Сюжеты

Люди, которых растратили

В СИЗО поместили мать новорожденного, онкобольную и отца троих детей. Чтобы кому-то сохранить миллионы долларов

Из документа следует, что Артем Чайка должен 4,6 млрд руб

Этот материал вышел в № 121 от 30 октября 2017
ЧитатьЧитать номер
Общество

10

После публикации «Артем Чайка должен подсудимому 4,6 млрд руб?», в которой мы рассказали про мать новорожденного ребенка, оказавшуюся в СИЗО по обвинению в экономическом преступлении, оказалось, что правоохранительная система еще способна ловить гуманистические сигналы. Благодаря вмешательству уполномоченного по правам ребенка и заместителя генпрокурора следствие и суд в течение нескольких дней изменили позицию и отправили подсудимую из СИЗО под домашний арест. Но для нас эта история только начинается. Во-первых, неволя в родном доме переносится легче, чем в казенном, но, как свидетельствуют факты, обвинять женщину просто не в чем — нет состава преступления. Во-вторых, по делу, которого и быть не должно, в СИЗО находятся еще три человека, в том числе онкобольная. И есть основания предполагать, что все они — не просто подсудимые, а заложники, судьба которых стала разменной монетой в коммерческом споре, одна из сторон которого — сын генерального прокурора РФ Артем Чайка.

Заложники

Екатерина Красникина в день суда, который отправил ее в СИЗО
Краснихина
 

27 октября Тверской районный суд Москвы второй раз в течение недели изменил меру пресечения Екатерине Краснихиной. В понедельник, 23 октября, следователь Главного следственного управления МВД полковник Олег Сильченко (тот самый, что вел дело Магнитского) убедил суд, что женщину, которая 15 сентября родила сына, необходимо изолировать в СИЗО.

А в пятницу этот же следователь, выступая в судебном заседании в том же самом Тверском суде, заявил, что СИЗО для Краснихиной — перебор и вполне можно ограничиться домашним арестом.

Полковник Сильченко изменил свое мнение после обращения в МВД заместителя генерального прокурора Виктора Гриня:

«…исходя из принципов гуманизма прошу возбудить перед судом ходатайство об изменении Краснихиной меры пресечения на «домашний арест». А просьбе заместителя Генпрокурора предшествовало обращение в надзорное ведомство уполномоченного по правам ребенка Анны Кузнецовой, в котором было подчеркнуто: при вынесении судебного решения об изоляции Краснихиной не были учтены «социально-бытовые условия воспитания новорожденного ребенка».

В публикации «Артем Чайка должен подсудимому 4,6 млрд руб.? Фамилия сына генпрокурора названа в Тверском суде» мы рассказали о том, что Екатерина Краснихина — фигурант уголовного дела, возбужденного 28 июня по ч. 4 ст. 160 УК РФ («растрата, совершенная группой лиц и в особо крупном размере»). Кроме Краснихиной обвинение предъявлено еще двум бывшим генеральным директорам ООО «Нерудная компания «Бердяуш» — Дмитрию Супруну и Владимиру Гаце, занимавшим эту должность до Краснихиной и после нее. Четвертый фигурант уголовного дела — заместитель гендиректора компании по экономике Елена Дорожевич.

Всех четверых обвиняют в том, что они входили в преступную группу, которая в 2012—2014-х годах «похитила путем растраты» 146 миллионов рублей, переводя деньги по коммерческим договорам о поставке товаров и оказании услуг со счетов НК «Бердяуш» на счета ООО «СтройКомплект», ООО «Русская промышленная компания», ООО «ПТК «Уралснабкомплект».

Елена Дорожевич, фотография 2013 года, в марте 2016-го женщине диагностровали рак
Дорожевич
 

Публикацию «Новой» о роли Артема Чайки в уголовном этом деле, после которой и последовали обращения детского омбудсмена и заместителя генпрокурора, прочитали не только Анна Кузнецова и Виктор Гринь, но и муж Елены Дорожевич Виктор, который позвонил в редакцию, а вскоре приехал и сам.

Виктор передал мне документы, из которых следует, что у его супруги еще в 2016 году выявили раковую опухоль, а судебное решение об аресте и содержании женщины в СИЗО было вынесено 27 июля — в тот самый день, когда она должна была пройти радиоизотопное исследование в Национальном медицинском исследовательском центре онкологии им. Н.Н. Блохина. Причем направление на обследование было выдано еще до возбуждения уголовного дела.

Опухоль врачи обнаружили в марте 2016 года. То, что опухоль онкологическая, лабораторная экспертиза установила чуть позже. Тогда же врачи определили, что Елена Дорожевич каждые три месяца должна проходить обследование.

Но, вынося решение об аресте, суд проигнорировал все медицинские документы.

Супрун
 

В четверг в Тверском районном суде прошло еще одно судебное заседание, во время которого было вынесено решение о продлении срока содержания в СИЗО Дмитрия Супруна и Владимира Гаца, которые, как и Екатерина Краснихина, в какой-то период занимали должность генерального директора НК «Бердяуш».

В этом судебном заседании стало известно, что Дмитрий Супрун, возглавлявший НК «Бердяуш» в 2010—2012 гг., вообще не подписывал платежек о переводах денег — он занимался исключительно производством.

Об уголовном деле, возбужденном 28 июня в Москве, Супрун, проживавший всю жизнь в Златоусте, случайно узнал только 7 августа. Сам дозвонился до следователя — и тут же стал подозреваемым. Вскоре его доставили в Москву и отправили в СИЗО. Трое несовершеннолетних детей Дмитрия остались без отца.

Валентина Ивановна, мама Дмитрия, приехавшая в Москву, чтобы увидеть сына, недоумевает:

— Как же так, мой сын — честный человек, во время срочной службы в начале 90-х участвовал в боевых действиях в Закавказье. Дима — простой работяга. Когда к нам из Москвы приехали следователи, провели обыск, они же видели, как скромно живет мой сын, не воровал он миллионов. И куда он скроется, у него и загранпаспорта нет. А за границей он был только во время службы в дивизии имени Дзержинского — в Нагорном Карабахе.

Гаца
 

Владимир Гаца, сменивший Краснихину на должности гендиректора НК «Бердяуш» 17 сентября 2013 года, единственный из всех «подельников» сразу признал вину, написав «явку с повинной». А в ходе первого же допроса показал, что он действительно подписывал платежки о переводе денег, но делал это по поручению Сергея Вильшенко (сына бывшего руководителя управления ФСБ по Златоусту), которого знал как конечного владельца НК «Бердяуш». С этим признанием Гацу и отправили в СИЗО.

Организатор преступной группы

В ходе судебного заседания, на котором рассматривалось ходатайство следствия о продлении срока содержания в СИЗО Супруна и Гацы, представитель Генпрокуратуры полковник Андрей Тимошенко озвучил имя организатора и руководителя преступной группы — Сергея Вильшенко. При этом прокурор посетовал, что Вильшенко скрылся за пределами России.

Следствие еще в начале сентября получило информацию о том, что Вильшенко выехал в Казахстан, а оттуда перебрался в Грецию. Но, несмотря на это, Вильшенко объявлен только в федеральный розыск. Следствие почему-то не форсирует обращение в Интерпол о его экстрадиции в Россию.

Нерасторопность следствия и Генпрокуратуры, как я предполагаю, можно объяснить тем, что при рассмотрении запроса о выдаче Вильшенко России в суде за пределами нашей страны могут быть представлены оригиналы документов. А из них следует, что следствие считает организатором хищения «путем растраты» 146 миллионов рублей фактического владельца ООО «Нерудная компания «Бердяуш», контролировавшего компанию до февраля 2014 года через ООО «Омега», на которую были оформлены 95% доли НК «Бердяуш».

Для непредвзятого суда это означает только одно — Вильшенко «похитил путем растраты» свои собственные деньги.

Причем тут Чайка?

Что это за документы, обнародования которых за пределами России кто-то может опасаться? Прежде всего — это «Меморандум об обязательствах», подписанный 10 июля 2014 года бизнесменом Артемом Чайкой и Сергеем Вильшенко.

А из первого же пункта «Меморандума» следует, что Артем Чайка прекрасно знал, кто являлся собственником НК «Бердяуш» в 2012—2014 годах. Между тем в августе-сентябре этого года в СМИ (в «Коммерсанте», в частности) была обнародована информация, что именно Артем Чайка инициировал уголовное дело о хищении путем растраты в НК «Бердяуш». Но если Чайка знал реального владельца НК «Бердяуш» и тем не менее поручил менеджерам подконтрольной компании подготовить заявление в полицию о растрате, получается, он понимал, что требует привлечь к ответственности собственника за распоряжение его же имуществом?

В этом же первом пункте «Меморандума» зафиксировано, что еще в феврале 2014 года стороны оценили стоимость доли Сергея Вильшенко в НК «Бердяуш» в 80 миллионов долларов (около 4,6 миллиарда рублей по текущему курсу ЦБ.И. М.). А в п. 5 «Меморандума» записали, что обязательство Чайки заплатить Вильшенко 80 млн долларов «прекращается и заменяется обязательством оформить в собственность Вильшенко» 20% акций в ОАО «Первая нерудная компания».

В июле этого года заканчивался срок выполнения обязательств Чайки перед Вильшенко. И тут, по странному совпадению, возбуждается уголовное дело, фигурантом которого стал компаньон и партнер сына генерального прокурора и четверо менеджеров НК «Бердяуш».

Само уголовное дело было возбуждено тоже, как мне кажется, юридически небезупречно. Прослушивая аудиозаписи судебных заседаний, продираясь через скороговорку судей в ходе исследования документов, представленных в суд, я обратил внимание на то, что в центральный аппарат МВД России уголовное дело было передано лишь в августе. А первоначально дело было возбуждено в УВД в ЦАО МВД России по Москве следователем по особо важным делам Екатериной Левиной. При этом заявление о преступлении поступило от представителя ОАО «Первая нерудная компания» (ПНК) — то есть от компании, которая в 2012—2014 годах не имела никакого отношения к НК «Бердяуш». Более того, это НК «Бердяуш» в 2014 году стала собственником ПНК, приобретя на аукционе 75% акций.

Статья 160 УК — это статья так называемого частно-публичного обвинения, уголовные дела по таким делам не могут возбуждаться без заявления потерпевшего, то есть собственника похищенного. Но в этом уголовном деле собственник стал подозреваемым, а уголовное дело возбудили без заявления потерпевшего.

Есть в распоряжении «Новой» и копии двух исполнительных листов, выданных на основании решений арбитражных судов, по которым компания, контролируемая Артемом Чайкой, обязана выплатить компании, контролируемой Сергеем Вильшенко, в общей сложности 173,8 миллиона рублей. И оригиналы этих документов, по всей видимости, также могут появиться в суде за пределами России — в случае рассмотрения ходатайства об экстрадиции Вильшенко.

Подельники

Злополучный щебеночный завод в Бердяуше, вокруг которого сейчас закрутился этот скандал, начал возводиться в 2008 году, и в это строительство было вложено 1,5 миллиарда рублей. После запуска производства НК «Бердяуш» уже в первые годы работы довела обороты до 1 миллиарда в год. Прежде всего благодаря контрактам с РЖД. Так, с 2013 по 2016 год НК «Бердяуш» обязалась поставить РЖД 20 миллионов кубометров щебня на 7,5 миллиарда рублей. После заключения этих контрактов интерес к НК «Бердяуш» и проявил Артем Чайка, ставший компаньоном Сергея Вильшенко.

Так что не удивительно, что НК «Бердяуш» принял участие в аукционе, на котором государство реализовало 75% акций ОАО «Первая нерудная компания» (ПНК), в которую входят 18 щебеночных заводов, поставляющих свою продукцию РЖД. Удивительно, что к аукциону не допустили других участников, куда более известных на рынке — «Национальную нерудную компанию» (ННК) и компанию «Южуралавтобан». НК «Бердяуш» оставшись единственным участником аукциона, приобрел акции ПНК, сделав всего один шаг от стартовой цены.

ННК попыталась оспорить продажу в суде. В период судебных разбирательств у основателя ННК Юрия Жукова дома и в компании прошли обыски по делу прошлых лет, никак не связанному с текущей деятельностью компании. Спустя некоторое время юристы ННК иск, в котором пытались оспорить итоги аукциона, отозвали.

Из «Меморандума», оказавшегося в распоряжении редакции, следует, что участие в аукционе по приобретению 75% акций ОАО «Первая нерудная компания» (ПНК) НК «Бердяуш» приняла тогда, когда компания де-факто перешла под контроль Артема Чайки. Так что это у него и Вильшенко, которого никак не хотят искать, необходимо спрашивать, как им удалось стать единственными участниками аукциона.

Одного из членов следственной группы, расследующей дело о растрате в НК «Бердяуш», я спросил прямо:

— Неужели вы не видите, что Краснихина, Дорожевич, Супрун и Гаца — фактически заложники Артема Чайки, который, как мне кажется, просто не хочет рассчитываться со своим компаньоном? Не получается ли, что с помощью посадки четырех человек, не имевших отношения к взаиморасчетам двух бизнесменов, долг де-юре обнулится, что и требовалось изначально?

— Думаете, фамилия Чайка нас остановит? — вопросом на вопрос ответил мой собеседник.

Что именно он хотел этим сказать, посмотрим.

P.S.

Артем Чайка не ответил на запрос «Новой».

Топ 6

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera