецдокладчик ПАСЕ опроверг обвинения чеченских властей в организации, а российских властей — в игнорировании системных преследовании жителей Чечни по мотиву их сексуальной ориентации.

Надо сказать, что Фрэнк Швабе, согласившись на эти условия, поставил себя в крайне сложную ситуацию. После поездки Дика Марти в Чечню прошло девять лет, и за это время чеченские и российские власти полностью зачистили республику от правозащитников и активистов, максимально осложнили работу журналистам и окончательно запугали все местное население.

Понимая, что в официальной программе, запланированной в Чечне, значатся только чеченские правозащитники-симулякры, офис Фрэнка Швабе уже за несколько недель до поездки начал рассылать сигналы SOS всем неправительственным российским экспертам, пытаясь с их помощью найти хоть кого-то, кто захочет встретиться со спецдокладчиком в самой республике и рассказать об истинном положении дел с правами человека в Чечне. Все эксперты дружно ответили, что в Чечне таких камикадзе больше не осталось.

Вместо этого российские правозащитники, встретившиеся с Фрэнком Швабе в московском офисе Совета Европы, предложили ему остаться в Москве и поговорить с председателем Следственного комитета России Александром Бастрыкиным и Генеральным прокурором Юрием Чайкой. Именно у этих российских чиновников сконцентрированы все доказательства тяжких нарушений прав человека, совершенных на Северном Кавказе.

И безнаказанными они остаются только потому, что Следственный комитет и прокуратура саботируют расследование этих преступлений.

В частности, по Чечне российские правозащитники предложили спецдокладчику список самых громких преступлений, расследование которых оказалось совершенно провальным, и по этой причине эти дела будут теперь рассмотрены в Европейском суде по правам человека. Представитель ЛГБТ-сети Вероника Лапина и председатель «Комитета против пыток» Игорь Каляпин предложили господину Швабе поинтересоваться, почему так и не было возбуждено уголовное дело по заявлению Максима Лапунова, ставшего одной из жертв преследования геев в Чечне.

Глава «Мемориала» Александр Черкасов и руководитель теперь уже бывшего чеченского офиса «Мемориала» Оюб Титиев рекомендовали задать Бастрыкину аналогичный вопрос о ситуации с расследованием казни 27 жителей Чечни. А адвокат Марина Дубровина — уточнить у Бастрыкина и Чайки, почему по заявлению о преступлении 14 жителей Чечни, которых незаконно держали несколько месяцев в секретной тюрьме на базе полка имени Кадырова, страшно пытали, а потом заставили признаться в преступлении, которого не было, следователь, даже не опросив всех заявителей и не выполнив важнейших следственных действий, вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. А надзирающий прокурор это постановление «засилил».

Представитель «Новой газеты» напомнила господину Швабе о поджоге в марте 2016 года на границе Ингушетии и Чечни автобуса с правозащитниками и журналистами (в том числе иностранными). В тот момент Игорь Каляпин находился в жестком клинче с главой Чечни Рамзаном Кадыровым, а «Комитет против пыток» активно выдавливали из Чечни, и это было уже третье за два года нападение на его сотрудников. Через несколько дней после этого самого Каляпина забросали яйцами, мукой и облили зеленкой прямо в центре Грозного, на выходе из отеля «Грозный Сити».

Все эти нападения остались нерасследованными, следствие по делу о сгоревшем автобусе тянется вот уже 42 месяца, хотя никаких следственных действий не проводится. Продлевается же оно только по единственной причине: не допустить потерпевших к ознакомлению с материалами дела. В день встречи правозащитников с Фрэнком Швабе юристы «Комитета против пыток» и «Агоры» как раз подали жалобы в ЕСПЧ на нарушение Российской Федерацией права на жизнь, права на справедливое расследование и права на свободу выражения мнения.

«Все ответы на ваши вопросы о причинах безнаказанности чеченских властей и силовиков находятся здесь, в Москве.

Глупо ехать в Чечню и еще глупее ждать, что на ваши вопросы даст правдивый ответ Рамзан Кадыров.

Вам, безусловно, представится шанс услышать весь набор его фирменных человеконенавистнических высказываний, которые я тут даже цитировать не хочу. Но глава Чечни все-таки не диковинная зверушка, а Чечня — это не цирк», — сказал Фрэнку Швабе Игорь Каляпин.

«Я не могу отказаться от поездки в Чечню, хотя бы потому, что потом меня упрекнут, что я не воспользовался возможностью увидеть все своими глазами. Но я достаточно опытный дипломат, чтобы понимать, когда со мной играют. Я не могу запретить играть в такие игры, но я сделаю свои выводы», — сказал господин Швабе в ответ на обоснованные опасения правозащитников, что его визит будет использован российской стороной в пропагандистских целях и таким образом нанесет только вред и без того плачевной ситуации с правами человека в Чечне.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.

Топ 6

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera