Колумнисты

К пределам беспредельного

Многие ли сегодня готовы защищать власть? Никто?

Этот материал вышел в № 84 от 6 августа 2018
ЧитатьЧитать номер
Политика

Леонид ГозманНовая газета

38
 

Миф о беспредельном терпении народа, как ни странно, жив и греет душу начальства — ​оно воспринимает его как мандат на любые действия. Вера в безнаказанность иногда даже сильнее инстинкта самосохранения.

Именно эта вера стоит за, мягко говоря, неэффективной подачей пенсионной реформы. Дело не только в ухудшении жизни людей. Заявлениями о том, что от этого им будет только лучше, — ​это скрепа, цены тоже повышались по просьбам трудящихся, попыткой сделать все под шумок чемпионата и другими столь же грациозными шагами власть оскорбила людей. То же случилось и после выборов в Думу 2011 года, только сейчас круг оскорбленных на порядок шире. Ощущение Болотной: «Вы нас за скот держите», — ​распространилось на страну.

Результат мудрой политики не заставил ждать. Резко упали рейтинги институтов власти, включая президента. Кремль вынужден разрешать протестные митинги и даже вступил в сложную, с неочевидным результатом игру по поводу референдума.

Докрымского уровня достигли ожидания протестов и готовность в них участвовать. Кардинально улучшилось отношение к Евросоюзу и, особенно, к США — ​в два раза! Последнее важно потому, что в основе стабильности системы — ​ненависть ко всему миру: недаром дикие представления о Западе столь активно формировало и поддерживало телевидение. Ослабление одной из главных идеологем власти — ​симптом трещин в фундаменте конструкции. Очень, кстати, оптимистично — ​многие считали, что пропаганда последних лет имела более разрушительный эффект. Похоже, информационные войска выпускали пар в основном в свисток.

Говорят, снизилась смертность — ​никто не хочет умирать, не увидев, чем все это закончится?

Не только с пенсиями — ​вообще. Думаю, в краткосрочной перспективе не случится ничего. Пенсионные протесты не вынудят власти отступить — ​разве что пойти на косметические изменения. Повышение пенсионного возраста мало у кого меняет жизнь прямо сегодня — ​это не Новочеркасск, когда все изменилось сразу же. Кто пойдет на баррикады, потому что до пенсии теперь не тридцать лет, а тридцать пять? А сегодняшние пострадавшие не так многочисленны и часто слишком зависимы, чтобы участвовать в протестах.

Но смертельная болезнь может не иметь внешних проявлений.

И успокоение вовсе не означает выздоровление.

Главный и самый опасный результат сегодняшней политики — ​все более распространяющееся чувство враждебности власти людям или, в лучшем случае, ее безразличия. Попробуйте найти человека, который верит, что начальство думает о его благополучии. Не о геополитике, не о вставании с колен, не о собственных интересах — ​о нем. Таких нет.

Устойчивость системы определяется не числом борющихся с ней активистов или наличием у них вождей и ресурсов. Важнее, много ли людей готовы защищать власть? Многие ли будут одобрять тех, кто выступает против нее?

У Ленина было не так много штыков, но Временное правительство не защищал никто, и большевики перевернули страну. У царя были и войска, и жандармерия, и свита, но они отошли в сторону, — ​монархия пала. А вот в августе 1991-го москвичи встали вокруг Белого дома, и несколько тысяч из них действительно готовы были умереть. Путчисты не смогли пойти на массовое убийство — ​путч был подавлен.

Сегодня власть до нуля уменьшила число тех, кто готов будет закрывать ее своими телами, — ​вокруг Кремля не встанет никто. Ну а готовность специальных подразделений к выполнению приказа непредсказуема.

На этом фоне не может не возрастать симпатия к тем, кто делает то, к чему ты сам не готов — ​активно протестует. Эти люди начинают чувствовать себя представителями народа, а это многократно увеличивает их силы. Ощущение моральной поддержки протеста — ​необходимое условие того, чтобы случился мирный транзит власти.

Мы не знаем, что послужит триггером. Скорее всего, это будет не что-то единое для всей страны, как пенсии, и не что-то политическое, типа выборов, но одновременные локальные события — ​свалки, невыплаты зарплат, размытая дорога и т.д. И если это произойдет сразу во многих точках, а у государства не хватит денег, чтобы залить ими протесты, события будут разворачиваться по худшему для властей сценарию. Даже при сохранении слабости оппозиционных структур.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Благодаря вашей помощи, мы и дальше сможем рассказывать правду о важнейших событиях в стране. Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас. Примите участие в судьбе «Новой газеты».

Становитесь соучастниками!

Топ 6

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera