Омск. Мать погибшего солдата добилась временного жилья и приблизилась к правде, скрываемой государством

Политика

Георгий Бородянскийсобкор по Омской, Томской и Тюменской обл.

Семья Алмы Бухарбаевой вселилась в новую квартиру. Трехкомнатную. Правда, на самой окраине города - дальше некуда. Однако квартира эта им не принадлежит - мэрия предоставила ее на условиях коммерческого найма: квартплата плюс 2 тысячи...

Семья Алмы Бухарбаевой вселилась в новую квартиру. Трехкомнатную. Правда, на самой окраине города - дальше некуда. Однако квартира эта им не принадлежит - мэрия предоставила ее на условиях коммерческого найма: квартплата плюс 2 тысячи рублей в месяц. Семье Алмы Бухарбаевой пока неясно, где их брать: весь их доход - пенсия мужа, инвалида 1 группы, 5700 рублей, и пособие - за погибшего старшего сына Марата, 293 руб. 6 коп (в июне 30 рублей добавили). Правда, другой сын, Руслан, старший из остальных, недавно на отлично защитил диплом программиста, устроился на работу. Зарплата, не та, которую обещали: вместо 12 за первый месяц заплатили 2 тысячи руб. -как раз на коммерческий найм. Остается на шестерых 6 тысяч руб. в месяц минус квартплата. Они так все время живут - им не привыкать. Только вот в последнее время цены растут очень быстро.
И все-таки, это - достижение, и немалое: их переезд в человеческое жилье. В том, где они жили раньше, людям жить не положено: домик с прогнившими стенами, разделенный перегородкой на две клетушки. Чиновники, составлявшие «акты обследования жилищных условий», не выдерживали и полчаса: боялись, что грибковые споры проникнут в легкие. Бухарбаевы в этом доме прожили пять с половиной лет.

О том, как пришла в Омск из воинской части Бикинского гарнизона (Хабаровский край) телеграмма «Ваш сын покончил с собой», которой Алма Бухарбаева не поверила, «Новая» рассказала 24 июля 2006 в публикации «Не вскрывать!». Таков был приказ командования в/ч, переданый матери офицерами, сопровождавшими цинковый гроб. Алма нарушила его и обнаружила отсутствие на шее Марата странгуляционной борозды (следов повешения), а также перелом переносицы, седой висок, на руках - следы от наручников, от подбородка до паха шел шов, в теле не было внутренних органов. После чего командир в/ч прислал Алме «опровержение» предыдущей своей телеграммы: «Произошла ошибка, прошу прощения, Ваш сын погиб при исполнении воинских обязанностей».

Командир перестраховался: Бикинский суд, затем Краснореченский признали Марата самоубийцей. И Дальневосточный окружной - подтвердил. Пять лет Алма ищет правду: при переезде самым тяжелым грузом была стопка с отписками (из минобороны, прокуратур, пограничного управления ФСБ...) - в коробку, говорит, еле втиснулись. Рухлядь, поросшую грибками - шкаф и комод - Алма решила на новое место не брать. Стол, стул, кровать, табуретки, кушетка...Фото Марата повесит - и стены не будут голыми.
На новоселье она соберет всех омских ходоков. Они ей теперь, как родные - фермеры, педагоги, правозащитники. Вместе прошли по всем ветвям власти, местной и федеральной. Если бы каждый был -  за себя, то ничего бы у них не вышло. Эта жилплощадь - их общее достижение, как и газификация села Верхний Карбуш. Надо теперь, говорит Алма, добиться, чтобы крестьянам нашим дали кредиты. Фермеры, когда в Омске бывают, не проезжают мимо нее. Виктор Осеев недавно мешок картошки завез. Алма серчает на него: «Я - не нищая». Он говорит: «Бери, а то разругаемся».

Это временное жилье предоставлено семье на 5 лет. К тому времени, может статься, подойдет очередь на постоянное - Бухарбаевых включили в нее по жилищному сертификату минобороны, выдаваемому только тем, чьи родные «погибли при исполнении...». И на том же основании было назначено упомянутое выше пособие (293 руб.6 коп.). Семьям воинов-самоубийц и такого вспомоществования не положено. Стало быть, сама армия не считает, что Марат покончил с собой. Вот такая странная двойственность.

Главное достижение Алмы - получение из Краснореченского суда материалов уголовного дела. Сколько раз обращалась туда, и в Бикинский суд, и в прокурарутуру ДальВО - отовсюду отвечали: «нет оснований». Помог омский правозащитник, тоже из ходоков,  Дмитрий Щекотов, инвалид первой группы по зрению. Его требованию суд отказать не смог. В материалах, полученных Алмой, есть «предсмертная записка» Марата, и посмертная его фотография, где на шее вдруг появилась странгуляционная борозда (об отсутствии ее свидетельствовали имам и старейшины села Южное, где сын Алмы был похоронен, медик фельдшерско-акушерского пункта). О предсмертной записке судите сами. Для сравнения: письмо Марата домой. На мой взгляд, писали их люди разные. Содержание записки, дословно: «Я сделал это, потомучто Белоногов меня бьет. Я не могу терпеть. Он сказал, что я украл сахар, я его не брал. Увезыте меня домой. Он меня избил сегодня ни за что»..

Мог ли написать подобное человек, решивший уйти из жизни? Обращение не к матери, не к родным, а к «отцам-командирам», державшим его за раба - как рассказывали Алме сослуживцы Марата, в гарнизонной бане, где он служил истопником, его на ночь приковывали к батарее наручниками, от чего и черные следы на запястьях. И зачем такое писать перед смертью - чтобы после нее наказали обидчика? Чушь. Марат был умным, добрым, великодушным, о чем свидетельствуют и солдаты, с которыми он служил и письма его домой, кстати, довольно грамотные в сравнении с общим образовательным уровнем его сверстников. Он учился в русской школе и по-русски говорил правильно («увезыте» - дешевая подделка под «казахский акцент»). Так что эту записку скрывали от Алмы не зря. Однако окончательный ответ - он писал или нет - должна дать почерковедческая экспертиза, независимая от минобороны, прокуратуры и ФСБ. Если выяснится, что рука - не Марата, из этого последует многое. Первое: осужден по статье «доведение до самоубийства» и отбыл 2 года в колонии невиновный - ефрейтор Руслан Белоногов (в статье «Не вскрывать» мы рассказывали о том, какие «стежки» проступают на данном судебном решении). Я не раз разговаривал по телефону с его матерью (живут они в Биробиджане, Хабаровский край). Она плакала, признавалась, что опасается за его жизнь.
Напомним, что не доведено до суда уголовное дело по фактам изъятия у пациентов двух хабаровских краевых больниц 112 почек - без согласия больных и их родственников. Возбуждалось оно районной прокуратурой, краевым властям удалось скандал загасить. Время этих событий совпадает со временем службы Марата. А изъяты были органы у него не в Бикине - проводила медэкспертизу и выдала липовое освидетельствование 345-я судебно-медицинская лаборатория ДВО, расположенная по адресу: город Хабаровск, улица Серышева, 1.

Кстати, в этом документе у Марата значится 1-я группа крови. Алма помнит, что у него была 2-я, как у нее и ее первого мужа, отца Марата - Буртубаева Иврая Искаковича (у детей и родителей, как известно - одна кровь). Она делала запросы в больницы Калачинского, Павлоградского районов, где до армии жил Марат. Данные о его группе крови не сохранились (хотя их полагается хранить 25 лет). Подала запрос в областную клиническую больницу, где в 1988 году оперировали на сердце ее покойного мужа. Получила на официальном бланке ответ: сведения о группе крови И.И. Буртубаева могут быть предоставлены только...с его согласия. То есть требуется согласие человека, которого нет в живых. Подписал ответ главный врач, депутат Законодательного Собрания Константин Леонидович Полежаев, старший сын омского губернатора.

Алма будет добиваться права на эксгумацию, в разрешении на которую прокурорские ей отказывают 5,5 лет. Она будет искать правду и уверена, что найдет - если не в своем родном государстве, то в международных следственных органах. Ходоки Омской области ей помогут.

Читайте также

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera