Массовые проверки правозащитных организаций. Комментарии

Политика

Александр ЛитойНовая газета

В начале недели московская прокуратура запросила документы десятков неправительственных организаций, разместив на своем сайте краткое сообщение о том, что «начата проверка исполнения Федерального закона «О некоммерческих организациях» в...

В начале недели московская прокуратура запросила документы десятков неправительственных организаций, разместив на своем сайте краткое сообщение о том, что «начата проверка исполнения Федерального закона «О некоммерческих организациях» в целях изучения правоприменительной практики, возникшей в связи с изменениями, внесенными в последние годы в указанное законодательство». Предположительно, речь идет только об организациях, имеющих (частичное) иностранное финансирование.

Правозащитники, «к которым пришли», комментируют ситуацию для «Новой».

Елена Панфилова, член Совета при Президенте РФ по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека, директор российского отделения Transparency International:

«Нам тоже пришел факс с просьбой предоставить документы в прокуратуру. В силу того, что в нем были некоторые неточности и неверная информация, согласно процедуре, мы вчера ответили официальным письмом в нашу межрайонную прокуратуру с просьбой уточнить информацию и направить к нам новый запрос. Если сочтем ответ достаточным и разумным, мы предоставим информацию, ничего секретного в ней нет. Пока нам не звонили и не писали.

Насколько я знаю, московский уполномоченный по правам человека Александр Музыкантский готовит запрос в московскую прокуратуру и общественный совет при ней пытается выяснить, что это всё значит.

Версий мы с вами даже вдвоем можем накидать штук 100. Что значит сообщение на сайте московской прокуратуры об «изучении правоприменительной практики», как глубоко они собираются её изучить, почему такая срочность – нам, например, было дано два часа на сбор всей информации.

Это может быть всё, что угодно: от, действительно, какого-то срочного исследования, которое у них, например, потребовала Генпрокуратура, а может быть, что-то другое. Я не люблю гаданий на кофейной гуще»

Лилия Шибанова, исполнительный директор ассоциации «Голос»:

«Запрос пришел из межрайонной прокуратуры, чтобы мы предоставили практически все документы, касающиеся уставной, финансовой деятельности и др. Мы считаем, это незаконно, общественные организации должны проверяться Минюстом. Скорее всего, поручение было из какого-то госоргана, причем очень жесткое. Это показатель какой-то широкомасштабной кампании, проходящей в форме давления. Документы мы предоставили. Мы так поняли в межрайонной прокуратуре, что все наши документы свезут в городскую. Скорее всего, из всех предоставивших организаций будет сделана какая-то выборка и начнутся дальнейшие процедуры».

Елена Тополева, член Общественной палаты России, директор Агентства социальной информации:

«Запросы ушли в совершенно разные организации, совершенно в разных сферах работающих. Их объединяет только то, что у них у всех есть какое-либо иностранное финансирование. Кроме правозащитных, там есть, например, Институт экономики города, Центр фискальной политики, «Достижения молодых», «Устойчивое развитие». По моим предположениям, не меньше ста организаций.
Юристы «Агоры» считают, что это незаконно. Как неюристу, мне очень странно и непонятно, почему проверку проводит прокуратура, а не Минюст. Вроде прокуратура должна вмешиваться, когда организация в чем-то подозревается. Я не очень верю, что это проверка того, как НКО соблюдают все поправки в законодательство. Должна быть какая-то причина. Сколько я работаю в некоммерческом секторе, с такими масштабными проверками не сталкивалась.

Мы вчера предоставляли все документы, которые от нас потребовали. К нам пришли вечером во второй половине дня позавчера, а документы нужно было представить вчера в 11. Человека три или четыре до поздней ночи все эти документы ксерили. Ещё было неприятно, что пришли с милиционером».

Даниил Мещеряков, программный координатор Московской Хельсинской Группы:

«Мы считаем, что эти действия незаконны, контроль за деятельностью некоммерческих организаций возложен на Минюст. Прокуратура может проводить проверки в случае наличия у неё информации о преступлениях или правонарушениях. Эта проверка вредит нормальной работе большого количества организаций. Подготовка того перечня документов, который они запрашивают, в нереально сжатые сроки, конечно, вещь очень трудоемкая и фактически невыполнимая.

По мере подготовки, документы мы предоставляем. В первый день за два часа, которые у нас были для подготовки к первому визиту в прокуратуру, мы предоставили уставные документы и те, которые мы предоставляли в Минюст. Сегодня нам надо довести договоры аренды помещений, информацию о платежах и протоколы собраний. Сейчас это переходит в разряд рутины, когда из нас каждый день будут требовать очередные документы. Естественно, это означает, что наша бухгалтерия не работает эффективно, кому-то нужно регулярно ездить в прокуратуру, которая не очень близко от нас находится. Масса технических неудобств.

Я думаю, это своего рода демонстрация организациям, что у власти есть множество технических способов вносить неудобства в их повседневную работу. Проверяются организации, которые пользуются иностранной помощью, или же имеют нелестные отношения с властями».

Юрий Джибладзе, президент Центра развития демократии и прав человека:

- Формально по закону о прокуратуре, она, в принципе, имеет право проводить проверки не только в случае совершения преступления, но и в порядке надзора за исполнением законодательства. По закону о некоммерческих организациях, функции контроля за ними осуществляет Минюст. И есть процедуры, пусть даже несовершенные: о проверке должны предупредить письменно за пять рабочих дней, должен быть перечень требуемых документов. С другой стороны, существует закон, защищающий права юридических лиц во время проведения проверки – знаменитый закон, который президент Медведев активно продвигал, чтобы снизить давление на бизнес. Но проверки прокуратуры этим законом не регулируются.

По закону о прокуратуре четких правил, регулирующих её проверки, нет. Но в данном случае нормальную задачу Минюста зачем-то выполняет прокуратура, причем со странной выборочностью, причем в режиме, который можно приравнять к выемке документов. Необъяснимо, зачем эта проверка нужна в таком пожарном, устрашающем режиме.  Исполнители говорят, что на них сильно давит начальство. Один из проверяющих сказал, что на днях будет, якобы, какое-то важное совещание по борьбе с терроризмом, и поставлена задача посмотреть на финансовые потоки и возможную поддержку из-за рубежа. Есть информация, что одной из организаций сказали, что их документы также направлены в Минюст, налоговую и ФСБ.

Читайте также

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera