В Москве сносят приют Сестёр Матери Терезы

Политика

От приютской столовой осталась куча бетонных валунов и желтая стекловата. Основное здание приюта Сестер Матери Терезы пока не тронуто – снос мансарды еще не начался. «Бог им судья, Он их все равно любит. Но чем им наше здание-то помешало?», - говорит пожилой бездомный Евгений. Еще трое его товарищей мнутся у лавки. Разговор идет уже по третьему кругу - для обитателей приюта это сейчас главная тема. В голосе - раздражение, в жестах – нервозность. Общая беда объединяет еще больше. «Не имеют права сносить то, что не строили. Все же было построено за счет Общества» - поддерживает разговор Анна.

12 сентября сестрам и обитателям приюта на 3-ей Парковой стало известно о решении Арбитражного суда Москвы. Суд постановил разрушить мансардный этаж одного здания приюта и полностью снести второе. И уже 13 сентября столовую начали рушить вручную – бригада рабочих до вечера громила крышу молотками. 14 сентября подъехала техника…

Второе здание строилось для того, чтобы там могли жить сестры. Сестры честно прошли все инстанции: от Земельного комитета до Стройнадзора. Но, видимо, одна рука чиновника не ведает того, что делает другая. И префектура Восточного административного округа, в 90-м разрешившая проектирование и строительство, в 2007 году решила убрать здание. Последние годы спорное строение служило столовой, куда бездомные могли приходить за едой.

Пресс-секретарь префектуры Восточного административного  округа Андрей Иванов называет снос приюта «досадным недоразумением»: «Самострои сносятся планомерно и целенаправленно. Это городская политика. Никаким исключением приют Матери Терезы не является. К сожалению, причиной сложившейся ситуации является то, что организация возвела здание, но не оформила его надлежащим образом. Необходимо было разработать Акт разрешённого использования и ввести постройку в эксплуатацию, чего сделано не было». Сестры сетуют на то, что чиновники их «запутали» - про акт они узнали только в суде.

В приюте пахнет борщом – готовят обед. Сестры в сине-белых платьях моют пол с порошком, летают между кухней и палатами, тихо разговаривают с постояльцами. Сейчас в приюте постоянно находятся 43 человека, которые нуждаются в помощи. Еще около 130 бездомных каждый день приходили в приютскую столовую. И всего шесть сестер. Две – из России, остальные - из Франции, Румынии, Болгарии. Работают здесь по три года, потом уезжают, а на смену приезжают другие. Помимо сестер там трудятся и добровольцы. Бездомные тоже помогают - подметают территорию, ухаживают за инвалидами. Бездомных, поступающих в приют, надо тщательно искупать, одеть, обработать раны (фактически оказать первую помощь), а зимой – позаботиться об их руках и ногах, которые могут быть обморожены. «Самых тяжелых» устраивают по больницам. Еще в приюте помогают гастарбайтерам – помогают восстановить утерянные документы и вернуться на родину.

- Я отсидел. Из астраханской тюрьмы перевели в одну из тюрем пермского края. А когда освободился, паспорт мне не вернули. Сказали, что его должны вернуть в том городе, где начинал сидеть. Обратился туда. А там обратно отправили по месту освобождения… - рассказывает Иван. На его мобильнике оранжевый экскаватор ковшом вновь и вновь пробивает стену столовой. - Оказался на московском вокзале, где меня и нашли сестры. Выходили. Сейчас помогают в восстановлении паспорта. А насчёт сноса нашего здания, то скажу, что власти наживают себе врагов сами. Если сейчас этих людей что-то дисциплинирует, то без этого они пойдут воровать. А в постройке, которую уже снесли, каждый вечер проводились встречи анонимных алкоголиков и наркоманов…

Жильцы соседних с приютом домов много рассказывают про некую бабушку, которая много лет писала жалобы в префектуру «про бомжей» - мол, она и добилась. Но с решением префектуры солидарны, кажется, все. «Мне как матери двоих маленьких детей, мягко говоря, неприятно, что в нашем дворе, где есть детская площадка, существует такое заведение, - говорит Любовь Бриммер, живущая в соседнем доме. - Ведь бомжи постоянно находятся здесь. Пока одни стоят в очереди в приют, другие напиваются и спят прямо на лавочках или в подъездах. Это заведение – наказание. Для тех, кто здесь живёт. Но оно явно необходимо, только в другом месте».

Другого места, однако, для московских бездомных пока не предвидится. Государственные ночлежки требуют от бездомных паспорта с московской пропиской (!), санитарной обработки и флюорографии. Приют Сестер Милосердия единственный в Москве принимает постояльцев «в любом виде» - «до ума» их доводят уже здесь. Единственное условие – трезвость: ее сестры проверяют с помощью алкотестера.

…Общество Сестер Матери Терезы до последнего пыталось спасти постройку, обращалось в префектуру с предложением пойти на мировую и прекратить судебное разбирательство. Обещали оформить требуемый акт. Однако префектура на соглашение не пошла. И с момента основания Общества в 1948 году Россия стала первой страной, где чиновники судятся с сестрами милосердия.

Ирина ЛЕВКОВИЧ,

Андрей НАСОНОВ

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera