×
Сюжеты

Не пить — бюджету вредить

Разворачивается серьезное противостояние между фискальным интересом государства и заботой о здоровье нации

Фото: РИА Новости

Этот материал вышел в № 111 от 8 октября 2018
ЧитатьЧитать номер
Общество

2
 

Государство занялось настройкой алкогольного рынка, который в наше трудное время должен поддержать буквально всех — от Дерипаски до торговцев бензином. Каждое ведомство при этом преследует свои интересы, поэтому новые алкоинициативы правительства противоречат друг другу.

5 октября Минфин нанес чувствительный удар по важной российской скрепе, предложив поднять минимальную розничную цену на крепкий алкоголь — водку и коньяк. Самая дешевая бутылка народного напитка должна, по версии ведомства, стоить 215 рублей вместо 205, коньяк — 307 против 293 рублей ранее. С момента последнего повышения при этом прошло меньше двух месяцев: тогда до 205 рублей выросла цена на «слабую» водку (до 39 градусов).

Каждый раз Минфин объясняет повышение ростом сопутствующих затрат — тарифов на электроэнергию, например, — и борьбой с рынком нелегальной алкогольной продукции. Логика несложная: если нельзя будет продавать дешевую водку — ее невыгодно будет делать в подпольных цехах. Обычно эта логика, впрочем, разбивается о суровую реальность — например, массовое отравление «боярышником». Главный редактор портала «Алкоголь.ру» Михаил Смирнов оценивает масштабы нелегального рынка минимум в 50% от общего количества продаваемого спиртного в стране. «Послушали Минздрав и задрали цену на алкоголь, отчего в стране от 40 до 60% всей водки разливается подпольно», — констатирует Смирнов.

Подобная солидарность Минфина и Минздрава — едва ли не единственное, в чем государственные ведомства сходятся в своем видении алкогольного рынка. В последние две недели идей по его развитию или, наоборот, торможению стало особенно много, и одно предложение вполне может противоречить другому. Каждое ведомство решает свои задачи.

Заправился — и поехал

Фото: РИА Новости

Взаимоотношения государства с алкоголем всегда были неоднозначными. С одной стороны, он насаждался — достаточно вспомнить указы Петра I о бесплатной раздаче водки. А с другой, спиртное периодически объявляется одним из бичей общества, и против него разворачивается кампания едва ли не на уничтожение. В крайней стадии это доходит до «сухих законов», которые в официальных цифрах приводят к снижению потребления крепких алкогольных напитков, но переводят выпивающих либо в подполье, либо ближе к самогонным аппаратам. «В России было два «сухих закона» (в 1914 году и в 1985 году. Ред.), и все это закончилось возникновением крупных преступных синдикатов и отменой этих законов, — говорит Смирнов.

«Нигде сухие законы не работают, в той же Скандинавии. Вся Финляндия — давно самогонная страна, у них и свадьбы с самогоном в основном».

Бывают и другие последствия: «Но на третий год запрета водки люди свергли и царя, и власть», — эти стихи Леонида Каганова подходят одинаково и под начало, и под конец прошлого века.

В трезвой России настоящие ограничения на продажу алкоголя действуют с начала десятилетия, но в последние несколько месяцев экономическая ситуация заставляет само государство рушить один антиалкогольный барьер за другим. В начале октября зашаталось еще одно незыблемое правило: вице-премьер Дмитрий Козак провел совещание с некоторыми правительственными чиновниками, на котором было предложено вернуть продажу алкоголя на заправках (запрет действует с 2011 года). Глава Центра исследований федерального и регионального рынков алкоголя (ЦИФРРА) Вадим Дробиз утверждает, что от этого алкогольные игроки не будут в плюсе, возврат спиртного на заправки нужен только самим заправкам. «Пивным и винным владельцам от этого перехода нет никакого интереса, — считает Дробиз. — Уйдет по полпроцента розничного ассортимента из магазинов в АЗС, и к тому же — нужно дополнительно продумывать логистику: как развозить на заправки спиртное для продажи. Такое решение нужно в интересах нефтяных компаний, в интересах государства».

Государство — главный спекулянт, продолжает эксперт, и за счет привлечения алкогольной продукции хочет сохранить в целях социального спокойствия цены на бензин при сохранении больших акцизов. «Заправочные станции работают, насколько я знаю, на грани рентабельности, поэтому значительную долю в их прибыли составляет продажа сопутствующих товаров. Ну, теперь за счет пива и вина эта доля вырастет еще примерно на 25%. А может, и не вырастет», — говорит Дробиз. К слову, в отчете «Роснефти» за второй квартал 2018 года развитие продаж «сопутствующих товаров и услуг» при реализации нефтепродуктов названо одним из основных усилий по сохранению и удержанию лидирующей позиции компании на рынке.

В принципе, государство и не скрывает своих целей, а

продажа алкоголя в местах скопления водителей — это, скорее, вопрос, вызывающий споры в этической, а не экономической плоскости.

Фото: Виталий Кавтарадзе, для «Новой газеты»

«Вертикально интегрированные нефтяные компании требуют каких-то компенсаций — то ли за счет бюджета, то ли за счет разрешения расширения продаж сопутствующих товаров, — объясняет экономист Никита Кричевский. — Очевидно, что водители не будут потреблять пиво, сидр и вино, но водители ездят не одни, плюс они не всегда за рулем. Ничего страшного в том, что человек выпьет пиво после того, как поставит машину на стоянку, нет». Медики строго против: глава Национального научного центра наркологии Татьяна Клименко в интервью «Российской газете» безапелляционно заявила, что такое решение приведет к росту аварийности из-за пьянства. «Продажа алкоголя на заправках создаст эффект психологической иллюзии: человек начнет на подсознании думать, что, может, и ничего страшного, [если] выпить бутылочку за рулем», — цитирует издание врача.

«Минздрав исходит из того, что все россияне — это алкаши и свиньи, которые приходят с ребенком в магазин, чтобы купить игрушку, видят бутылку водки и про все сразу забывают, — ехидно парирует Михаил Смирнов из «Алкоголь.ру». — 99,9% водителей не будут пить за рулем, они купят пиво, чтобы потом на условной даче выпить его с шашлыком и не будут потом садиться за руль. Те, кто хотел выпить за рулем, найдут алкоголь и так.

«Минздрав просто не уважает население и пытается лезть в политику».

Все логично: любой алкогольный спор неизбежно сводится к вопросу «ты меня уважаешь?».

Петр Саруханов / «Новая газета»

Антиконституционные запреты

Помимо недовольства действиями Козака и Минфина, ведомство Вероники Скворцовой продолжило на неделе попытки выбить из рук российского обывателя любую подозрительную бутылку. Минздрав вновь начал активно лоббировать идею о повышении минимального возраста для продажи алкоголя — до 21 года.

До этого вице-премьер Татьяна Голикова публично одобрила идею борьбы с «изменениями в формировании структуры головного мозга», которые влечет алкоголь (цитата по Веронике Скворцовой), но предложила подсластить пилюлю — крепкий алкоголь можно продавать и с 20 лет. Но Минздрав не терпит полусладкого и продолжает стоять на своем. Три года назад подобную инициативу сенатора Антона Белякова правительство «завернуло», ссылаясь на необходимость переделки большого количества документов. Сейчас и это препятствие, похоже, преодолено:

1 октября Минздрав публично поддержал новую инициативу депутатов о повышении минимально допустимого возраста покупателя алкоголя.

«В пользу этой инициативы много аргументов, — говорит председатель Всероссийской общественной организации «Антиалкогольный фронт» Евгений Буянов. — Сейчас у молодежи гораздо более позднее взросление. Во многих европейских странах продажа крепкого алкоголя идет с 21 года. Все доводы «против» связаны не со здоровьем населения, а с коммерцией, наполнением бюджета через налоги». Общественник считает, что власть давно взяла тренд на «деалкоголизацию» страны, и поэтому все инициативы Минздрава хорошие и нужные, а предложения по возврату алкоголя на заправки, например, бесперспективны, поскольку их продвигают одурманенные алкогольными деньгами чиновники экономического блока.

У экономистов единого мнения по поводу этой инициативы нет. Никита Кричевский полагает, что повышение минимального возраста до 21 года и разрешение продавать алкоголь на АЗС не противоречат друг другу, и левая рука правительства не бьет правую. Экономист Игорь Николаев, в свою очередь, предполагает, что речь идет о двух крайностях: возвращая алкоголь на АЗС, правительство гипертрофирует идею наполнения бюджета, а запрещая продавать алкоголь людям с 18 до 21 года, отправляет их к бутлегерам. «Государство не за алкоголизацию страны, но молодежь всегда найдет способ купить алкоголь или начнет покупать суррогаты», — предполагает Николаев.

Предложение Минздрава создает почву для коррупции, категоричны эксперты алкогольного рынка.

«Представляете, сколько будет провокаций в магазинах, кафе и ресторанах? Как это и сейчас происходит: приходит обормот с бородищей до пояса, а потом выясняется, что ему 17 лет и 11 месяцев. Ему продают алкоголь, а потом начинается: 50 тысяч — или мы идем в суд»,

— рассказывает случаи из алкогольной практики Михаил Смирнов. Учитывая, что Минздрав поддерживает запрет продавать алкоголь уже принявшим на грудь людям, а в некоторых регионах — и запрет продавать алкоголь после 21:00 (сейчас — нельзя после 23:00), коррупционная емкость новых правил может быть гораздо больше, чем представляется сейчас.

Ну, за алюминий!

Фото: РИА Новости

На фоне заочного бодания Минздрава и Минфина забавным выглядит предложение Министерства промышленности и торговли вернуть продажу пива ночью — но только в алюминиевых банках. Широко обсуждается версия, что это сделано в интересах РУСАЛа и Олега Дерипаски, который судорожно ищет способы поднять пострадавший от санкций бизнес. В этом есть логика, учитывая, что летом всерьез обсуждалась идея «утилизационного сбора» на велосипеды (до 10% от его стоимости), рамы которых чаще всего делаются из алюминия. Кроме того, Минстрой на неделе утвердил правила проектирования жилых домов и разрешил вернуть алюминиевую проводку, которую из-за пожарной опасности давно старались менять на медную. Все ради РУСАЛа.

«Только в таком контексте эту меру и надо рассматривать. Медовуха — национальный русский напиток, он должен продаваться в алюминиевых банках, потому что алюминиевые банки — это национальная русская тара. Еще в XVII веке использовались, известное дело», — посмеивается политолог Дмитрий Орешкин.

С пивом в банках ситуация неоднозначная. Экономисты считают, что если таким образом, действительно, решили поддержать Дерипаску, то мера эта «призрачная». «Алкогольный рынок вообще этого не почувствует, — прогнозирует Вадим Дробиз из ЦИФРРА. — Может повыситься на один процент продажа пива в алюминиевых банках — но и только. Самое главное — это не спасет саму алюминиевую отрасль». Михаил Смирнов конкретизирует в цифрах:

«Девятитонный слиток алюминиевого проката позволяют сделать 700 тысяч банок. При производстве РУСАЛа больше четырех миллионов тонн алюминия это даже не ноль — это вообще ничто».

Даже если россияне будут пить ночами напролет — это не сильно поможет, хотя решение продавать алкоголь ночью именно к такому сценарию всех и подталкивает. «Понятно, что есть фискальный интерес государства, но должен быть и предел с точки зрения того, насколько инициатива вредит здоровью населения. То, что у нас были определенные успехи с точки зрения повышения продолжительности жизни — надо признать, они были в том числе потому, что мы достаточно ужесточили продажу алкоголя и табака. Если сейчас развернуться обратно, это будет ошибкой», — выступает не совсем с привычных позиций Игорь Николаев.

В целом, нынешняя история про регулирование алкогольного рынка во все стороны — это сага о попытках найти деньги там, где это только возможно, подспудно решая возникающие по ходу пьесы задачи. «Чисто фискальный интерес, на алкоголе просто заработать проще», — объясняет экономист Николаев. «Приоритеты государства ведут к сжатию потребительского сектора и раздуванию военно-промышленного комплекса. Чем больше мы тратим на войну и оружие, тем хуже обстоят дела в потребительском секторе. Поскольку он сужается, надо подбрасывать какие-то льготы — водки больше производить или продавать в алюминиевых тарах напитки ночью — любые другие средства, компенсирующие эти выпадающие доходы. Это первое. А второе — поддержка структур, пострадавших от санкций», — добавляет Дмитрий Орешкин.

Алкоголь — это «палочка-выручалочка для вертикального государства», резюмирует он. Ну а то, что ее сейчас используют все подряд, расталкивая друг друга локтями, — так, кроме волшебства, похоже, надеяться больше не на что. Разве что выпить и забыться.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.

Топ 6

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera