Репортажи

«Хоть пешком и хоть на край света»

Старовера Онуфрия Ефимова отпустили на волю, семья воссоединилась

Фото: РИА Новости

Этот материал вышел в № 114 от 15 октября 2018
ЧитатьЧитать номер
Общество

Алексей ТарасовОбозреватель

1
 

Красноярский краевой суд 12 октября отменил решение Туруханского райсуда о депортации из России старообрядца Онуфрия Ефимова. Накануне его отпустили из-за решетки — Центра временного содержания иностранных граждан красноярского ГУ МВД и отвезли в социальную гостиницу (приют) до рассмотрения судом апелляционной жалобы. А в пятницу увезли на суд, и семья, наконец, воссоединилась — жена Антонида Москвичева и трое их детей успели сесть на последний в навигацию теплоход и прибыли в Красноярск.

Семья на пути к воссоединению. Антонида с детьми на причале в Красноярске, только что сошла с борта теплохода. Фото: Алексей Тарасов / «Новая газета»

Историю отношений этой семьи староверов-беспоповцев часовенного согласия с российским государством «Новая» уже рассказывала. Ханофер Ефимофф ди Кейрос родился в Бразилии, в 12 лет с матерью приехал на Енисей, и уже 20 лет живет на Крайнем Севере. 28 сентября его осудили к выдворению из России из-за «отсутствия документов, подтверждающих право на пребывание (проживание)» в ней. Судья Людмила Зверева не приняла во внимание наличие у Онуфрия семьи и малолетних детей, поскольку брак не регистрировался. Судья почему-то посчитала факт отсутствия у Онуфрия семьи доказанным, не слушая никаких возражений.

Сотовой связи в деревне Чулково, где живет семья Онуфрия, нет, и родные просто не знали, куда он делся. Потом уже, когда он оказался в Красноярске в спецприемнике, раздался звонок в чулковской школе: Ефимов будет выдворен из России. Семья ринулась вслед. Поздним вечером 9 октября теплоход «В. Чкалов» завершил свой последний в этом году (и до середины июня следующего года) рейс, и дети Онуфрия на причале передавали друг другу телефон, разговаривая с отцом. Впрочем, младшая Зоя (ей два с половиной) пока, в основном, внимательно слушала тятю (так зовут отцов в семьях староверов).

Звонок мужу и тяте (отцов в старообрядческих семьях так называют) в спецприемник. Фото: Алексей Тарасов / «Новая газета»

Два следующих дня Антонида с детьми пряталась (а это уже у нас называется «залечь на дно»), поскольку сопровождавшей их правозащитнице Ольге Суворовой, по ее свидетельству «Новой», постоянно названивали из ПДН (подразделения по делам несовершеннолетних) и органов опеки, требуя, чтобы беглецы с севера явились — «надо составить протокол». Зачем, почему? Официальных комментариев никто давать не собирался, в частных же разговорах прямо говорили, что «по всем законам нашей страны детей нужно отправить в центр помощи/приют». Отец, дескать, в изоляции, мать без документов и не трудоустроена, родственников в Красноярске нет, а Суворова просит помощи, собирает для этой семьи деньги и продукты. Вот государство и поможет.

И органы опеки и попечительства ни в чем не виноваты, это их функция; все вопросы — к федеральной власти, в Америке есть закон об индейцах, а в России — о староверах — нет.

Между тем дети — они носились вокруг меня — на обездоленных не походили. А за помощью Суворова обратилась лишь потому, что возник форс-мажор, и отнюдь не по вине этой семьи. Не семье требуются доказательства, что она является семьей, а государству. Генетическая экспертиза на отцовство — 27 тысяч за каждого ребенка. А еще — нотариальные, адвокатские услуги и т.д. Вот на это и просили помощи (ну разве еще на билеты в Театр кукол). И получили ее.

Фото: Алексей Тарасов / «Новая газета»

И это не семья вдруг захотела пожить в большом городе. И собиралась Антонида в Красноярск наспех: теплоход уходит, вот-вот прилетит вертолет с туруханской опекой за детьми. Зайдут, и по списку: где холодильник, где стиральная машина?.. Собиралась бегом, потому что никто ее не предупредил о суде и депортации. «Мы же не знали, зачем его в Туруханск вызвали, — рассказывает Антонида. — А потом уже до меня донесся слух — его заставили подписать в Туруханске бумагу, что семьи у него нет». Идите, докажите этой женщине, что не может быть таких бумаг. Уж кого-кого, но точно не староверов убеждать, что есть на свете подлости, на которые это государство не способно.

Фонд «Счастливые дети» и психолог Николай Щербаков, друзья «Новой», принесли продукты этой семье не потому, что она нуждающаяся, а потому, что государство сделало все для того, чтобы семья стала нуждаться. В Чулково, дома, у них все есть — и огород, и скотина, две коровы, по 600 кулей картошки, они все себе выращивают и все добывают, ледники забиты, нужды ни в чем нет, но это — натуральное хозяйство. Им деньги не нужны, в той жизни их нет, но раз государство подтаскивает староверов к себе поближе… В общем, редкостное какое-то иезуитство — то, что мир поднялся и собирает несчастной семье по крохам, ставить в вину именно семье, а не себе, все это устроившим.

И вдруг к вечеру четверга все стало меняться. Местная полиция, рассказывавшая, что бразильца депортируют и «осуществляется работа по документированию гражданина свидетельством о возвращении на родину (в Бразилию. — А. Т.)», вдруг умолкла, а заговорил центральный аппарат МВД. Там сообщили, что управление по миграции МВД РФ рассмотрит возможность благополучного разрешения ситуации. Что «работа взята на контроль руководством главка». Что МВД рассмотрит это дело в особом порядке, «прорабатывается вопрос по документированию для дальнейшей легализации данного гражданина на территории страны (России. — А. Т.)». И к вечеру Онуфрия из спецприемника выпустили (а люди тут сидят по два года и более — притом что не преступники). Поскольку веры здесь нет никому, а дети спрятаны, пока решили обойтись без встреч с семьей. Потом, тайно.

Фото: Алексей Тарасов / «Новая газета»

А в пятницу местная полиция опровергла и «информацию о мерах, якобы предпринимаемых инспекторами ПДН по изъятию детей из семьи Ханофера Ефимоффа ди Кейроса»: «Подобные мероприятия не проводятся». Понятно: в дело теперь посвящены и министр Колокольцев, и аппарат президента.

И ближе к вечеру Онуфрия и Антониду срочно вызвали в краевой суд.

Почему фарш провернули назад? Дело не только в диком диссонансе истории Онуфрия с теми усилиями, что прикладывают российские дипломаты, сзывая старообрядцев возвращаться на родину, с только что прошедшим в Москве Всемирным старообрядческим форумом, где рассказывали «о внимании и заботе России к интересам староверов», напомню еще одно обстоятельство жизни енисейских часовенных (подробней о них в «Новой» № 32, 34, 38 за 2016 год, № 37, 89 и 92 с. г.).

На Среднем Енисее, по его левым притокам Дубчесу и Елогую у часовенных — 6 женских монастырей и 3 мужских. Более 600 иноков и инокинь, очень много молодежи получают здесь образование. И очень много уже вернувшихся (через поколение, два-три) из Боливии, Парагвая, Бразилии, Аргентины, Уругвая. Крепко помогают своему духовному центру американская и канадские ветви часовенных, много народа и оттуда. Документами часовенные никогда особо не заморачивались, поскольку старались минимизировать отношения с государством. Так что понятно, как здесь расценивали историю с Онуфрием Ефимовым.

Свадьба в общине староверов в Бразилии. Фото предоставлено Ольгой Суворовой

Устроить в этих местах новые гонения на староверов — очень просто. Брать можно чуть не через одного (тем более, говорят, наиболее ортодоксальные старцы и старицы в скитах и монастырях паспорта у молодежи, если те у них есть, забирают, а потом они случайно сгорают — возможно, во избежание мирских соблазнов). Ну и как потом молодым быть, кто позже из скитов и монастырей выходит?

Может, хватит им бегать от российского государства? Беспоповцы уходили из европейской России все дальше — в начале ХVIII века с нижегородских земель на Урал, потом мигрировали в Зауралье, будущую Тюменскую и Курганскую области, коллективизация погнала дальше, в томскую тайгу, Нарымский край, после расстрелов 1940 года их наставников и учителей в Колпашевском яру пошли дальше, на Енисей, здесь в 1951-м войсковой операцией их скиты и монастыри разгромили, сожгли, пустынников увезли в красноярскую тюрьму, дав каждому от 10 до 25 лет… А часть братии еще в годы Гражданской войны ушла в Харбин, оттуда переехала в Южную и Северную Америку.

И вот, вроде, новые времена. И в мире уже популярно мнение, что

этот феномен, наглядно показывающий, что можно жить веками, дистанцируясь от любой власти, любых государств и в полной гармонии с природой, — общепланетарное достояние.

И на енисейском Севере — мировая столица часовенного согласия… Что же, снова в нее с полицией, сапогами, нарами? Власти и в позднесоветские времена, и в 90-е, и в нулевые закрывали глаза на неохваченных их заботой — что с них взять. Что случилось-то?

Благо, в руководстве МВД люди с воображением, и они представили силу международного скандала, который уже начал тлеть. Тем более смысл держать Онуфрия за решеткой изначально отсутствовал. Он сам никогда от полиции не прятался, явился в околоток (за 383 км, гнал в Туруханск на лодке) по первому зову — несмотря на то, что вызвали его без повестки и обозначения точной даты и времени, мыкался потом пять дней в ожидании, когда судье будет до него дело, спал в лодке. (Это на Севере-то в конце сентября, когда дорог каждый час — зима близко.) Такая добросовестность по сегодняшним меркам граничит с идиотизмом, а для староверов — обычна. Да подожди он дома с месяц (сейчас уже снег там валит, шуга идет), и до середины июня был бы отрезан от внешнего мира — только покой и воля.

Потом переживал, что сидит в красноярском спецприемнике без дела, на работы не водят. И жена его, приехав, все причитала: «Там можно дураком стать. Хотя бы какую работу дали…»

Антонида о дальнейшем говорила легко и просто, руки не заламывала: «Пойдем за ним хоть пешком и хоть на край света, куда угодно. Семь лет мы прожили — ни разу не поругались. Я не смогу без него жить, хочу быть с ним, что бы ни случилось». Теперь есть все основания полагать, что все уже случилось. Документы выправят и оставят в покое.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.

Топ 6

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera