Создание совместной с НАТО противоракетной обороны в Европе становится внешнеполитическим хитом предвыборного года в России

Политика

Александр МинеевСоб. корр. в Брюсселе

Бои на политических фронтах В этой военно-технической, по западным меркам, теме соединились либеральная готовность Кремля сотрудничать с Западом в самых чувствительных материях и его же решимость не уступить ни пяди державного престижа....

Бои на политических фронтах

В этой военно-технической, по западным меркам, теме соединились либеральная готовность Кремля сотрудничать с Западом в самых чувствительных материях и его же решимость не уступить ни пяди державного престижа. Дмитрий Медведев перед телекамерами напутствовал постпреда при НАТО Дмитрия Рогозина отстаивать версию противоракетного щита, которую он предложил в ноябре Обаме и другим лидерам НАТО в Лиссабоне. Он обеспокоен, что в НАТО работа над этим идет не в том направлении, в котором хотелось бы.

А если договориться с западным альянсом не удастся, пригрозил российский президент, то «в будущем придется принять целый ряд неприятных решений, касающихся размещения ударной ядерной ракетной группировки» на границах НАТО. Проще говоря, Россия вынуждена будет включиться в новую гонку вооружений. Президент не уточнил, за счет каких средств и каких национальных программ.

В среду в штаб-квартире НАТО в Брюсселе это напутствие Рогозин ретранслировал на ежемесячном посольском заседании Совета Россия—НАТО (СРН), а начальник Генштаба Николай Макаров — на совещании высших военных чинов 28 стран НАТО и России.

Генерал Макаров, выйдя в стеклянный вестибюль штаб-квартиры НАТО, разделил прессу на «свою» и «чужую». Сначала сделал обтекаемое заявление с переводом на английский для всех, а потом, когда помощники попросили иностранцев удалиться, поговорил перед отечественными телекамерами. Генерал не драматизировал ситуацию: да, наши предложения не получили полной поддержки, мы не могли принять варианты, предложенные, в частности, американцами, но у партнеров есть желание сотрудничать.

Холодной войны (не говоря уже о горячей) завтра не будет, и российская ракетная группировка сегодня ночью не совершит марш-бросок в Калининград. Но бои на политическом фронте, на страницах и экранах продолжатся. Их цель — общественное мнение, избиратель, налогоплательщик.

Разница между заявленными позициями России и НАТО проста. Они, НАТО, при всех национальных разногласиях, в любом случае будут строить ПРО вместе, и споры носят военно-технический или финансовый характер. Российские политики и дипломаты заточены на формальное равенство с НАТО. Не важно, от кого эта ПРО будет закрывать Европу. Главное, чтобы российская система ядерного сдерживания осталась в прежних руках и за семью замками. Против кого она направлена? Конечно, против США и НАТО.

Россия, насколько это следует из слов Медведева и Рогозина, хочет единой системы, которая состояла бы из двух отдельных компонентов в смысле «железа», но имела бы один центр обмена информацией и принятия решений. У каждой из сторон было бы по ключу, но «отпереть» запуск противоракет они могли бы только вместе. Смысл «секторальной» ПРО, предложенной Медведевым в Лиссабоне, сводится к тому, что Россия берет ответственность за свой сектор, за уничтожение ракет, запущенных в сторону Европы с востока, а натовская ПРО оградит Россию с запада. Натовцы, однако, не хотят доверить России свою оборону от ракетных угроз с востока и согласны только координировать собственную систему с российской.

Генсек Расмуссен предложил Медведеву вариант двух систем, которые защищают, соответственно, свои территории, но дополняют друг друга, кооперируются. Медведев же опасается, что такая модель «взаимодействия двух систем» без решающего влияния российской на западную ослабит российский потенциал ядерного сдерживания, главную на сегодняшний день гарантию суверенитета нашего государства.

По сути, разница позиций не так уж велика, и не будь идеологических разногласий, была бы не более трудной, чем между странами НАТО. Но ясно, что при нынешнем восприятии ценностей Западу и России трудно составить единое мнение о том, что именно готовы они защищать ценой бюджетных расходов и жизней граждан.

В среду российские представители не смогли выполнить в Брюсселе публичный наказ президента четко ответить на поставленный вопрос, разрубить гордиев узел. В самой НАТО военно-техническая и экономическая дискуссия о ПРО еще не завершена, но, не осложненная идеологическими спорами, идет быстрее, чем аналогичная в Совете Россия—НАТО. В марте министры обороны стран альянса обсудят архитектуру боевого управления будущей ЕвроПРО. «С Россией это не обсуждают, и мы опасаемся, что нас поставят перед фактом и пригласят в готовый проект», — отметил Рогозин. Для Москвы это неприемлемо.

Постпред напомнил об утечках «WikiLeaks» о том, что прошлой осенью на фоне пафоса Лиссабонского саммита с Медведевым натовцы втихую утвердили план обороны Польши и Прибалтики. Требование Москвы заявить, что альянс не ведет военного планирования против России, осталось без четкого ответа. Генсек альянса заявил лишь, что НАТО не представляет угрозы для России и не видит угрозы с ее стороны.

Читайте также

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera