Репортажи

Конвой кричал: «Наконец-то!»

Как воля встретила легендарного зэка Руслана Вахапова и к чему теперь готовиться тюрьме

Фото: Светлана Виданова — специально для «Новой»

Этот материал вышел в № 61 от 13 июня 2018
ЧитатьЧитать номер
Общество

Артем РаспоповНовая газета

3
 

В субботу, 9 июня, из ярославской исправительной колонии № 1 вышел Руслан Вахапов. Отец двоих детей отсидел 5 с половиной лет по сфальсифицированному обвинению в развратных действиях в отношении несовершеннолетних.

В сентябре 2011 года его, справляющего малую нужду у дороги (Руслан работал водителем), увидели три девочки, которые, смеясь, рассказали взрослым о дяде, «который, кажется, писал». Был разгар антипедофильской истерии, поэтому с девочками никто не посмеялся.

Руслан предложил вызвать полицию, чтобы разобраться. Полиция не особо разбиралась. На образовавшееся уголовное дело усилиями следствия намотался еще один аналогичный эпизод, который позже, в суде, отвалился как сфальсифицированный. А случай с девочками обеспечил Вахапову 5,5 года.

С тех пор Руслан Вахапов изнутри ломал пенитенциарную систему России. Ломал не один — помогала жена, правозащитники из «Общественного вердикта», и самое главное — мама, Надежда Ивановна Бойко, которая, когда сына посадили, переехала из Армавира в ярославскую деревню Яхробол.

Пытались сломать и Вахапова — его пытали, он писал жалобы, его опять пытали. Сейчас Руслана, несмотря на его некрасивую статью, уважают все зэки ярославской колонии: благодаря активности людей, не побоявшихся заявить о пытках со стороны спецназа ФСИН (помимо Вахапова это сделали еще двое заключенных — фигурант «болотного дела» Иван Непомнящих и Евгений Макаров), массовые избиения в колонии прекратились. В ШИЗО начали кормить чем-то помимо хлеба с водой. Раньше оттуда порой выходили живые трупы.

Но эта история не о грустном.

Суббота, 6.55. Северная окраина Ярославля. Район с поэтичным названием «Резинотехника».

Перед нами — автоматические синие ворота знаменитой ИК-1, расположенной на левом берегу Волги. За спиной — клочок земли, укатанной в асфальт (парковка для посетителей колонии), покосившийся деревянный туалет и лопухи невероятного размера. Это первое, что увидит Руслан Вахапов, выйдя за ворота.

Освобождение Руслана Вахапова. Фото: Светлана Виданова — специально для «Новой»

Первое, что он скорее всего услышит, — скрежет тормозов ярославского автобуса. Сегодня суббота, поэтому все утро каждые несколько минут из городских автобусов выходят родственники заключенных с передачками. Вместе с ними из тех же дверей выходит младший обслуживающий персонал колонии. Вертухаи же заезжают за ворота на своих машинах под песни про собачий оскал и саундтрек к шестому «Форсажу».

Электронные часы над КПП спешат на пять минут. Время в тюрьме течет по-другому.

Помимо нас на парковке стоит черная KIA Rio. В ней отдыхают несколько бородатых мужчин. Один из них периодически открывает окно и настойчиво повторяет, что нас «щас охрана ********» за то, что снимаем, потому что «имеет право так поступить». Я наконец-то говорю ему «Салям», он отвечает «Ва-алейкум ас-салям» и рассказывает, что они ждут брата, который сегодня тоже должен откинуться.

В 8.23 освобождают Вахапова. Всего сегодня выпустят четверых, но его выпускают самого первого — видимо, от греха подальше. Знаменитый зэк выглядит как обычный зэк: немного сутулый короткостриженый мужчина в серой одежде машет нам серой рукой, по-детски улыбается.

Я говорю Руслану: «Здрасьте, поздравляю» — и жму его сухую руку. Он выглядит так, как будто никуда от ворот отходить не собирается: расставил ноги, взгляд задумчив, никакого киношного удивления и вдыхания воздуха всей грудью. Смотрит поверх людей, ждет кого-то.

Растерянность пропадает, когда перед медленно открывающимися воротами останавливается машина, за рулем которой сидит человек в форме. Окно немного опущено. Из него струйка дыма.

Лицо Руслана становится хмурым.

— Преступники — они не в колонии сидят. Вот эти — преступники. Не преступники даже, а бандиты.

Окно машины закрывается. Дует, наверное.

На Руслане страшные черные ботинки «под кожу», рубашка, которая ему маловата, штаны с огромными полустершимися буквами «ШИЗО». Всего за срок Вахапов попадал в ШИЗО более 50 раз, он и сейчас вышел на волю прямо из ШИЗО.

Родственники ожидали выхода на свободу своего брата и предложили выпить Руслану. Фото: Светлана Виданова — специально для «Новой»

Парковка заполняется машинами — приезжает юрист «Общественного вердикта» Ирина Бирюкова с коллегами, приезжают друзья Вахапова — бывшие заключенные этой же колонии. Один из них сразу обнимает Руслана.

— Толян, подожди, это для тебя… Нет, не надо слов, не надо паники. Это мой последний день на «Титанике», — поет Вахапов, и все смеются.

Руслан звонит еще одному бывшему узнику ИК-1 — «болотнику» Ивану Непомнящих, который уехал в Штаты. Он рассказывает, как его вышла провожать вся дежурная смена, а кто-то даже кричал: «Наконец-то!»

На старом Volkswagen приезжает жена Руслана Юля с детьми — Фаридом и Вовой. Девятиклассник Вова в два прыжка оказывается в объятиях отца.

Руслан с сыном Вовой. Фото: Светлана Виданова — специально для «Новой»

Из-за угла сворачивает красный Nissan с прогнившим днищем. За рулем — родная мама Руслана и крестная мать обездоленных заключенных ярославской колонии Надежда Ивановна Бойко. Из машины выскакивают бывшие сокамерники Руслана — огромный Владимир Ульч и улыбчивый «болотник» Дмитрий Ишевский. Про судьбу подростка-бродяги Вовы Ульча, которого фактически спасли Руслан (в тюрьме), а потом его мама (на воле), «Новая» писала. И про Ишевского, тридцатого фигуранта «Болотного дела», тоже написано немало.

И вот теперь они бегут обнимать Руслана у тех же ворот, из которых когда-то сами выходили. Вахапов прячет пластиковый стаканчик с вином — чтобы мама не увидела. Надежда Ивановна долго не выходит из машины, потом долго стоит, опершись на открытую дверь и опустив голову. Она плачет, согнувшись пополам, и слезы капают на ее зеленую юбку. Руслан подходит к ней, и они долго-долго стоят обнявшись.

Руслан с матерью Надеждой Ивановной Бойко. Фото: Светлана Виданова — специально для «Новой»

Выпив за то, что «в тюрьме нет национальностей, там одна национальность — зэк, а на воле две национальности — хорошие и плохие», мы трогаемся в сторону Яхробола.

Я еду в машине с Ишевским, Ульчем и Надеждой Ивановной.

— Руслик такой худой, заросший, — задумчиво произносит Надежда Ивановна.

— Кстати, хорошо, что я с тобой тогда посоветовался, Ивановна. По поводу голодовки. А то мне бы организацию бунта припаяли, — говорит Ишевский.

Начинают вспоминать зону.

— Самая жопа — это когда стоишь с бензопилой, смотришь вперед. Река, лес, воля — всего 200 метров. Печально тогда на душе становится, — рассказывает Митя.

Говорит, что собрался пойти по стопам Непомнящих и уехать учиться за границу. Потому что здесь его теперь зовут разве что посуду мыть.

И вот мы все приезжаем в Яхробол. Садимся за большой деревянный стол, сколоченный бывшими зэками накануне: адвокаты, дети, бывшие преступники, бывшие узники совести, незаконно осужденные, журналисты и Надежда Ивановна. А на столе стоят блины с творогом, пироги из икры, штрулли. Хозяйка говорит тост, благодарит всех, закругляя: «Это еще не конец».

Руслан читает друзьям стихи, написанные в колонии. Фото: Светлана Виданова — специально для «Новой»

И до самого вечера гуляет народ. За столом очень много говорят про зону, про «время суток — понедельник» (в ШИЗО было непонятно, утро сейчас или ночь), перебирают погремухи знакомых зэков, но в основном все с улыбкой — женщины же все-таки рядом. «Ужасные зэки» умиляются цыплятам Надежды Ивановны и поросенку Чуне, которого Ишевский посадил в кресло и укрыл своей курткой. Руслан долго рассказывает журналистам по телефону про избиения в колонии, а потом возвращается и смеется с сыновьями.

Под конец Вахапов отводит меня от гостей и рассказывает, что способен пережить человек там. На ухо, очень быстро. И я понимаю значение слова «стержень».

Под вечер я спрашиваю у Надежды Ивановны, почему она в конце своего тоста сказала «всем спасибо, но это еще не конец».

— Ну, сынок, ну как ты считаешь: я могу с этим жить? Моего ребенка обидели. Осиротили моих внуков. За это должен кто-то заплатить? Я все равно не успокоюсь, я старая, мне терять нечего. Преступление, которое совершили они в отношении моей семьи, не имеет срока давности.

Руслан говорит: да ну все это, соберу детей, уеду на море. А когда ему щас сказали 6 лет надзора — и он понимает, что он еще 6 лет как собака привязан к будке. Он не пойдет на выпускной вечер к своему сыну, потому что с буквы их закона он не имеет права пойти на выпускной вечер к своему ребенку.

Руслан в коровнике у дома матери. Фото: Светлана Виданова — специально для «Новой»

Из-за чего я заткнулась на эти полтора года? Я уже просто не могла жить с мыслью, что щас проснусь, а мне скажут, что Руслана опять избили. Надо было зажать волю в кулак. Я просто боялась, что дойду до крайности. Но Руслан выжил, вышел. Слава богу, относительно здоровый. А теперь надо разобраться с тем, на ком вся вина.

Мне говорят: у тебя отжившие понятия. Ну хорошо, отжившие так отжившие. Только наш батька недавно клялся соблюдать что, когда присягу принимал? Самые первые его слова. Ага — права человека. А мы что, не человеки, что ли?

Хотя я себя уже за людей не считаю. Я своим животным как мать. А кто я — коза, кошка, чуня — я уже совсем не понимаю. Я три года разговариваю с ними, я с ними разговариваю! Потому что выйти куда-то, с людьми разговаривать, вот эту обиду выплескивать — у меня уже просто нет сил. Но щас дите мое здесь. Я теперь бояться не буду.

Артем Распопов, специально для «Новой», Ярославль — Яхробол

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera