Дмитрий Медведев прилетает 6 декабря в Варшаву, начиная с Польши свое европейское турне

Политика

Александр МинеевСоб. корр. в Брюсселе

В Польше президента России ждут признаки перемен не только в городском пейзаже Варшавы, но в политических ожиданиях. Сталинская высотка Дома науки и культуры, которую варшавяне недолюбливают, видя в ней символ слишком крепких объятий не...

В Польше президента России ждут признаки перемен не только в городском пейзаже Варшавы, но в политических ожиданиях.

Сталинская высотка  Дома науки и культуры, которую варшавяне недолюбливают, видя в ней символ слишком крепких объятий не столь далекого прошлого, теперь не одинока. Ее обступают небоскребы банков, гостиниц, офисных центров.

Польша, побывав в политической географии то Восточной, то Центральной Европой, переместилась в Западную. Она стремится войти в роль восточного политического форпоста Евросоюза и НАТО.

Успех зависит, прежде всего, от способности выстроить отношения с Россией, отягощенных грузом давних проблем.

От каждой встречи  на таком уровне ждут подвижек. Список вопросов, известен давно. Если хотя бы часть была решена, это означало бы успех. Некоторые имеют символическое значение, например, разное толкование совместной истории.

«Никогда за тысячу лет отношения между Польшей и Россией не были лучше, чем после 1991 года. Правда, после 2004 года наступило охлаждение, а иногда оно превращалось в замораживание. Сейчас происходит возврат к нормальному состоянию», - считает экс-министр иностранных дел Польши профессор Адам Ротфельд, с которым мы встретились в Варшаве.

Он напомнил, что до разделов Польши наши страны воевали. Был 1612 год, хотя у поляков  вызывает улыбку драматизация тех событий, которые и не была на самом деле войной. Люди, которые заняли Кремль, не представляли польского государства. После возрождения Польши в 1918 году – опять война. Позднее – пакт Молотова-Риббентропа…

Перечисление  титулов и званий профессора Ротфельда заняло бы полстраницы, но к нашему разговору имели отношение два: член «группы мудрецов» НАТО, готовившей проект стратегической концепции альянса, в том числе в части отношений с Россией; и сопредседатель (наряду с ректором МГИМО Анатолием Торкуновым) польско-российской группы по сложным вопросам (или по трудным вопросам).

«Называют и так, и так, хотя трудные вопросы не всегда сложные», - замечает он.

О создании группы договорились еще в 2002 году после  последнего визита в Польшу президента России (Владимира Путина), но заработала она только два года назад, когда чиновников и дипломатов в ней сменили историки и юристы, и стала катализатором польско-российского сближения.

«Будем откровенны, историческая память – это важный компонент внешней политики любого государства, - считает Ротфельд. – Для россиян, например, Суворов был и останется великим полководцем. Это факт. Но в Польше его вспоминают как автора резни гражданского населения в Праге – правобережной части Варшавы, где были убиты десятки тысяч жителей. Мы не собираемся низвергать икону Суворова в России. Там он каноническая фигура».

Решили сосредоточиться на новейшей истории – после 1918 года, выделили 16 вопросов, по которым вели исследования. Сегодня в Варшаве состоится презентация толстого тома с их результатами. По предложению Ротфельда, книга названа «Белые пятна, черные пятна». Все разделы написаны с обеих, зачастую разных точек зрения. В ней сведены факты, которым дана разная интерпретация.

«Правда никогда  не лежит посредине. Она лежит  там, где лежит. Это не предмет  переговоров, дипломатического торга», - поясняет свой подход профессор.

Самый трудный  исторический вопрос – это Катынь, расстрел нескольких тысяч польских офицеров, интернированных после ввода советских войск в 1939 году в Западную Украину и Западную Белоруссию.

Пока он не закрыт. Не опубликованы все архивы, не реабилитированы расстрелянные. Они даже не были военнопленными. Польское командование дало приказ не оказывать сопротивления советским войскам.

«Брат моего деда во Львове сидел дома, когда его взяли, как и других, - рассказывает Ротфельд. - Их единственная вина в том, что они были польскими офицерами».

Между польскими  и российскими членами группы не было разногласий по этому факту. Но и не было прав, чтобы решить проблему.

До сих пор  каждый визит на высоком уровне сопровождался сдвигом по катынскому вопросу. Учитывая значимость дела для общественного мнения в Польше, можно с уверенностью предположить, что во время визита Медведева в Варшаву требования поляков будут высказаны вновь.

Десять дней назад, явно к поездке Медведева, Госдума приняла заявление "О Катынской трагедии и ее жертвах", которое признает массовый расстрел польских граждан в Катыни преступлением сталинского режима. Но ему резко противоречит поведение российской стороны в Европейском суде по правам человека в Страсбурге.

В 2009 году 13 родственников  погибших польских офицеров, неудовлетворенные  результатами следствия, которое с 1990 по 2004 годы проводилось Главной  военной прокуратурой (ГВП) России, направили жалобу в Страсбург. Заявители выдвинули к властям России две основные претензии – рассекретить оставшиеся три четверти материалов дела и по российскому закону реабилитировать погибших в Катыни как жертв политических репрессий.

Члены семей  убитых офицеров сказали, что им важна  морально-этическая сторона дела, и запросили символическую денежную компенсацию в один евро.

Российская сторона в ответе на запрос страсбургского суда утверждает, что в ходе расследования не удалось "получить информацию относительно выполнения решения по расстрелу конкретных лиц". Мол, достоверно не установлено, что именно родственники заявителей погибли в результате расследованного преступления. К тому же само уголовное дело было возбуждено в 1990 году незаконно, и Россия не обязана была его расследовать за давностью срока.

«Текст написан языком сталинского времени, - возмущается Ротфельд. - Там говорится о неких «катынских событиях». Этот обидный для поляков ответ вызвал в Польше новое озлобление. Всего за несколько дней до визита Медведева».

Будто кто-то специально старался. Страсбургский суд в этой ситуации наверняка встанет на сторону истцов, и тогда будет повод сказать: вот, посмотрите, очередное антироссийское решение, Запад всегда против России…

«Горбачев и Ельцин сделали в катынском деле самые трудные первые шаги навстречу. Но потом оказалось, что в России есть круги, которые противятся решению, нагнетают в стране атмосферу, которая затрудняет политикам принять его, - рассуждает Ротфельд. - Надо сделать все, чтобы не было возврата к прошлому».

Во время визита Медведева придется вернуться и к обстоятельствам авиакатастрофы в Смоленске. По мнению Ротфельда, который вместе с премьером Дональдом Туском вылетел на место аварии, «там была халатность с обеих сторон» и плохое состояние аэродрома. Но в простом народе ползут слухи, что это не просто катастрофа. Поэтому Варшава хочет самым тщательным образом провести расследование, развеять все сомнения.

Новое поколение  поляков смотрит на современную  Польшу иными глазами, чем их отцы. Она стала примером славянского государства, где радикальные реформы и перемены имели успех. Это противоречит распространенному в России убеждению, что модели, нормы и процедуры западного буржуазного общества не подходят к традиционно крестьянским странам восточнее Германии.

Но не споры об истории (пусть их обсуждают историки) и не отсутствие взаимопонимания являются главными проблемами в польско-российских отношениях. Главная проблема – это взаимные предрассудки и как следствие - недоверие. Его-то и надо изживать.

Между тем, политики уже занялись тем, что требует рутинного дипломатического подхода. Например, отношения Россия-ЕС, судоходство в Калининградском или Ви́слинском заливе, приграничное движение людей и товаров и постепенная отмена виз.

Ввести сразу  безвизовый режим с Россией пока трудно. В то время как Польша выступает за это, многие члены ЕС еще не готовы. Такие вопросы в Евросоюзе решаются консенсусом. Но можно идти к цели малыми шагами.

Есть совместная, российско-польская, как это ни покажется  кому-нибудь странным, инициатива, адресованная Евросоюзу, о распространении упрощенного порядка пересечения границы жителями не только на 30-километровую зону, как это предусмотрено нормативной базой ЕС, а на всю территорию Калининградской области и двух прилегающих воеводств Польши. Было совместное обращение министров иностранных дел Лаврова и Сикорского.

«Мы получили добро Брюсселя, и документ будет подписан», - заверил Ротфельд.

Читайте также

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera