Интервью

«Давят врачей, давят психологически»

Анастасия Тарабрина, руководитель «Альянса врачей», — о забастовке медиков в Пермском крае и профсоюзной работе

Фото: Александр Рюмин / ТАСС

Общество

Александра Семеноваспециально для «Новой»

 

Медработники в Перми и Губахе объявили бессрочную забастовку. Требуют решить вопрос дефицита кадров и достойной зарплаты. Для этого — ​отказываются от дополнительных дежурств и внутреннего совместительства, работают на одну ставку.

«Сегодня мы вынуждены работать на износ при остром дефиците кадров. Мы еле-еле закрываем ночные дежурства. При этом вынуждены совмещать работу в отделении и в травматологическом пункте. А потом стоим по многу часов на ногах в операционной. За все переработки и работу по совместительству моим коллегам платят копейки. Мы так больше не можем. Мы устали от отсутствия нормальных условий труда, мы устали от того, что нашу работу не ценят и нас не уважают», — ​заявил в видеообращении с объявлением забастовки заведующий травматологическим отделением ГКБ № 6 Александр Ивченков.

Координатор забастовки — ​независимый профсоюз «Альянс врачей». «Новая газета» поговорила с зампредом проф­союза Анастасией Тарабриной о том, почему бунтуют прикамские медики, как на это реагируют краевые чиновники и каких изменений в Перми уже добился профсоюз.

Анастасия Тарабрина. Кадр / Youtube

— Сколько врачей участвуют в забастовке, из каких они больниц?

— В Пермской больнице № 6: травматологи, которые работают в травмпункте, травматологическое отделение, отделение новорожденных и акушерское отделение. И город Губаха, хирурги. Еще стоматологи планировали присоединиться, но пока тихо. Другие больницы пока боятся, да и «первички» (первичные профсоюзные организации — ​Ред.) у нас есть не везде.

Что касается количества врачей, то в среднем около 20. Точную цифру назвать сложно. Объясню, почему. Объявили мы забастовку. В нашем видео выступил заведующий травматологическим отделением 6-й больницы. Что было на следующий день? Мелехова, министр здравоохранения Пермского края, главные специалисты и два прокурора ​поехали в нашу больницу. Они приходят к конкретному человеку, заведующему травматологией. Естественно, как психологически должен себя доктор чувствовать, когда к нему в кабинет заходят министр, целая куча народу и еще два человека в погонах? И заведующий травматологией прекратил свое участие в забастовке. Он говорит мне: «Анастасия Валерьевна, ну вы же понимаете, они мне пообещали». А потом, через несколько дней, он мне звонит и говорит: «Только мы накануне договорились, что они что-то сделают, и опять такая же проблема: в 15.15 доктор уходит, и некому дежурить в травмпункте».

Так же они и в Губаху приезжали к бастующим. Их давят, врачей давят психологически.

— Давайте подробнее о ситуации с травмпунктом.

— В травматологическом пункте ГКБ № 6 уже более полугода нет врача после 15.00. Есть только один врач, он отрабатывает смену с 8 до 15 и уходит. Хотя травмпункт должен работать круглосуточно. Обратившимся после 15.00 рекомендуют прийти на следующее утро или ехать в другой травмпункт. Экстренных пациентов приходится принимать врачам травматологического отделения больницы.

Проблему можно легко решить: нужно увеличить зарплату врача-травматолога. Но министерство здравоохранения не рассматривает такую возможность, несмотря на происходящее.

А вообще идея забастовки принадлежит заведующему Ивченкову. Он мне позвонил и сказал: «Настя, надо что-то сделать, помоги». Но сейчас они все равно прикрывают травмпункт, я думаю. То есть  оказывают экстренную помощь, когда совсем все плохо с пациентом.

— Каковы требования забастовки?

— Оплачивать переработки в двойном размере. Учитывая, что отозваны и расторгнуты договоры на внутреннее совместительство. Оплачивать переработки до того момента, пока не будут найдены дополнительные кадры, то есть нужно доукомплектовать больницу медиками.

Потому что нельзя жертвовать сотрудниками. Нельзя работать на 2–3 ставки. Невозможно в таком режиме постоянно работать.

— Хоть в какой-то части министерство здравоохранения пошло навстречу? Выполнены требования?

— Нет, ничего они не оплачивают. Биктаев [Шамиль Биктаев, заместитель министра здравоохранения края] говорит, что 20 тысяч рублей на ставку — это нормально.

Его подход такой: вы возмущаетесь? Мы вам разрешили работать на 3 ставки — ​зарабатывать. Если вам не нравится, мы сейчас штатное расписание сократим, вот и будете работать каждый на одну ставку официально и получать 20 тысяч. И посмотрим.

Вместо того чтобы ликвидировать дефицит кадров, замминистра решил сократить почти в два раза койки в акушерском отделении и отделении для новорожденных ГКБ № 6. 16 сентября главврач больницы Гневашев подписал приказ о сокращении коек. Но пока отделения работают в прежнем режиме. Я считаю, что этот приказ — ​просто пугалка. Так нельзя делать. По закону, главврач не имеет права просто так взять и сократить койки. Это должен решать минздрав, но нет никакого приказа минздрава. Когда сокращаются койки, сокращаются ставки. Это логично. Но если сокращаются ставки, то сокращают людей. То есть надо за два месяца каждого уведомить, и нужно уведомить проф­союз, учитывая, что почти все состоят в нашем профсоюзе.

— Сколько всего медиков в краевом отделении «Альянса врачей»?

— В Пермском крае больше ста медработников, 110–115 человек.

— Чем еще занимался профсоюз, кроме забастовки?

— Чего мы добились. Ремонт горбольницы № 6 это, конечно, наша заслуга. Компьютерный томограф не работал? Не работал. Вот он, сделали. С-дуга не работала почти два года — ​не работала. Сделали. Сейчас у нас ремонтируется крыша в роддоме и ремонтируется табло, где коммуникации. Крыша у нас прямо активно начала течь зимой. Разводы на потолках и капало. Даже в операционной капало, тазики мы ставили.

— Что по этому поводу говорили в минздраве?

— А что они скажут? У больницы на тот момент была кредиторская задолженность 55 миллионов. После того как мы начали возмущаться, публично заявлять о проблемах, инициировать проверки, минздрав выделил субсидию и большую часть задолженности закрыли. Прямо сейчас занимаются также ремонтом крыши хирургического корпуса.

Еще в 2015 году здание гинекологического отделения было признано аварийным. В 2017 году в отделении обрушился потолок, и гинекология срочно переехала в здание хирургического отделения, разместившись в помещениях на разных этажах. У хирургов и гинекологов с тех пор одна операционная. Но хирургический корпус тоже в ветхом состоянии. Сейчас краевой минздрав вообще решил не ремонтировать здание гинекологического отделения, а ведет ремонт в хирургии, чтобы разместить там гинекологию.

— Как вы попали в профсоюзное движение и создали в Перми реготделение «Альянса врачей»?

— Я работаю акушером-гинекологом в роддоме 6-й больницы с 2014 года. У меня красный диплом. Закончила интернатуру, проходила ее там же, на базе этого роддома, и осталась там работать. У меня есть договор на получение субсидии, то есть частичной компенсации оплаты на покупку жилья. И у меня этот договор заканчивается 26 ноября. С 2013 по 2015 год был приказ минздрава, назывался «По закреплению молодых кадров». Минздрав дает субсидию молодому специалисту, заканчивающему интернатуру, а специалист должен пять лет отработать в определенной больнице. Не все больницы в этой программе. Как правило, периферийные, проблемные, где острая нехватка сотрудников. У нас несколько неонатологов по этой программе, два акушера-гинеколога, хирурги. Сейчас такой программы нет. Я думаю, что многих этот контракт и держит на работе. После того как он закончится, они уйдут. Если ничего не изменится.

А профсоюз наш начался с того, что мы просто возмутились ситуацией. Все: медики, медсестры в нашей больнице № 6. Мы решили подать жалобу. Прежде всего на несоответствующий уровень заработной платы.

Сокращения зарплат начались сразу после выборов президента, в марте 2018 года.

Я уже знала «Альянс врачей» и обратилась к ним за юридической помощью, чтобы грамотно составить жалобу. И они мне помогли. И сказали, что, если я хочу бороться, нужно создавать профсоюз. Много примеров врачей активных, которые пытаются в одиночку что-то сделать. Как правило, это заканчивается плохо, увольнениями. Потом приходится очень сложно восстанавливаться. Нужно себя защитить. В первую очередь — юридически. А профсоюз в этом как раз помогает.

Пермь

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera