Интервью

«Какой Россия может быть...»

Британский писатель Оуэн Мэтьюз — о Николае Резанове, Русской Америке и новой книге, об Андрее Сахарове и «Царь-бомбе»

Этот материал вышел в № 109 от 30 сентября 2019
ЧитатьЧитать номер
Культура

Елена Дьяковаобозреватель

1
 

Оуэн Мэтьюз — ​британский писатель и журналист. Его первая книга «Антисоветский роман» (Stalin’s Children) — ​история любви родителей автора, британца Мервина Мэтьюза и москвички Людмилы Бибиковой, история трех поколений семьи Бибиковых на фоне советского XX века — ​переведена на 22 языка.

Русский перевод новой книги Мэтьюза «Грандиозные авантюры. Николай Резанов и мечта о Русской Америке» (М.: Бомбора, ЭКСМО, 2019) вышел недавно. 500 страниц документальной прозы, сотня страниц примечаний. Щедро рассыпанный по тексту архивный материал, редкие строки Державина, житие Германа Аляскинского, записки флотских лейтенантов… портрет Резанова дан на широком фоне с перспективой. Логика развития русского XVIII века, — ​как и движения за Урал, к Тихому океану, — ​прописана ясно. И «нашему» читателю фон лишним не будет.

Беседовали мы в Иркутске, на Международном книжном фестивале фонда «Вольное дело» (основан Олегом Дерипаской). Тему Резанова и Кончиты — ​краткой безумной любви на краю света и десятилетий ожидания корабля под Андреевским флагом у мыса Монтерей — ​не трогали. И без того «Ты меня никогда не забудешь…» способен напеть каждый гражданин Российской Федерации. Но в книге этой русско-американской балладе воздана полная дань.

А внутренний сюжет Мэтьюза — ​вечное наше проклятие, экстенсивность развития. Огромные жертвы, головокружительная героика расширения земли — ​и неумение прочно и домовито окопаться на территории, где поставлен флаг. Вечная способность и страсть мощно раздвигать свою территорию, но не особо возделывать ее.

Николай Резанов в «Грандиозных авантюрах» — ​игрок и прозорливец. Абсолютный человек своего времени — ​но с озарениями, далеко опережающими 1800-е годы. А как бы и не наш век. И это — ​главное в его сумасшедшей судьбе, с размахом расписанной в документальном романе.

— Почему именно Резанов? Какую тему фокусирует его судьба?

Фото из соцсетей

— Исторический Николай Резанов был герой очень многогранный. Не только герой-любовник, как в «Юноне» и «Авось». …Хотя в поэме Вознесенского, в мюзикле тоже подчеркнуто: автор владеет историческими источниками, цитирует их.

Резанов — ​сложный, неоднозначный. Иногда и мерзавец. И одновременно имперский мечтатель. Он был, думаю я, одержим не только Кончитой, но огромной и властной имперской мечтой.

Самое главное, самое потрясающее: он — ​человек, который видел мир. И исходя из этого знания мыслил, какой Россия может быть. Был одержим мечтой поселить новую и лучшую Россию на берегах нового мира. От самых диких его берегов до Калифорнии, в 1800-х гг. тоже еще довольно дикой.

Резанов понял: главный двигатель империй в его время — ​не цари, не армии…

— Что же тогда?

— Коммерческие компании! Нам сейчас это сложно представить, но по сути Индия была завоевана не британской короной, а британской Ост-Индской компанией. То есть в принципе — ​частной фирмой.

Но эта частная фирма властвовала судьбой 150 млн людей. Имела свою армию в двадцать тысяч душ, свой флот, свои деньги, свой флаг, пушечные и литейные заводы… И — ​полномочия от государства.

Так вот: Резанов создавал Русско-Американскую компанию по образцу Ост-Индской компании. Чтобы завоевать, освоить северо-западное побережье Америки.

Он основал — ​или задумал — ​масштабную торговую империю между Русской Америкой, Китаем, Японией и материковой Россией.

— А где ж там чай, алмазы, пряности, шелк?

— Там была пушнина. Одна шкура калана, морского бобра, стоила тогда 100 испанских долларов. Это зарплата матроса за полтора года. В 1803 году в Охотск пришел корабль «Мария». Груз стоил 2,5 млн рублей: это расходы императорского двора за два месяца. Один корабль! Резанов рано умер и идею не воплотил. Но она была гениальной.

Резанов был человек эпохи Просвещения. Петербуржец. Он видел море, мыслил морем. А в ходе карьеры оказался в Иркутске и увидел сухопутную торговлю. Со времен Шелкового пути остались «технологии»: караваны пушнины шли на юг, караваны чая — ​на север. Все через Кяхту.

В Сибири Николай Петрович Резанов встретил как бы старый мир, который пора сломать. Да, казаки завоевали и освоили Русскую Америку. По той же схеме, что Сибирь: гнались за пушниной, истребляли ее в каких-то землях, шли дальше. Камчатка, Алеутские острова, Аляска…

Резанов понял: пора ломать эту средневековую систему и перейти в новый мир:

мореплавание, торговля, международные компании. Он хотел видеть Россию полноценной мировой торговой и военно-морской империей.

— Титан Просвещения… В белой рубахе, со взором горящим.

— Ну, нет! Все сложнее. Недавно вышли мемуары попутчиков Резанова по первой российской кругосветке. Записки И.Ф. Крузенштерна хорошо известны, но в новом издании восстановлены «купюры». То, что было вырезано. Там очень много желчи! Особенно в отзывах о Резанове.

И есть записки Левенштерна, лейтенанта корабля «Надежда», который очень смешно и страшно ехидно описывает почти каждый день плавания, бесконечные скандалы между Крузенштерном и Резановым. Они так перессорились, что, когда приплыли в Бразилию и ремонтировали корабли, Крузенштерн велел плотникам сделать перегородку в кают-компании.

Судно 45 метров, на нем 65 человек, из них 20 господ офицеров. Каждый день обедают вместе… но Резанов — ​за перегородкой!

Очень смешные записки Левенштерна! Его немецкоговорящие потомки (лейтенант был из балтийских немцев) какие-то скабрезные части рукописи предка потом вырезали ножницами. Например, об отношениях с девушками на островах Тихого океана: девушки приплывали к кораблю, залезали — ​и за тряпочки исполняли все желания. Но человек, который редактировал Левенштерна, явно на кириллице не читал. И там уцелели прекрасные подлинные реплики Резанова, соленый русский язык XVIII века…

Видно по письмам: тяжелейшие, чудовищные условия Русской Америки и кругосветки расшатывают психику героя. Он словно отчасти сходит с ума. И не он один: стоит «Надежде» и «Неве» войти в любой порт — ​

на почту сдают огромное количество полубредовых писем с жалобами и сплетнями. Вся кают-компания пишет доносы друг на друга! Отправляют, плывут дальше.

А почта движется в Петербург, и никто там не понимает, получив пакет сумасшедших документов, что на этом несчастном судне происходит.

Но это тяжелейшее плавание и прочистило его ум каким-то образом. И подтолкнуло к удивительным и дальновидным мыслям.

— О Русской Калифорнии?

— Это даже не главное. Да, он доплыл до Калифорнии и увидел там, что гарнизон Сан-Франциско состоит из 30 человек. Что номинально правит в колонии Испанская империя — ​абсолютно уставшая и неэффективная. И что любая активная держава (он думал, что это будет Россия, оказалось — ​не Россия) может завоевать эту территорию за одно мгновение.

Но я говорю о других идеях и прожектах Резанова. Куда смелее.

Он ведь не первый задумался о близком соседстве России и Америки в северных широтах: еще Ломоносов, потомок поморов, очень интересовался этим. Ломоносов и нарисовал первую карту мира сверху, с Северным полюсом в середине. Там мы видим: Россия напрямую примыкает к Аляске. И Екатерина II отправляла в те края экспедицию.

Но все разбивалось о слабое кораблестроение — ​и о человеческий фактор. И вот об этом Резанов многое понял!

Он увидел на личном опыте: чем дальше движешься на северо-восток по Российской империи, тем труднее найти людей для таких свершений. Чем дальше забираешься, тем крепче отчаянная смесь преступников, авантюристов, беглых крестьян, такой «дикий Запад» Сибири. А уж чтобы попасть в Русскую Америку… надо, чтоб и «дикий Запад» отверг человека.

И Резанов под конец жизни понял: люди — ​самая фундаментальная проблема. Чтоб создать стабильную колонию, которая может действительно жить своей жизнью в тысячах верст от метрополии, надо было создать там класс вольных крестьян-землевладельцев. Почти казаков, собственно.

Но именно свободных: не крепостных и не ссыльных.

Россия этого не сделала. И, между прочим, Испания этого тоже не сделала. Колонии обеих стран держались на экономике конфискации и эксплуатации. И независимые землевладельцы, как в Северной Америке, оказались куда надежней для «закрепления флага» далеко от метрополии.

— В вашей книге замечательно изложены и прокомментированы поздние проекты Резанова, его записки о необходимости труда свободных людей, земледельцев и мастеровых в Русской Америке. Эти мысли кажутся самым живым его наследием.

— Можно сказать: он был профессиональным политиком. И многому научился в молодости в Петербурге, когда был заместителем личного секретаря Платона Зубова — ​последнего и самого корыстного, видимо, фаворита Екатерины II.

Резанов много впитал при дворе. Стал умным манипулятором. Смотрите: он очень умело при трех царях, то есть при Екатерине II, ее сыне Павле и потом при Александре I — ​постоянно лавировал. Лоббировал интересы своего детища, Русско-американской компании. А у каждого из этих трех абсолютных монархов, таких разных, надо было лоббировать свое дело по-другому. Он был хитрым и эффективным политиком.

Но был и игроком. Играл всегда за очень большие ставки. У него была — ​особенно когда проекты срывались — ​смелость и дерзость, самолюбие… не знаю… тщеславие. Можно по-разному называть, но он всегда играл ва-банк.

— Вы ведь прошли дорогами Резанова, пока писали книгу?

— Я был в Сан-Франциско, в калифорнийском Форте Росс. В Ситке — ​это бывший Новоархангельск, на Кадьяке, на разных островах Алеутских, на Камчатке. В Охотске не был: в эпоху моего героя это был главный тихоокеанский порт, а сейчас там запустение. И доехать невозможно.

Был в Иркутске. В Санкт-Петербурге, естественно. В Пскове.

Самое великолепное: встречать таких же одержимых, как ты сам. Везде были краеведы, музейные работники, интеллигентнейшие женщины, которых тоже бесконечно интересуют маленькие забытые кусочки прошлого.

И сразу начинается такой внятный разговор своих со своими… Ну просто как в песне: сказал кочегар кочегару.

Той же породы люди меня возили по Аляске — ​в свое свободное время, на своих машинах. Монахов вызывали с острова Спрус.

…Спрус айленд, Еловый остров в заливе Аляска, — ​там живут монахи, там скит. Они выходят два раза в неделю на какой-то мыс, где ловится мобильный сигнал из Кадьяка, чтобы получать СМС-сообщения. Потом отзванивают — ​и уходят в обитель.

Там все православные, все алеуты православные, все священники православные, но при этом американцы. Православные, в рясах, но служат на английском. Все иконы подписаны на английском — ​Сент-Майкл, а не Михаил Архистратиг. Очень интересно.

И вот: договорились с монахами, они переплыли двухкилометровый залив в определенное время, мы их ждали на черном песке. Плывет монах, прямо как с картины Нестерова. Лодка причаливает, меня забирает. В гости, в скит.

— Книга о Резанове вышла в Великобритании в 2013 году. Русский перевод — в 2019-м. У вас, наверно, есть и новые книжные проекты?

— Я в этом году выпустил две новые книги. «Безупречный шпион» — ​биография Рихарда Зорге. Это первая книга, которая вышла на Западе, но ссылается на советские источники, на работы блестящих историков Михаила Алексеева, Владимира Чунихина, на данные досконально изученных ими советских архивов. О Зорге на Западе вышло около ста книг, но почти все — ​на японском. И никто, кажется, до моей книги не сводил два пласта данных в одной биографии.

Еще я написал триллер «Черное солнце» на основе мемуаров академика Андрея Сахарова. Действие происходит в закрытом городе Арзамас‑16 в октябре 1961 года, в кругу ученых, которые строят РДС‑220. Так называемую «Царь-бомбу». В 5 тысяч раз мощнее, чем та, которая снесла Хиросиму.

За десять дней до испытания этой бомбы, самой большой термоядерной бомбы, которая когда-либо была взорвана, — ​Андрей Сахаров заменил ее корпус. Она была из урана. 26 тонн урана.

Его заменили на свинец, потому что у Сахарова была рабочая группа, допускавшая в своих расчетах, что «Царь-бомба» спалит атмосферный водород и сожжет атмосферу планеты Земля.

Бомбу взорвали над архипелагом Новая Земля, на высоте 4 тысяч метров. Взрывом выбило стекла в Финляндии — ​на расстоянии 900 километров. Взрывная волна обошла земной шар три раза. С мощностью 5,5 балла по шкале Рихтера.

Меня интересовало мышление, психология людей, которые работают с такими материями. И то, что Сахаров решил сильно погасить мощность своей же бомбы. Это в основе сюжета. Все точно соответствует реальности.

— А русские переводы будут?

— Сorpus недавно приобрел права на книгу о Зорге. У триллера «Черное солнце» русского издателя на сегодня нет.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.

Топ 6

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera