×
Комментарии

Коммунисты сидят тихо

КПРФ не использует возможность стать реальным оппонентом власти, которую дает ей недовольство пенсионной реформой

Фото: РИА Новости

Этот материал вышел в № 104 от 21 сентября 2018
ЧитатьЧитать номер
Политика

12
 

Эпопея с выборами губернатора Приморья примечательна не только в плане поведения ЦИК и кандидата от партии власти Андрея Тарасенко, но и поступками его главного оппонента Андрея Ищенко и всей КПРФ. Сначала Ищенко объявил голодовку, но меньше, чем через сутки прервал ее, после того как в Москве Геннадий Зюганов стал посылать срочные сигналы в Кремль в диапазоне от просьб до угроз провести акцию протеста. Приморскому кандидату понравились «нотки взаимодействия», которые он услышал в словах Эллы Памфиловой, однако когда выборы в итоге были отменены вообще, Ищенко заявил о своем намерении идти в суд и оспаривать это решение. Он даже и не скрывал свое искреннее убеждение в том, что достаточно было признать его победу — а фальсифицированные голоса можно просто не учитывать.

Нынешнее положение КПРФ — с учетом всех событий последнего года — лучше всего описывается словом «пикантное». С одной стороны, протесты против пенсионной реформы и отвратительное поведение власти на выборах только на руку левым: можно фактически «брать власть» или, по крайней мере, заявлять о своих амбициях. С другой стороны, КПРФ это делать не спешит: потенциальные риски от прямого конфликта как с «Единой Россией», так и с Кремлем несколько остужают революционные настроения в умах членов партии. Правда, со стороны неизбежно создается впечатление, что партия упирается ногами в землю перед броневиком, на который ее толкают обстоятельства, но сами коммунисты уверены, что все делают правильно: ждать своей победы в правовом поле куда удобнее, чем бороться, бороться и еще раз бороться без гарантированного результата.

В ожидании революционной ситуации

Большое психологическое преимущество коммунистам в их политической борьбе дала сама власть, которая «переступила черту с пенсионной реформой», говорит бывший кандидат в мэры Москвы от КПРФ Вадим Кумин. «КПРФ заняла последовательную позицию: мы не поддерживаем реформу и вообще не поддерживаем инициативы либерального правительства, — заявил он «Новой». — На мой взгляд, единственный выход власти сейчас — создание коалиционного правительства. Люди уже высказывают [нынешней власти] недоверие, устраивая протестное голосование».

При этом Кумин считает, что обвинять КПРФ в бездействии ни в коем случае нельзя: именно коммунисты хотели инициировать референдум по пенсионной реформе, они же выводили людей на площади в Москве с плакатами «Вся власть — рабочим» и «Долой министров-капиталистов» (в июле под знамена КПРФ вышло 12 тысяч человек, в начале сентября — 9 тысяч.В.П.). «КПРФ наступает, борется», — декларирует московский коммунист.

Фото: РИА Новости

Власть эти попытки «наступления», однако, пресекает достаточно легко: тема референдума в итоге была «зажевана», а митинги в Москве были согласованы, поэтому изначально не предполагали никаких проблем. Кажется, что КПРФ не совершает более смелых поступков вроде массового вывода сторонников на площади без согласования с властями и просто не идет на открытый конфликт в регионах со ставленниками власти (тот же Ищенко в самом начале скандала с выборами заявил, что поддерживает политику Путина, хотя и отмежевался от «Единой России»). Булыжники, конечно, уже давно «не наш метод», но та же КПРФ могла в качестве внезапного финта объединиться с Навальным: он предлагал свое участие в протестах, связанных с Приморьем. Но КПРФ в очередной раз решительно отмежевалась от любых услуг оппозиционера: Навальный «хочет на чужом горбу в рай въехать», — заявил зампред ЦК КПРФ Василий Кашин.

Коммунисты предпочитают работать в правовом поле, поскольку любой их выход за его пределы удобен для власти: можно расчехлить дубинки, — уверен бывший кандидат в президенты от КПРФ Павел Грудинин. На территории закона у коммунистов есть важные победы: тот же Геннадий Зюганов не просил, а «требовал» от Путина как от гаранта Конституции разобраться с фальсификациями — и это в итоге произошло. КПРФ продолжает оставаться главным легальным оппозиционным объединением и, по сути, в одиночку противостоит партии власти. У коммунистов единственных есть идеология (чего, по Грудинину, нет ни у ЛДПР, ни у «СР», ни даже у Навального), и с ней легко идти в бой, поскольку «основы государства разрушены, нет у власти ни чести, ни совести», говорит экс-кандидат в президенты. В конце концов, у КПРФ есть и амбиции стать главной политической силой в стране.

Но опять-таки: для изменения государственной идеологии должна сложиться «революционная ситуация» — как в той же Армении, где люди вышли на площадь, и власть сменилась, потому что полиция и армия встали на сторону народа.

Россия тоже близка к «революционной ситуации», поскольку во власти много лет идет «отрицательная селекция». Но как в Армении, точно не будет.

«Если вы возьмете ОМОН из Чечни и отправите его разгонять протесты во Владивосток, тогда полиция на сторону населения, видимо, не встанет. Начнется просто гражданская война», — констатирует Грудинин. Но это не означает, что борьба бессмысленна: задача взять власть законным путем никуда не делась, но никто и не говорил, что будет легко.

Фото: РИА Новости

Хорошо сидим

Силу и мотивы КПРФ не стоит переоценивать, поскольку в роли главной оппозиционной партии в действующей системе власти ей вполне комфортно. «КПРФ сохраняет хорошие отношения с Кремлем, иногда совершенно искренне — как в вопросах внешней политики, — соглашаясь с ним. В то же время у коммунистов по сравнению с ЛДПР и «СР» большая автономия, и партия понимает, что Кремль не будет прилагать специальных усилий, чтобы поддерживать ее жизнедеятельность, — говорит политолог Григорий Голосов. — Поэтому КПРФ использует «диверсифицированные стратегии», чтобы, с одной стороны, не вызвать большое раздражение у Кремля, а с другой — укрепить свою электоральную базу». Пенсионная реформа как раз стала полигоном для обкатки таких стратегий: пропагандировать недовольных повышением пенсионного возраста людей вступать в партию коммунисты будут, но выходить на улицы лишний раз не станут, чтобы обитатели кремлевских башен сильно не нервничали.

Тот новый электоральный потенциал, который сформировался у КПРФ по итогам пенсионной реформы и выборов 9 сентября, имеет смысл трансформироваться не в сиюминутный конфликт с Кремлем, а в элемент торга по некоторым чувствительным для партии вопросам, предполагает логику коммунистов политолог Ростислав Туровский. Пусть сила партии в регионах России увеличилась не настолько, чтобы можно было говорить о ее тотальном доминировании, но этого достаточно для решения локальных задач.

«В нынешней политической системе КПРФ выстраивает свою стратегию с прицелом на ближайшие думские выборы, — говорит Туровский. — Торг с федеральными властями по поводу каждой позиции неизбежен: хотя возможностей и стало больше, поле для маневра по-прежнему ограничено. Это позиционная игра: например, в этом году КПРФ было важно обезопасить Клычкова в Орловской области, и консенсус по нему с Кремлем и с поддержкой «Единой России» был достигнут. А вот в Приморье идти ва-банк КПРФ просто незачем, потому что открытый конфликт может быть чреват последствиями в других регионах». Возможности перебороть партию власти в масштабах страны у КПРФ нет чисто физически, поэтому остается договариваться. «Иногда проигрывать выборы с хорошим результатом для КПРФ даже выгоднее, чем выигрывать, ведь «красные губернаторы» всегда могут вступить в конфликт с центром, а это выйдет боком уже партии», — констатирует Туровский.

А еще партия просто оказалась концептуально не готова к тому избирателю, который к ней пришел в итоге всех ошибок власти. «Это незаслуженный избиратель: он пришел, а КПРФ не знает, что с ним делать, — говорит политтехнолог Виталий Шкляров. — Партия привыкла получать свои проценты в Думе и не готова что-то менять — а жаль». Все еще может поменяться, поскольку КПРФ рано или поздно ждет обновление в руководящем составе (нынешняя стратегия партии — прямое следствие позиции Геннадия Зюганова, считает Шкляров), и тогда усиление партии для пришедших на смену своему лидеру коммунистов очень даже выгодно: у них могут возникнуть амбиции посерьезнее нынешних.

Однако не все зависит только от КПРФ. «То, что у администрации президента нет планов усиливать парламентскую оппозицию, — факт. Наличие легальной силы для абсорбции протестного голосования полагается опасным, с их точки зрения», — уверен Шкляров. Понимают это и коммунисты, имеющие большой опыт взаимодействия с Кремлем и в 96-м году, когда они пошли на первый большой компромисс; и в 2004-м, когда Кремль едва не устроил в КПРФ раскол, показав партийцам их место. Поэтому если нынешний протестный потенциал, который пришел в руки КПРФ, будет «слит» самой партией, это вызовет разочарование, но точно не вызовет удивления. Так привычнее и безопаснее — разве можно за это осуждать?

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.

Топ 6

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera