×

Второе открытое заседание по «болотному делу» проходит в Мосгорсуде (ХРОНИКА)

Политика

Екатерина Фоминакорреспондент

 

 

24 июня. Фоторепортаж Евгения Фельдмана

19:00 Когда всех попросили покинуть зал, остались адвокаты, чтобы поговорить со своими подзащитными. Приставы, как и во время перерыва, препятствовали этому. Только сейчас один из приставов грубо оттолкнул адвоката Артема Савелова Фарида Муртазина от аквариума, тот упал.

18:45 Бадамшин: «Следствие произведено на троечку, такое время троечников у нас. Нам с вами в суде придется разбираться с этим безвкусно созванным следствием файлом»

Судья объявила перерыв до 11:30 завтрашнего дня.

18:37 Ковязин: «Считаю, что события неправильно квалифицированы, дело раздуто и политически ангажировано». Его адвокат Руслан Чанидзе заявил, что видит в болотном деле провокацию.

Мария Баронова: «Я владею в полном объеме русским языком, но ничего общего с реальностью текст не имел, не было установлено в нем причинно-следственной связи между всеми 12 обвиняемыми. Как у людей, ранее не знакомых, в 17:00 возник преступный умысел и они начали совершать преступления?»

18:33 Адвокат Клювгант: мы с Николаем оба юристы, но с еще двумя коллегами не нашли ответов на вопросы, зачитанные в его заявлении.

18:28 Николай Кавказский: «Если нас хотят посадить в тюрьму, чтобы другим неповадно было ходить на митинги, пусть так и скажут – вы обвиняетесь  в том, что пошли на марш миллионов и тем самым виновны. В 3 томе «Архипелага ГУЛАГа» Солженицин писал: власть обвиняла сначала по политической статье, а потом власть решила политическую оппозицию обвинять в массовых беспорядках, чтобы дела формально были не политическими. Сейчас используются методы, принятые на вооружение еще тем режимом».

18:23 Судья даже не смотрит в сторону выступающих обвиняемых, что-то пишет.

18:21 Николай тоже зачитывает свое заявление, похожее на заявление Полиховича, просит объяснить, что же такое массовые беспорядки. Папа Леши Полиховича сидит в зале и улыбается: «Бутырка подготовилась».

18:16 Адвокат Айвазян, зачитав обвинение Акименкова: «Абсурд, у меня больше слов нет».

18:14 Адвокат Аграновский: «В комментариях председателя верховного суда четко описано, что такое массовые беспорядки. В случаях с Акименковым могу сказать, что это процесс над оппозиционером».

18:13 Акименкову тоже непонятно обвинение, конечно, виновным он себя не признает.

18:09 Савелов: «Мне непонятно обвинение, не слышно, отрывками только». Артем просит прочитать материалы дела еще раз. Однако у него на руках есть печатная версия, ее долго не выдавали, выдали лишь неделю назад – из-за этого объявили перерыв в закрытых слушаниях на неделю. Судья дерзко спрашивает Артема:

— Объективно что вам мешало ознакомиться с заключением? Бумагу отбирали?

— Не успел прочитать

— Раньше надо было начинать!

18:03 Денису Луцкевичу непонятно обвинение. Полихович тоже читает по бумаге: «Считаю, что обвинение мне не предъявлено, от чего защищаться – я не знаю». Луцкевич ходатайствует о разъяснении ему термина «массовые беспорядки»: «Прошу разъяснить, какие мои действия обвинение считает умышленными? Почему то, что в обвинении вменяется «неустановленным лицам», вменяют нам? За что нас держат в заключении и в чем нас обвиняют?»

17:53 Кривову обвинение непонятно, виновным себя он не признает. «Я признаю себя потерпевшим от действий организовавших бойню на Болотной площади», – у Кривова готово записанное на бумаге выступление. «После этого подонок полицейский, который избивал меня дубинками, имеет наглость утверждать, что я причинил ему физическую боль. Меня не допрашивали, знаком ли я с кем-то из обвиняемых».

17:51 Зимин также говорит, что ему непонятно предъявленное обвинение. Его адвокат, как и другие, подчеркивает то, что одно и то же действие квалифицируется по двум разным статьям.

17:49 Духанина: мне обвинение непонятно. Я причинила физическую боль омоновцам? Они же были в форменном обмундировании! Меня обвиняют за сам бросок, меня судят не за последствия, а за попытку что-то сделать. Физическую боль любой человек испытывает каждый день.

17:45 Вернулись с перерыва.

Барабанов: Я не понял, в чем я виноват, в чем меня обвиняют.

Судья: Признаёте ли вы себя виновным?

Б.: Нет, не признаю.

С.: Желаете ли вы выразить свое отношение к обвинению?

Б.: Я считаю, что обвинение надо переписывать.

Барабанов, Белоусов также считают себя невиновными и не понимают, в чем их обвиняют. По мнению Белоусова, обвинение не сформулировано. Слышно ему было не все, лишь куски фраз, вырванные из контекста.

Адвокат Аграновский: Мне непонятно, почему одно и то же действие квалифицируется по двум статьям?

17:35 В течение пяти минут после объявления перерыва приставы громко смеялись и разговаривали рядом с аквариумом, куда подошли адвокаты. Адвокаты попросили потише, приставы им нахамили: да кто вы такие, идите общаться в СИЗО. Об этом сообщила Маша Баронова, которая стала этому свидетелем, ведь журналистов и родственников на перерыв выгнали из зала.

17:30 Во время перерыва адвокаты облепили аквариум, общаться с подсудимыми реально неудобно: сначала говорят в щелку, потом подставляют ухо, чтобы услышать, что скажет обвиняемый.

17:16 Адвокаты попросили перерыв. Из зала женщина вышла с криками: «Ребята, вы герои, no pasaran!» Судья отвечает: «Идите и не возвращайтесь.

17:15 «У Бароновой возник преступный умысел на призыв к массовым беспорядкам», в числе неустановленных лиц подошла к войсковой цепочке и начала выкрикивать: «Мужики, давите сюда, давите сюда». Обращалась к другим участникам с целью возбуждения у них желания в участии в беспорядках, осознавала, что ее призывы могут привести к неконтролируемым результатам.

17:12 Ковязин – тоже якобы узнал из СМИ о митинге, хотя он туда приехал вообще как корреспондент газеты «Вятский наблюдатель», снимать сюжет. Но опять же в материалах дела – реализовал преступный умысел, грубо нарушая общественный порядок, переворачивал кабины мобильных туалетов, препятствуя движению полиции. Напомню, шесть кабинок стоили 73 тысячи рублей. В зале сидит теща Леонида Екатерина, она нервничает, когда читают обвинение Леонида, что-то проговаривает про себя.

17:09 Гособвинение зачитало материалы дела против Николая Кавказского, он якобы ударил ногой неустановленного полицейского.

17:01 Зачитали материалы дела в отношении Савелова, который заикался, но якобы выкрикивал антиправительственные лозунги. Дошли до Акименкова, он тоже скандировал лозунги и «реализовал преступный умысел» древком от флага в отношении неустановленного представителя правоохранительных органов: бросил древко и попал.

16:58 Алексея Полиховича обвиняют в том, что он, действуя умышленно, с другими обвиняемыми предпринял попытку прорвать оцепление. Полихович, «используя для сокрытия лица медицинскую маску», грубо нарушал общественный порядок, пытался освободить задержанных, отталкивал полицейских. Осознавая, что одетые в форменное обмундирование – это представители власти, применил в отношении Тарасова, физическое насилие.

Напомню, что изначально у Полиховича была статья лишь за участие в массовых беспорядках. На линии Путина с журналистами, где корреспондент «Ленты.Ру» спросил Путина, почему слепнущий Акименков сидит в СИЗО. Путин сказал, что участие в митинге – не преступление. А если бил полицейского – сиди. Тогда Полиховичу добавили часть 1 статьи 318, Тарасов якобы вспомнил через полгода, что Алексей задел его палец, когда пытался освободить задержанного. По словам прошлого адвоката Алексея, Пироговой, после очной ставки Тарасов вышел из СИЗО и извинился, сказав, что он вынужден был так поступить. Родители Полиховича говорят, что после прямой линии всех следователей, которые ведут дело, собрали и спросили, кто еще может «влепить своему статью», молодой командированный из Коврова следователь Костерин проявил инициативу. Сейчас следователь сменился, а статью Полиховичу перед 2013 годом все-таки добавили.

16:56 Прокурор зачитывает дальше. Луцкевич тоже получил из СМИ информацию о митинге, тоже прибыл к 16 часам, выкрикивал лозунги оскорбительного содержания, железными барьерами препятствовал полиции, чтобы они не смогли задержать нарушителей, не менее трех раз бросил фрагменты асфальта и нанес правой рукой не менее одного удара сотруднику полиции – младшему сержанту Троерину – с него сорвали до этого шлем, а Денис якобы вырвал его из рук Троерина.

16:45 Кривов – аналогичная история: не позднее 16 часов дня прибыл на площадь, а там у него возник «преступный умысел». Гособвинение утверждает, что он якобы применил в отношении неустановленного сотрудника правоохранительных органов насилие, вырывал дубинку. Также насилие он применил и против Алгунова (в зале): вырвав из рук резиновую дубинку, Кривов якобы ударил его 4 раза по руке, от этого у Алгунова возникла подкожная гематома.

16:40 Прокурор зачитывает дело Зимина, который якобы купил в неустановленном месте в неустановленное время маску, чтобы не быть узнанным. Во время акции он не менее трех раз кинул асфальт в полицейских, стоящих в оцеплении. Кусок размером 15 на 15 попал по руке сержанту Куватову.

16:35 Теперь гособвинение читает материалы дела Александры Духаниной, у нее тоже ч. 2 ст. 212 и ч. 1 ст. 318 УК РФ. Саша слушает обвинение внимательно и улыбается. Обвиняемые явно устали, сидят на узких скамьях, спинок нет. Те, кто сидит во втором ряду, могут облокотиться на стену. Кавказский зевает, Акименков что-то объясняет Луцкевичу, Полихович оперся на колени и смотрит в пол. Очень душно. Тем временем: «Зелянину была причинена физическая боль от куска асфальта, который попал в него, кинутый Духаниной». Согласно обвинению, она якобы попала куском асфальта в живот в область бронежилета старшины Сутармина, который потом ее и задержал

16:33 «Реализуя преступный умысел, неоднократно скандировала антиправительственные лозунги», осознавая противоправный характер своих действий – применил насилие в отношении Филиппова, неопасное для его жизни и здоровья. Не менее трех ударов нанесли неизвестные Филлипову. В 39 метрах от столба и в 14 метрах от знака «остановка запрещена» кинул в Филиппова желтым предметом, а Филиппов испытал от этого физическую боль», – оглашает материалы дела Ярослава Белоусова прокурор.

16:31 По Ярославу Белоусову зачитывают текст, аналогичный Барабанову, только Белоусов кинул твердый шарообразный предмет желтого цвета в сторону сотрудников полиции. 

16:30 Не менее 53 сотрудникам нанесены физические повреждения, 27 шлемов утрачены, один поврежден, 14 бронежелетов и 29 резиновых палок утрачены, ущерб – 371 тысяча рублей. Асфальт поврежден на 28 228 227 рублей 25 копеек, а туалеты – на 73800 рублей.

16:26 Согласно материалам дела, с 17 до 22 часов вечера другие неустановленные участники пытались прорвать цепь, забрасывать полицию асфальтом и заранее принесенными зажигательными смесями.

16:18 Началось судебное следствие. Прокурор – молодая женщина лет 26-ти, кудрявая, монотонно зачитывает материалы дела по всем по порядку. Начала с Барабанова: он обвиняется в участии в массовых беспорядках, сопровождающихся насилием, поджогами, применением физической силы. У Барабанова, который узнал о митинге из СМИ, якобы возник преступный умысел, он применил в отношении сержанта Круглова физическое насилие, неопасное для его здоровья – его схватили за форму и сбили с ног. Барабанов и другие сорвали с сержанта шлем, молодой человек нанес не менее одного удара по руке и по ноге, когда Круглов лежал на земле.

16:15 Двое из трех потерпевших сказали, что «им в принципе все равно, где находятся обвиняемые», прокурор настаивает на продолжении. Судья не видит оснований для отложений, подготовительная часть заседания окончена.

16:10 В зале невыносимо душно. Но по идее работает кондиционер, хоть это и не ощущается.  Десятерых обвиняемых держат в "аквариуме", он состоит из двух частей. По бокам – небольшие окошки поперек стекленной двери, в стекле, обращенном к адвокатам и судье щели не больше трех сантиментов в ширину - через них адвокаты переговариваются с  подзащитными, но это невозможно физически. В зале 10 адвокатов, в перерывах тогда бы пришлось выстраиваться в очередь к этой щели. Адвокат Кривова Макаров говорит о недостатке солнечного света и «болезни легионера».

16:00 Все адвокаты по очереди соглашаются с тем, что необходимо перенести процесс.

Чанидзе, адвокат Ковязина: фактически люди подвергаются наказанию, бесчелночному отношению, еще до начала суда. Адвокат Степана Зимина: я хорошо знаком с практикой, в СССР в клетку сажали только за тяжкие преступления, убийства. Первая клетка была сооружена для Чикатило. Опыта организации побега у них нет, в зале приставы, собака. Предлагаю пересадить их на скамью и продолжить процесс (справа от входа в зал и слева от судьи скамья для присяжных).

15:58 Клювгант, адвокат Кавказского: мы понимаем неизбежность процесса, могу сказать и за отсутствующих коллег: не в наших интересах затягивать процесс.

15:56 Судья с пренебрежением задает свои вопросы, нечетко их формулирует. Аграновский: мы не хотим конфликтов с судом, мы не намерены затягивать процесс. Мы обратились к Лукину, к Онищенко, с просьбой проверить санитарные условия.

15:55 Все обвиняемые требуют перенести заседание до создания нормальных условий. Духанина говорит: ребята ничем не хуже потерпевших, меня, Бароновой. Если у суда есть возможность, нужно им обеспечить человеческие условия.

15:50 Судья задает вопрос обвиняемым: следует ли продолжать заседание при прозвучавших заявлениях? Никто не понял вопроса, плохо слышно. Барабанов и Белоусов, растерявшись, говорят: да. В зале кричат судье: «они вас не слышат!» Один мужчина встает, чтобы пояснить это, судья Никишина тут же потребовала его покинуть зал суда. 

15:53 Баронова: возможно, потому что я девочка, я сижу рядом с адвокатами, могу с ними общаться, а лица мужского пола не могут. Прошу уравнять нас в правах, все обвиняемые должны получать должную юридическую поддержку

15:40 Адвокаты Аграновский, Чанидзе, Муртазин, Макаров, защитник Мохнаткин – поддерживают подзащитных, им неудобно общаться со своими клиентами.

15:30 Судья Никишина: «Теперь без бумаги сформулируйте. В зале нет никаких стаканов». Артему в принципе трудно говорить, он объясняет, что в «аквариуме» ему тесно, он хочет записывать, где ему это делать — на стекле? Ему нужен письменный стол. Судья повторяет: «О чем у вас ходатайство? Я не вижу причин».

15:28 Артем Савелов, сильно заикаясь, с трудом прочитал свое ходатайство: прошу выпустить меня из «стакана» в зал судебных заседаний, создать гуманные условия для меня и остальных подсудимых. В стакане мне тесно, плохо видно и слышно, за стеклом душно.

15:20 В зал пришли потерпевшие омоновцы, заняли первый ряд. К залу не оборачиваются Алехин, Архипов, Алгунов.

15:14 Все обвиняемые приехали. С адвокатами, тоже, кажется, разобрались. Но адвокат Кривова Макаров, известный своей принципиальностью, сказал, что не зайдет в зал, пока ему не вернут фотоаппарат, который по правилам изъяли у него при входе. Пока все ждем Макарова, судья говорит: — Барабанов, говорят, у вас день рождения? (в предыдущем перерыве в коридоре группа поддержки скандировала поздравления) примите мои поздравления, — в зале зааплодировали. — Ваши эмоции вне зала.

14:40 Вчера должно было начаться рассмотрение по существу, но по сути решались подготовительные вопросы: теще Белоусова разрешили выступить его защитником, а Сергею Мохнаткину – защитником Сергея Кривова. Заседание перенесли по формальной причине – неявка адвоката Саши Духаниной, хотя сама она не возражала начать слушание.

Сегодня заседание началось с переклички, как в школе: обвиняемые вставали в аквариуме, говорили «Здесь», но Саша Духанина и Баронова опоздали, кого-то из адвокатов тоже не досчитались, поэтому Никишина объявила перерыв до тех пор, пока все не приедут. Хотя, например, адвокат Барабанова Светлана Сидоркина сейчас на продлении ареста Алексею Гаскарову в Басманной суде, ее заменит другой адвокат. Прокуроров в зале теперь трое. Прокурор Смирнов был обвинителем на процессе 40 нацболов и по Манежной площади, уточняет адвокат Дмитрий Аграновский, в этих процессах он тоже был защитником.

Добавьте новости «Новой» в избранное и Яндекс будет показывать их выше остальных

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera